Quarthadast. культурные особенности карфагена

Хорошего времени дней, коллеги. Продолжаю готовить землю для начала публикации собственной альтернативы по Карфагену, и сейчас обращение отправится о его культурных изюминках, каковые были свойственны городу с момента его основания и в течении первых 800 лет существования. Статья во многом спорная и сумбурная, но нужная, потому что без нее встречаемые в исторической части альтернативы слова наподобие Бхормаханат, молк, раввы (не раввины!) и другие ускользнут от понимания.

Кроме этого будет рассмотрен вопрос о социальной структуре населения украины.

Вступление

Первоначально особенности культуры альт-Карфагена должны были составить один пост вместе с мифологией, но количество материала неуклонно рос, почему было нужно поделить его на две отдельные публикации – причем кроме того в этом виде их количество был больше, чем «стандартная» моя статья сейчас. нюансов и Мелких особенностей, без которых статья по культуре была бы неполной, набралось довольно много – причем я еще не все записывал, только самое основное.

При проработке культуры альт-Карфагена я старался максимально применять реальноисторический материал хотя бы в известных нам его интерпретациях, но так или иначе было нужно колдовать. Так, описание молка – в полной мере исторического ритуала – было забрано у Циркина и скомпоновано с несколькими сторонними источниками.

Главная неприятность в его описании была в самом ходе жертвоприношения – по одним источникам людей (детей) кидали в жертвенный пламя живьем, по вторым – намерено умерщвленных до этого, по третьим – по большому счету погибших естественной смертью. В итоге молк было нужно поделить на фактически специальный ритуал и жертвоприношение над погибшими детьми, и создать эдакую шкалу сокровища подношения. Главные праздничные дни кроме этого были забраны из действительности.

Но, были кроме этого добавлены и серьёзные моменты, без которых Карфаген был бы у меня не тот, что комфортно альтернативить в заданных мною же условиях. Так, были добавлены бойцовские арены, не смотря на то, что их смысл и структура резко отличаются от тех, каковые имели место в Риме, и арены-македашим играют роль скорее мест и тренировочных площадок ритуальных казней и битв во славу всевышних войны.

Кроме этого была добавлена структура Бхормаханата – эдакой школы подготовки царской гвардии Перворожденных и административных кадров для молодого растущего страны. Во многом эта структура копирует османских капыкулу, не смотря на то, что имеются и незначительные отличия. управленческие кадры и Гвардия для Карфагена в моем понимании были критически нужны для его выживания методом существования царской власти, потому что без нее имел возможность бы быть только олигархат, а минусы олигархата так или иначе все равно привели бы Карфаген к смерти (особенность комплектования региональной администрации, раздел власти над армией на протяжении войн и назначение соперничающих фаворитов, постоянные опасения возвышения из полководцев тиранов, и т.д.)

Имеется еще одна неприятность при написании альтернативы по Карфагену, в частности языковая. Я хоть и почитал литературу на эту тему, но сам ни разу не лингвист, большое количество чего не осознал – потому, просматривая финикийское письмо, я могу очень сильно косячить с расстановкой гласных букв. Помимо этого, не все слова на финикийском возможно отыскать, и приходится обращаться к близкому ивриту – но в нем я снова же ни разу не спец, а онлайн-переводчики довольно часто выдают весьма спорные результаты.

Потому все подобные косяки я буду исправлять либо списывать на атлантическое влияние – дескать, под действием беженцев из Атлантиды, о которых я уже сказал, финикийский язык мало изменился, вот и… Да, отмазка не весьма, но увы, в случае дефицита информации и не на такое отправишься. Кстати, коллеги, никто из вас часом не знает финикийский?

Кроме этого высказываю признательность сотруднике Молотку за помощь с отшлифовкой некоторых моментов касательно Бхормаханата.

традиции и Ритуалы

Quarthadast. культурные особенности карфагена

Где-то так себе возможно представить пунический македашим.

Молк – ритуальное жертвоприношение животного [1]. Животное умерщвлялось, и до тех пор пока из него не вытекла вся кровь – кидалось в жертвенный пламя. Посвящались жертвы в большинстве случаев Танит либо Баалу, но виделись кроме этого молки вторым всевышним. В редких случаях допускались человеческие жертвоприношения, наряду с этим в роли жертвы имели возможность выступать как рабы и военнопленные, так и свободные добровольцы.

Рабы приносились в жертву подобно животным (по окончании умерщвления), а добровольцы имели выбор – сперва принять смерть, либо сходу идти в жертвенный пламя. В последнем случае сокровище жертвы несоизмеримо возрастала.

Тофет – место ритуального приношения всевышним детей, погибших до возраста 5 лет [2]. Мертворожденные либо погибшие от болезней дети приносились в Тофет и сжигались в ритуальном костре, а их останки хоронились в урнах в самом храме. Наряду с этим считалось, что невинные души детей, повторив путь Мелькарта и освободившись от уз плоти в виде дыма, отправляются прямиком в царство Элохима.

Македашим (от слова «святилище») – традиция, попавшая в Финикию из Атлантиды и в целом похожая на римские гладиаторские арены. Отличием было то, что в качестве бойцов выступали свободные люди, каковые приходили в эти места для тренировок, решения и выступлений спорных вопросов силой оружия (бой на арене имел возможность послужить необычной формой дуэли между двумя людьми).

Имелись пара видов сражений – древесным (учебным) оружием либо боевым, до победы над соперником по очкам либо нанесения ему кровавых ран (до первой либо третьей крови), и ожесточённые и ритуальные сражения. Довольно часто на аренах выступали представители знати либо простые солдаты, хотя отточить собственный мастерство со случайными людьми.

Все сражения так или иначе посвящались всевышним войны – Анат, Мельтору и Астарте, на каждой арене имелись их алтари, на каковые по окончании боев приносились кровь раненных либо тела убитых бойцов. Время от времени в Македашим совершались ритуальные сражения – казни пленных, преступников и особенные ритуальные подношения, каковые в большинстве случаев проводились Перворожденными. Ответственным отличием пунических арен от римских было то, что упор в первую очередь делался не на работу и зрелищность на публику, а сугубо на функциональность – потому македашимы пользовались заметно меньшей популярностью публики в сравнении с римскими, не смотря на то, что и оборудовались особыми ложами для зрителей.

Один из немногих сохранившихся исконно пунических образцов архитектуры – мавзолей Атебана в Дугге, выстроенный на рубеже III и II столетий до н.э.

Храмовая проституция – эта традиция была заимствована финикийцами еще у ассирийцев, хоть и перетерпела определенные трансформации. Храмовые девушки легкого поведения – кедеши – отличались от простых продажных дам. Официально они помогали всевышним, и за услуги брали громадную плату – не каждый гражданин имел возможность позволить себе совершить ночь с ней.

Работа кедеши была сугубо необязательной, причем по окончании ее оставления статус и репутация женщины никак не падали, и при успешном стечении событий она имела возможность стать кроме того царицей. За ее оскорбление «клиент» имел возможность взять плетей, за изнасилование кедеши мужчину в большинстве случаев кастрировали. Убийца же храмовой девушки легкого поведения подвергался пыткам и распинался на кресте в назидание другим, независимо от его социального положения (подобным было наказание за беспричинное убийство жреца).

Численность их всегда была мала, и помогать они имели возможность только при самых громадных храмах. Помимо этого, лишь кое-какие всевышние, покровительствующие любви и плодородию, имели возможность иметь кедешей на работе. К таковым относились Танит, Анат, Астарта, Шапаш, Эгия и Цидон.

Большие праздничные дни Карфагена объединяли разные культуры. Среди них имелись:

– Новый год, что праздновался в сентябре (в большинстве случаев в последних числах Сентября либо начале октября) [3];

– праздник обрезания деревьев в конце последнего месяца зимы;

– праздник сбора винограда;

– праздник Адонаи (суть непонятен), отмечался 19 июля [4];

– воскрешение и смерть Мелькарта, отмечался в январе-феврале (Тирская традиция);

– полнолуния и праздники новолуния, отмечались каждый месяц в честь Танит, особенного значения купили при отождествлении погибшей царицы Элиссы с данной богиней;

– отдельный праздник в честь Танит, называющиеся Танитис, либо Танитины;

– праздник погребения божества (какого именно и в то время, когда – неясно);

– праздник основания города, праздновался 5 дней в июле;

– Шаббат, что праздновался в определенные числа каждого месяца [5];

– Ацербии (Ахербии) – отмечался в сутки смерти царя Ацербуса [6] в битве с нумидийцами и был днем памяти обо всех погибших в войнах гражданах города;

– Ниссахон – сутки победы над Иарбантом, один из самых почитаемых праздничных дней города, отмечался с особенным размахом, практически являясь аналогом современного Дня Независимости во многих государствах;

В большинстве случаев праздничные дни сопровождались ритуальными действами и театральными представлениями. Так, воскрешения и праздник смерти Мелькарта сопровождался сожжением древесной статуи всевышнего на плоту недалеко от города, на протяжении Ацербий устраивались масштабные сражения на аренах, включая ожесточённые битвы, а на протяжении Танитин пары предавались любви под лунным светом, прося у богини здоровых и сильных детей.

Бхормаханат

Солдат Бхормаханата. Ну либо где-то около.

Еще одной заимствованной из Атлантиды традицией Тира было основание Бхормаханата, либо «армии первенцев». Практически это было новое образование, которое имело как атлантические, так и финикийские корни. Фактически в Финикии до предела II и I тысячелетий до н.э. существовала традиция детских жертвоприношений, в то время, когда первенца приносили в жертву всевышним (не смотря на то, что не ясно, идет ли обращение о живых детях, и с какой частотой эти жертвоприношения происходили).

Одновременно с этим в Атлантиде, если судить по сохранившимся источникам, существовала практика набирать из детей жрецов особенную царскую гвардию Перворожденных, каковые с детства обучались верности и воинскому искусству богам и своему царю (что в тех реалиях было практически одним и тем же). По окончании прибытия и Исхода Мельхиоридов с беженцами в Тир две эти традиции сложились воедино – первенцев знатных семей отныне не приносили в жертву, а отдавали на воспитание в Бхормаханат (наименование появилось уже в Тире), где из них делали хороших солдат-жрецов, прославляющих всевышних каждым своим подвигом.

Но, традиция Бхормаханата в Тире не была очень популярной, и потому вместе с Элиссой и Ацербусом вся структура «армии первенцев» отправилась в новый город. Именно там Бхормаханат весьма скоро купил все характерные в будущем для себя черты, и стал приобретать все громадную силу и влияние.

Первоначально, как уже указывалось, для обучения отбирались только сыновья жрецов (в Атлантиде, как и позднее в Карфагене жрецам разрешалось жениться и заводить детей). В Тире отбор шел уже среди первенцев знатных семей, чья жизнь отныне посвящалась служению всевышним. Но этого источника пополнения последовательностей было мало, и потому уже при царе Ацербусе в Бхормаханат стали брать не только первенцев аристократов, но и простолюдинов.

Но и это был не предел – комплект был сугубо необязательным, а вместе с ростом самого Карфагена требовалось и увеличивать численность гвардии. Сын Ацербуса, Магон, снял ограничения на порядок ребенка в семье, набирая в число солдат уже детей из всех классов свободных людей, включая сирот. Кроме этого он существенно расширил ограничения по возрасту – в случае если раньше брались лишь младенцы, то сейчас стали брать любых мальчиков возрастом до 5 лет.

Наконец, при царе Бомилькаре Бхормаханат начал набирать детей рабов а также чужестранцев, что существенно расширило численность «армии первенцев». Наряду с этим работа ребенка в рядах данной организации считалась очень респектабельной, а имена прошедших обучение и поступивших на работу людей выбивались на особенных каменных плитах в Бирсе, что подчеркивало элитарность Бхормаханата.

До возраста 5 лет дети воспитывались без особенных излишеств, как в простых приютах. По окончании 5 лет мальчиков начинали учить элементарным вещам – письму, чтению, несложным исчислениям, наряду с этим большое количество внимания уделялось и физической подготовке, к каким неспешно добавлялись борьба, командное обучение (строевая подготовка) и тренировки с разными видами оружия – клинками, копьями, щитами, луками, дротиками и т.д.

По достижению возраста в 15 лет парень становился полноправным мужчиной, покидал стенки казарм и поступал в распоряжение гвардии. При царе Бомилькаре эта совокупность без шуток преобразилась – Карфагену отныне требовались не только тренированные солдаты, но и управленцы, и дипломаты. Практика показывала, что умелые управленцы из аристократии редко готовы были хранить верность целям царя, и напротив – хранящие верность далеко не всегда были достаточно умелы в администрировании и дипломатии.

Требовалось совместить и те, и подготовка юношей – и те качества в Бхормаханате представлялась очень эргономичным инструментом для аналогичных кадров. Трансформации в подготовке начинались с возраста 10 лет – проводились промежуточные экзамены (опробования), по итогам которых мальчиков определяли в одну из трех главных групп – религиозную, управленческую либо военную.

В первой воспитывались дипломаты и храмовые жрецы, во второй – счетоводы и администраторы, а в третьей – только солдаты. Причем все три группы имели и однообразные предметы воспитания – так, физическая подготовка считалась необходимой для всех, поддерживались и боевые навыки, не смотря на то, что у третьей группы, конечно же, боевых занятий было больше.

По достижению возраста 15 лет все парни подвергались итоговым экзаменам, по окончании чего их определяли на работу в зависимости от показанных свойств. Наряду с этим «управленцы» и «теологи» отныне именовались равами, и практически прекратили быть частью Бхормаханата, не смотря на то, что и пользовались их правами, обязанностями и привилегиями. Солдаты же становились полноправными участниками Бхормаханата и поступали на работу в гвардию Перворожденных.

Наряду с этим Перворожденные официально назывались Бхормаханатом, не смотря на то, что являлись только его частью (пускай и самой большой) [7].

Перворожденные имели множество примечательных изюминок. С момента основания Карфагена гвардия делилась на братства, каждое из которых являлось постоянным формированием и имело собственный номер, название и символ, что содействовало происхождению особенных традиций в каждом из братств. Заглавия братств появлялись уже в ходе работы, а не сразу после формирования, и даровались более чем царями.

Так, 3-е братство Перворожденных показало себя на протяжении битвы при Утике, впав в буйство по окончании смерти царя, и затем его солдаты единогласно высказались за продолжение войны с нумидийцами из-за мести. Видя их честность и чуть сдерживаемый бешенство, царица Элисса даровала им имя, и с того времени 3-е братство именовалось Мстящими Сынами. Вместе с заглавием братство приобретало и символику (при с Мстящими Сынами – око с тремя красными слезами).

Братства в большинстве случаев не расформировывались, хоть и были чисто административной единицей достаточно долгое время. Кроме того по окончании смерти в полном составе братство восстанавливалось – регалии изготавливались заново, а солдаты набирались из желающих вторых новобранцев и братств.

Пуническая кавалерия, которая станет одной из самых значимых сил на поле боя к IV веку до н.э., будет неспешно развиваться из Бхормаханата.

На поле боя Перворожденные практически во всех случаях проявляли безотносительную дисциплину, сохраняя строй и делая распоряжения, даже в том случае, если это вело их к смерти. Первоначально гвардия выступала на войну пешей, но по окончании того как Магон I начал создавать собственную карфагенскую конницу, Перворожденные кроме этого стали выступать и в роли наездников, не теряя наряду с этим собственных пехотных навыков и при потребности принимая бой пешими.

В походах за каждым из Перворожденных следовал раб, что помогал ему смотреть за лошадьми и оружием (на протяжении похода на каждого Перворожденного приходились 2 лошади). Кроме этого за каждым братством в большинстве случаев следовали прочие бюрократы и «писари», каковые вели боевые журналы «и учёт», в каковые заносились все серьёзные события в жизни братства, а также подвиги и боевые потери отдельных солдат (в будущем подобные структуры будут создаваться и при карфагенских аналогах легионов).

Вооружались Перворожденные в большинстве случаев копьем, щитом-асписом, клинком-кописом и кинжалом. Защищались гвардейцы в большинстве случаев лучшими примерами брони, будь то кольчуги, анатомические кирасы, шлемы, наручи либо поножи. Отличительной изюминкой Перворожденных были шлемы с красными гребнями, алые плащи и всецело белая отделка щитов и доспехов (белый цвет у финикийцев, кроме другого, символизировал кроме этого смерть).

На последние в большинстве случаев наносился позолоченный либо алый символ солнца.

Область применения Перворожденных была куда шире, чем легко царская гвардия. Так, отдельные солдаты либо кроме того братства довольно часто выделялись в качестве телохранителей особо важных персон наподобие полководцев либо посланников. В мирное время гвардейцы довольно часто выступали на аренах городов, не смотря на то, что для них это были не более чем тренировки для поддержания личных боевых навыков.

Имея базисные знания строителей, гвардейцы кроме этого выступали в качестве муниципальных инженеров – так, в Карфагене они несли ответственность за поддержание в должном городских укреплений и состоянии акведуков. Кроме этого Перворожденных отправляли в качестве младших офицеров к простым подразделениям армии, в то время, когда те делали независимые действия – считалось, что умелый советник либо начальник повысит их эффективность.

С расширением числа империи и увеличением братств их кроме этого стали использовать и в качестве гарнизонов, наряду с этим всегда осуществлялась ротация – на долгое время «отлучать» гвардейцев от столицы и царя считалось наказанием, равным ссылке. Кроме этого Перворожденные широко применялись на флоте – в качестве эпибатов передовых судов либо кроме того начальниками (не смотря на то, что для этого требовался опыт плаваний).

Наконец, Перворожденные кроме вышеуказанных функций имели возможность кроме этого играть роль жрецов, потому что при обучении они приобретали нужный минимум навыков и знаний для совершения ритуальных работ. Так, известна история о том, что одна ливийская дама захотела совершить обряд молк над собственным мертворожденным ребенком, но рядом не было ни тофета, ни жреца. Одвременно с этим в поселении был карфагенский полководец в сопровождении Перворожденных.

Определив о ситуации, солдаты испросили разрешения у собственного начальника совершить ритуал, и взяли его. По окончании проведения ритуала урна была доставлена в карфагенский тофет, и проведение ритуала в ненадлежащих условиях вне Тофета, но с участием Перворожденных не вызывало никаких нареканий.

Учебные казармы Бхормаханата в большинстве случаев размешались при больших храмах. В Тире такая казарма была только одна – при местном храме Мельхиора. В Карфагене неспешно любой большой храм купил такие казармы, а самое большое училище для будущих равов либо Перворожденных было выстроено в шестом веке до н.э. при Кэлшелиме (храме всех всевышних).

Численность Перворожденных всегда менялась – так, в начале Первой Пунической войны насчитывалось 5 тысяч гвардейцев в составе 25 братств, из которых 20 пребывали в Карфагене. На момент основания Карфагена Перворожденных насчитывалось немногим свыше сотни, и числились они в составе двух братств. Руководил гвардией рабсерен, причем назначались на эту должность только солдаты Бхормаханата, сторонний аристократ попасть на данный пост не имел возможности.

На протяжении войн с Римом Бхормаханат понес важные утраты, а решающей силой на поле боя становилась массовые армии, потеснив маленькие подразделения элитных армий. В следствии этого число Перворожденных было ограничено 6 тысячами в 30 братствах, и это ограничение сохранялось и в будущем – всех остальных воспитанников царских школ определяли равами, либо направляли в качестве офицеров в армию без зачисления в ряды гвардии.

Бхормаханат стал одной из наиболее значимых частей Карфагенского страны и являлся опорой царей. Без гвардии царская власть непременно имела возможность закончиться, либо началась бы чехарда со утверждением и свержением разных семейств; без Бхормаханата Карфаген хронически испытывал бы недостачу умелых администраторов и командиров, что снизило бы эффективность национального аппарата и неспециализированную живучесть империи.

Выдающуюся роль этого университета Карфагена осознавали и сами пунийцы, всячески восхваляя его солдат, усердно отдавая собственных сыновей на воспитание его преподавателям и возвеличивая подвиги Перворожденных в мастерстве. Кроме того спустя тысячи лет существования Карфагенского страны Бхормаханат и Перворожденные все еще оставались гордостью государства и города, не смотря на то, что и перетерпели множество трансформаций совместно со своим народом.

Социальная структура

Порт Карфагена. По крайней мере, так мне сообщил поисковик.

Нужно поведать о социальной иерархии, которая появилась в то время в городе. Самым бессчётным и полноправным слоем населения были граждане [8], из их числа выбирались адирамы, они же составляли главную массу муниципального ополчения. Граждане практически делились на бедных и богатых [9], но формально их права и обязанности ничем не отличались. На выборах граждане делились на территориально-избирательные округа, каковые назывались мезархиями.

Ниже по статусу размешались так именуемые граждане Сидонского права [10], каковые в большинстве случаев являлись переселенцами из вторых финикийских городов. Они пользовались практически теми же правами, что и граждане, за тем только исключением, что они сами не могли быть избраны на наибольшие должности (но голосовать наряду с этим имели возможность). Уже в эру правления Элиссы начался постепенный перевод граждан этого типа на полные права, а на протяжении царствования Магона I и вовсе данный ранг провалился сквозь землю.

Одновременно с этим существовала другая социальная прослойка, которая пользовалась Сидонским правом – боды. Они пользовались многими правами граждан, но не принимали участие в выборах ни в качестве кандидатов, ни в качестве избирателей. Помимо этого, боды значительно чаще имели того либо иного покровителя из граждан и практически закреплялись за ним, хоть и были лично свободны – наряду с этим боды, не имеющие личного покровителя, практически пользовались покровительством всего страны.

Кроме этого боды были в праве на владение землёй и имуществом. Первоначально бодами именовали только полусвободных производственников, но вместе с вырождением ранга граждан Сидонского права под бодами стали подразумевать и других людей с частичным гражданством. Ниже них по статусу размешались гамиты [11] – переселенцы не-финикийского происхождения, каковые прибывали в город и хотели в нем обосноваться.

Они были лично свободными, но гражданскими правами не владели, среди них и правом владения недвижимой собственностью. Не принимали участие они и в политике города. Практически все гамиты выбирали себе покровителя из граждан, что выделял им пропитание и жильё вместо на применение их в качестве собственных рабочих. Довольно часто гамиты нанимались на суда гребцами либо матросами.

Еще нище по социальной лестнице размешались рабы. Наряду с этим рабы в Карфагене владели большой степенью свободы из-за практики финикийцев всячески поддерживать собственных рабов и прекрасно с ними обращаться для большей эффективности их применения. Так, за убийство чужого раба гражданин должен был выплатить громадную компенсацию хозяину убитого, а за убийство собственного раба уже следовало выплатить такую же компенсацию в царскую казну.

Допускались браки как между рабами, так и между гамитами и рабами, а в отдельных случаях – и с бодами (наряду с этим раб машинально приобретал свободу и переходил в ранг собственного супруга/жены). Существовала практика освобождения детей рабов, с переводом в ранг гамитов – значительно чаще это осуществлялось зажиточными гражданами по громадным праздникам.

Рабам было разрешено обладать собственными хозяйствами (при формальной принадлежности их господину) [12] и личным имуществом, благодаря чему среди карфагенских рабов существовала зажиточная прослойка, которая в полной мере имела возможность себе позволить выкупить свободу, но не спешила лишаться покровительства хозяина. Раздельно от данной социальной лестницы размешались воспитанники Бхормаханата – равы и Перворожденные.

Формально они числились личными рабами царя, но пользовались большинством прав граждан, а в некоторых случаях позиционировались и выше их, поскольку они считались мирскими представителями самих всевышних. «Рабство» их было почетным и пожизненным, но и наказание за правонарушения отличалось особенной суровостью. За кражу либо разбой, принуждение над гражданами, гамитами либо кроме того рабами участника Бхормаханата ожидали плети и заключение в темнице, а убийц и насильников ослепляли, оскопляли, пытали каленым железом и распинали на крестах в назидание вторым (для сравнения – в большинстве случаев убийц ожидало простое распятие на кресте).

Кроме этого особенный статус имели жрецы, не смотря на то, что формально они принадлежали к числу граждан. Существовала лазейка для предприимчивых и религиозных людей при получении гражданства – главным жрецом какого-либо храма (рабкуханимом) имели возможность избрать любого лично свободного человека, наряду с этим он приобретал статус гражданина. Простые жрецы (куханы) имели возможность принадлежать к любой прослойке общества не считая гамитов и рабов.

Необходимо также подчеркнуть и о высокой социальной мобильности в карфагенском обществе. Так, рабов позволялось отпускать – за выкуп либо по воле хозяина, по окончании чего те становились гамитами либо кроме того бодами (при наличия очень полезных навыков). Гамиты имели возможность стать бодами несколькими дорогами – браком с бодом, выплатой особого налога в казну города. Дети, рожденные гамитами, при совершеннолетии приобретали статус бодов.

Кроме этого гамиты имели возможность повысить собственный ранг методом поступления в армию, либо за какие-то особенные отличия. Схожее положение складывалось и у бодов по отношению к полному гражданству – не смотря на то, что их дети уже не могли взять его при совершеннолетии. Однако, оставалась возможность взять гражданство в качестве вознаграждения за какие-то успехи, по окончании уплаты особенного налога либо при браке с гражданином.

Имелись и механизмы обратного процесса – за важные проступки, каковые не карались смертью, человека имели возможность лишить гражданства, перевести в гамиты либо вовсе реализовать в рабство. Эта совокупность снабжала кроме этого высокую привлекательность для богатых мигрантов – лишь прибывший в город торговец имел возможность заплатить все налоги и взять гражданство практически в тот же сутки. Действительно, у чужестранцев, «понаехавших» из-за морей, фактически не было шансов стать политически весомыми фигурами – в Карфагене изначально элита строилась только на финикийско-атлантических традициях, и не приобщившись к ним, любой чужестранец выступал если не изгоем, то совершенно верно чужим, и не имел возможности пользоваться особенной популярностью.

Другие особенности культуры Карфагена

Гробница одной из пунических жриц. Очень возможно, что работа греческих мастеров – пуническая знать весьма деятельно эллинизировалась приблизительно с V века до н.э.

Финикийцы имели собственный развитый алфавит, что базировался на базе упрощенного аккадского. Исходный вариант складывался из приблизительно 600 знаков, финикийцы же сократили их число до 22. Кроме этого в этом алфавите отсутствовали гласные буквы. В свое время финикийские алфавит послужил базой для древнегреческого. Наряду с этим древнегреческий, применяющий гласные буквы, взял в Карфагене определенное распространение и со временем начал вытеснять исходный финикийский из-за собственного удобства.

Официально греческий алфавит был принят в Карфагене в начале III века до н.э., перед самым началом войн с Римом [13].

Наряжались карфагеняне, как и другие финикийцы, в долгие туники с поясом и сандалии. Наряду с этим для мужчин пояс был не необходимым, а дамы носили их два – один на талии, и второй под грудью (подчеркивая ее). В отличие от греков, финикийцы постоянно носили под одеждой набедренные повязки. Дамы деятельно применяли украшения, причем одним из основных знаков был лунный серп (знак Танит), что в большинстве случаев цеплялся на головной убор.

Финикийцы предпочитали желтый и красный цвета одежды, не смотря на то, что популярными были кроме этого пурпурные и снежно-белые вещи. Мужчины довольно часто носили бороды, каковые считались показателем личного преимущества. Одновременно с этим рабочие довольно часто наголо выбривали себе лицо и голову из-за жары, которая была характерна североафриканскому побережью.

Карфагеняне были весьма умелыми ремесленниками. Их строители славились по всему Средиземноморью – так, храмы и дворцы в Иерусалиме при царе Соломоне строились как раз финикийскими архитекторами. Кроме этого финикийцы стали первыми, кто начал изготавливать цветное стекло, а в мастерстве кораблестроения сравниться с ними в древние времена никто не имел возможности. Развитым было инженерное дело (к примеру, с ранних времен карфагеняне начали умело и массово изготавливать осадные автомобили).

На самом высоком уровне было организовано кузнечное дело и литье – Карфаген уже в первую сотню лет собственного существования стал одним из ведущих центров по производству железных изделий, его доспехи и оружие славились далеко за пределами его сферы влияния. Не последнее место в экспорте товаров игралась и продукция гончарного ремесла.

Наконец, как раз в Карфагене сформировалась самая передовая разработка обработки почвы (по всей видимости, благодаря поликультурности города и знаний множества и объединения навыков народов), что вместе с весьма плодородной почвой Северной Африки разрешало собирать огромные урожаи. Наконец, практически с самого момента собственного основания Карфаген всецело снабжал себя тканями, для чего разводились овцы и выращивался лен, причем в этом производстве самый массово употреблялся женский труд.

Стеклянная финикийская маска. Как я осознал, в стеклянном деле финикийцам и пунийцам не было равных.

Имелась в Карфагене собственная театральная традиция, не смотря на то, что она носила по большей части религиозно-образовательную функцию – в особенные дни при храмах устраивались представления, в которых время от времени учавствовали и женщины [14], на протяжении которых широкой публике показывались эпизоды из мифологии – о жизни всевышних, их деяниях и о смертных храбрецах. Особенной популярностью пользовались сюжеты про злодейства Мотона, похождения и Исход Мелькарта. Кроме этого была у карфагенян собственная литература, не уступавшая греческой, а среди философов числились кроме того представители царской семействе Элиссидов.

Именная традиция карфагенян отличалась от общефиникийской, и с каждым столетием отличий накапливалось все больше. Изначально финикийцы применяли в собственных семьях ограниченное количество имен по причине того, что сыновей значительно чаще именовали в честь их дедов. В следствии в ходу было только ограниченное количество мужских имен, что при отсутствии прозвищ либо некоего аналога современных фамилий приводило к огромным затруднениям в идентификации отдельных людей.

Но многие колонисты при основании Карфагена вели собственные корни от беженцев из Атлантиды, среди которых подобная традиция отсутствовала – причем в Новом Городе эту особенность скоро переняли и сами финикийцы. От них же неспешно распространилась традиция закреплять за людьми прозвища, делая их наследными, причем собственный прозвище имел возможность придумать и закрепить сам хозяин, применяя его как фамилию и передавая его своим детям – так показались влиятельные семейства Ганнонидов, Элиссидов, Магонидов и т.д. В финикийско-атлантическое разнообразие имен неспешно добавлялись и новые, по большей части греческие либо производные от греческих, что, но, было более популярно среди аристократов, чем среди простонародья.

Карфагеняне применяли два метода захоронения тел погибших – ингумацию либо кремацию, причем во втором случае останки погибшего кроме этого помещались под почву. Наряду с этим в саркофаги кроме этого помещались предметы первой необходимости – украшения, пища и т.д., так как считалось, что душа погибшего испытывает те же потребности, что и при жизни.

Эта традиция имела финикийские корни, и практически сразу после основания города начала вытесняться атлантическими ритуалами погребения – тела сжигались, и прах или развеивался на свободном пространстве (в большинстве случаев над морем), или помещался в урну и хоронился под маленькой каменной плитой, на которую наносилось имя погибшего. При со знатью использовались кроме этого барельефные портреты погибших, а урны с прахом царей и вовсе помещались под полноразмерные статуи, изображавшие их при жизни.

Для этих целей в подземельях Царского Дворца в Карфагене намерено был оборудован Зал Памяти, что расширялся по мере необходимости, наряду с этим в него помещались только царицы и правящие цари со собственными супругами. Так как потомки атлантов думали, что душа совсем покидает тело и отныне будет жить в царстве Элохима (либо Мотона), то никакие подношения в захоронениях не размещались, не смотря на то, что на протяжении кремации вместе с телом имели возможность сжигаться какие-то вещи, высказывающие почтение погибшему от живых.

Кроме этого карфагеняне уделяли особенное внимание чистоте тела (ванны и бани размешались в зданиях зажиточных граждан практически сразу после входа), не употребляли в пищу свинину, делали обрезание, уделяли особенное внимание образованию и отличались высокой степенью религиозности – не смотря на то, что последнее явление не было неповторимым в Античности. Практиковались единокровные браки, не смотря на то, что на практике такое виделось редко, по большей части в царской семье.

Наряду с этим подобный брак оставался в основном понятием престижа, и жены редко имели неспециализированное потомство – при с царями функции производства потомства брали на себя наложницы, которых, но, редко было большое количество, и все они носили статус личных рабынь царя с соответствующим высоким положением в обществе, подобным выходцам из Бхормаханата. В чем карфагеняне-финикийцы переплюнули многих вторых – так это в практичности: любое возможно нужное изобретение постоянно находило помощь, а неудобные либо вовсе наносящие вред традиции игнорировались либо вовсе отбрасывались (к примеру, запрет вести войну в Шаббат был отброшен практически сразу после основания города, поскольку мешал его выживанию).

И само собой, карфагеняне, как и все другие финикийцы, были умелыми торговцами, превосходя в этом всех собственных современников. Кроме этого особенное внимание среди карфагенских граждан уделялось генеалогиям – считалось серьёзным знать всех собственных предков от самого момента их поселения в Карфагене. Семейства, каковые вели собственные корни к первым поселенцам, пришедшим в Африку с Элиссой и Ацербусом, пользовались особенным почетом и чаще избирались в Адиру (Сенат), чем другие.

Необходимо также подчеркнуть, что во многом Карфаген перенимал эллинистический опыт. Так, фактически финикийская керамика была не весьма популярна из-за собственной громоздкости, и употреблялась только для внутренних потребностей, но со временем пунические ремесленники переняли стали и греческий опыт деятельно экспортировать собственную продукцию этого типа во многие «безжалостные» государства наподобие Галлии либо Иберии. Выше уже приводился пример с древнегреческим алфавитом, что был заимствован Карфагеном в III столетии до н.э.

Примечания

1) Не смотря на то, что более как мы знаем, что это ритуальное человеческое жертвоприношение, но у меня альтернатива – так что будет так.

2) Граница между подростком и ребёнком.

3) Финикийцы пользовались иудейским календарем, в котором было по 12–13 месяцев в году.

4) Так сообщено в источнике. Как именно эта дата синхронизировалась с иудейским календарем, я не воображаю.

5) Тут имеется маленькие непонятки, потому что видел упоминания о том, что в Вавилоне, откуда финикийцы переняли Шаббат (как и иудеи, кстати), данный праздник праздновался только раз в тридцать дней, не смотря на то, что другие источники говоря о праздновании в определенные числа месяца (7, 14, 19, 21 и 28).

6) Об этом будет поведано в следующих статьях.

7) Т.е. Перворожденные имеется Бхормаханат, но Бхормаханат не есть лишь Перворожденные.

8) Полноправные граждане Финикии именовали себя баалим.

9) Я весьма не силен в чтении финикийского языка, потому не стал приводить прямо в статье заглавия карфагенских плебеев и патрициев. А назывались они ‘drnm и s rnm, и как я могу делать выводы, это звучит как «эдурнам» и «шиарнум». Какой вариант будет употребляться в будущем (более привычный нам римский, либо возможно неверно сказанный финикийский), я еще не решил.

10) Содержание Сидонского права неизвестно, но происходило оно, наверное, от определения статуса уроженцев вторых финикийских колоний не считая Тира. По правам они уступали гражданам, хоть и незначительно.

11) «Переселенцы», аналог греческих метэков. Полное их наименование – hamiteyayshevim, и я лучше убьюсь об стенку, чем постараюсь сказать это на русском в полном виде.

12) Все это имело место и в действительности, от себя касательно рабов я наподобие ничего не додавал (а также убирал очень вызывающие большие сомнения моменты).

13) В полной мере возможно, что подобный процесс шел и в действительности, но упоминаний об этом, кроме постепенной эллинизации карфагенской элиты, я не отыскал.

14) Чего не было в Греции либо Риме.

Путешествие по Малайзии. В гостях у друзей. Малайская семья, еда и культурные особенности

Увлекательные записи:

Похожие статьи, которые вам, наверника будут интересны: