В. г. федоров «в поисках оружия» часть 7

Курьерский поезд мчал нас к Лондону. Я с интересом наблюдал на раскрывающийся ландшафт Шотландии. Вершины гор были покрыты снегом, а по отрогам зеленели луга, на которых паслись стада коров, овец и баранов, – то был скотоводческий район.

Скоро мы добрались до промышленного центра страны с городами Шеффильд, Честерфильд, Лейчестер. Нескончаемой лентой тянулись мимо нас фабричные строения, высокие трубы выбрасывали клубы тёмного дыма. За фабричными строениями начинались рабочие поселки – то одноэтажные кирпичные домики, любой на отдельную семью, то огромные трехэтажные корпуса, похожие на громадные казармы.

Иногда мелькало зеленое оголенное поле без единого деревца, без единого кустика. И после этого опять начинались те же фабричные строения, те же дымящиеся высокие трубы, те же заводские корпуса.

В. г. федоров «в поисках оружия» часть 7

В течение нескольких часов курьерский поезд, делавший по сто км/ч, пересекал фабричные районы Англии. Нечайно идея обращалась к тому, что неоднократно видел из окна вагона, проезжая по необъятным пространствам дореволюционной России. Нескончаемой лентой тянутся поля, леса, равнины, реки, бедные деревушки, одинокие церкви, разносящие печальный колокольный звон…

В каком бы направлении вы ни ехали тогда по отечественной Стране, неизменно одинаковая картина раскрывалась перед вами: зимний период вечно унылая снежная пелена, занесенные сугробами деревни и спящие заснеженные леса, накрытые свинцовым безрадостным небом, а летом пестреющая всеми оттенками цветов равнина, желтеющие поля, радостные прекрасные перелески и загадочный дремучий бор, над которым раскинулось голубое небо с белыми как снег, гонимыми ветром тучами.

Достаточно было сравнить эти картины с тем, что мы заметили в Англии, дабы стало очевидным, из-за чего промышленность царской России не имела возможности дать всего того, что требовалось для армии, в то время, когда размеры всемирный бойни превзошли всякие ожидания, в то время, когда они спутали все предположения и расчеты мирного времени. Что было выполнимо для Англии, Германии, Франции – для экономически самые развитых европейских держав с их замечательной индустрией, то было недостижимо для отсталой царской России.

Прекрасно ли уясняло это различие русское командование? Принималась ли во внимание эта резкая отличие при составлении ближайших задач и планов войны кампании на русском фронте? Мне думается, что не хватает.

А курьерский поезд мчал нас все дальше и дальше, мимо заводских строений, фабричных корпусов, мимо рабочих поселков

Уже темнело, в то время, когда мы подъехали к Лондону. На вокзале нас встретила несколько должностных лиц: русский армейский агент генерал Ермолов, заведующий Комитетом по снабжению русской армии генерал Гермониус (уже привычный читателю по главам о Японии), чины и наши приёмщики заказов британского военного министерства.

На машинах нас проводили в гостиницу «Виктория» около Трафальгар-сквера. Тут нам были отведены шикарные помещения.

В тот же вечер к нам пришел Гермониус со своим ассистентом. Печальна была эта встреча: мы ничем не могли порадовать отечественных соотечественников, живших на чужбине. Со своей стороны, и Гермониус не возлагал особенных надежд на конференцию.

Ему прекрасно было известно настоящее положение дел.

Война застала Англию совсем неподготовленной к армейским операциям на континенте в больших масштабах. Классическим ее оружием был флот, и он был в блестящем состоянии. Не то было в сухопутной армии.

Все, что случилось в начале войны на русском фронте, имело место и в британской армии.

Гермониус продемонстрировал нам кое-какие документы, каковые ему удалось дотянуться у привычных британских офицеров. Содержание их было весьма похоже на разные донесения о недочёте предметов армейского снаряжения, получавшиеся у нас из армии. Командующий британскими армиями во Франции генерал Френч доносил:

«Снарядов нехватает, армии ведут битвы без помощи артиллерии; если не улучшится артиллерийское снабжение, возможно ожидать самых тяжелых последствий».

Член парламента капитан Райт информировал:

«Отечественный паек – два боеприпаса на пушку, восемь снарядов на батарею в сутки… В отношении снарядов мы посажены на голодный паек».

Новая весточка от Френча показывала:

«Снарядов хватает только на часовую бомбардировку маленького участка вражеского фронта; при перехода немцев в атаку нам нечем отбивать их наступление…»

Такой же недочёт был и в отношении ружей. Дабы компенсировать его, британцам было нужно не только существенно увеличить собственные оружейные фабрики, но и заказать в начале войны полмиллиона ружей в Америке а также обратиться с просьбой о помощи к Японии…

Я прекрасно знал Гермониуса. Он принадлежал к числу умелых и важных работников, отличался громадной выдержкой и при кроме того самых важных неудач не поддавался паническим настроениям. Но и он сейчас сказал, что страшно устал от трудной работы.

Немыслимые трудности воображали переговоры с зарубежными компаниями, часто получавшими получения очевидно невыполнимых заказов. Многие фабриканты, заключившие договора с британским министерством, предлагали собственные услуги и русскому правительству, сохраняя надежду, что ему возможно сдать заказы в более продолжительные сроки. По словам Гермониуса, Англия не воображала в этом отношении какого-либо исключения: тут кроме этого было какое количество угодно страстных любителей наживы, наблюдавших на войну как на метод обогащения.

Определив о приезде отечественной миссии, Гермониус сохранял надежду, что я смогу заменить его в Англии. Но это было нереально. Моя командировка была только временной, и я уже был назначен в Российской Федерации на пост ассистента главы оружейных и патронных фабрик.

А самое основное, тот большой авторитет, которым пользовался Гермониус среди работников британского военного министерства, делал такую замену его кем-либо вторым очень тяжёлой.

Поздно ночью, в то время, когда все разошлись, я заснул, как убитый, первый раз по окончании продолжительного перерыва растянувшись на широкой эргономичной кровати. К моему наслаждению, она твердо стояла на месте, а не ходила ходуном во все стороны от нестерпимой качки.

Рано утром я проснулся, разбуженный звуками какой-то мелодичной, необычной, совсем незнакомой для меня музыки. Лучи солнца заливали всю помещение. Я ринулся к окну.

По улице, направляясь к монументу Нельсона на Трафальгарской площади, проходил батальон шотландских стрелков в собственной уникальной форме – ноги с обнажёнными коленками, коротенькие пестрые юбки.

Выполняя строгое равнение, с громадными промежутками – в ход один от другого, шли шотландские стрелки, поражая образцовой осанкой, гордо подняв головы, держа коротенькие ружья на плечах. Бравурная радостная музыка отбивала медленный такт, медленным шагом шли стрелки. По окончании каждой рулады музыка смолкала на пара секунд, и тогда слышался только мерный однообразный топот ног, отбивавший тот же такт.

Картина была прекрасная!

Я стал торопливо наряжаться, поскольку в десять часов утра было назначено первое совещание конференции союзников в армейском министерстве.

ОТКРЫТИЕ КОНФЕРЕНЦИИ

В огромном круглом зале на скамейках, амфитеатром возвышавшихся около трибуны, сидели бессчётные представители всех союзных наций. Тут были различные формы разных армий. Кроме большого числа сотрудников британского военного министерства, одетых в куртки цвета хаки, быстро выделялась многочисленная несколько французских офицеров в их голубовато-лазоревой форме.

Неподалеку от меня сидели неподвижные японцы, сумрачные сербы, итальянцы, бельгийцы.

Скоро на трибуне показался видный британский политический деятель, министр армейского снаряжения Ллойд-Джордж. Был он высокого роста, строгий тёмный сюртук облегал его представительную фигуру. Долгие седеющие волосы еще более оттеняли моложавость розоватого лица. Сказал Ллойд-Джордж по-французски, тихо, но с громадным сдержанным эмоцией.

Я прислушивался к каждому слову, сохраняя надежду сейчас же определить об отношении британского правительства к коренному для нас вопросу о надлежащей помощи русской армии.

Ллойд-Джордж владел той благообразной наружностью и тем радостным уменьем сказать, каковые приносят неизменный успех как среди избирателей, так и в парламентских кругах. Его официальным приветствием и открылась конференция союзников в Лондоне 23 ноября 1915 года. После этого Ллойд-Джордж перешел к деловым вопросам.

– Англия ни при каких обстоятельствах не предполагала воевать по масштабу континентальных стран, – сказал он. – Начальным ее намерением было послать во Францию экспедиционную армию всего в шесть дивизий.

Тихо, не торопясь Ллойд-Джордж показывал на полный провал всех догадок о быстром характере войны и на большие упрочнения британского правительства по повышению собственной армии с 200 тысяч до 2,5 миллиона человек, что удалось выполнить в маленький срок, около года. Он обращал особенное внимание на конечный недочёт разных предметов оружия, привёдший к необходимости выстроить огромное количество новых армейских фабрик, и перевести многие предприятия с гражданской продукции на военную.

– Снабжение снова формируемых бессчётных частей, в особенности артиллерийских, – сказал Ллойд-Джордж, – всеми техническими средствами, притом сообразно новым, увеличенным нормам, существенно ограничивает возможность помощи отечественным союзникам. Конференция обязана заняться самым детальным изучением положения союзных государств, любой вопрос должен быть подвергнут всесторонней проработке в особых заседаниях отдельных фракций…

По окончании Ллойд-Джорджа, наметившего порядок работ во фракциях, на трибуну стремительными шагами взошел французский министр снабжения Альбер Тома, узнаваемый тем, что очень легко поменял собственные социалистические идеи на кресло министра в буржуазном правительстве. Это был человек средних лет, достаточно тучный, с толстым обрюзгшим краснощеким лицом, заросшим тёмной бородой, в очках.

Не обращая внимания на то, что целый его вид не обладал как словно бы к живости и подвижности, сказал он весьма скоро, с пафосом и необыкновенным подъёмом. Слова его сопровождались сильной жестикуляцией. Целые рулады прекрасных пышных фраз наполнили зал.

Альбер Тома показывал, что Франция подготавливалась ко всяким случайностям войны. Но на деле была громадная отличие между ее теми усилиями и приготовлениями, каковые ей приходится затрачивать на данный момент. Французскому армейскому министерству удалось расширить производительность фабрик по изготовлению орудий полевой артиллерии в двенадцать раз, создать заново тяжелую артиллерию, добиться превосходства над Германией по числу аэропланов.

– Нам нужно, – сказал он, – еще более усилить все отечественные работы, поскольку неприятель не устает изыскивать и разрабатывать более идеальные технические средства войны. Кроме тяжелой артиллерии замечательных калибров, сыгравшей огромную роль при разрушении цементных укрытий бельгийских крепостей и приостановившей отечественное наступление в начале войны, кроме удушливых газов, в первый раз примененных против отечественных и британских армий на Ипре, в германской армии введены на данный момент наровне со станковыми пулеметами более легкие – ручные.

На одном из сбитых нами аэропланов отыскана автоматическая винтовка новой совокупности, воображающая последнее достижение германской техники. Неприятель достиг максимума собственных упрочнений, отечественная предстоящая организация всех средств борьбы обязана привести нас к победе…

Альбер Тома призывал к совсем откровенному обмену точек зрения, любая страна обязана раскрыть собственные карты, другими словами осветить как сильные, так и не сильный собственные стороны. Желание скрыть собственную неподготовленность к войне может повести к уменьшению размеров помощи, и, напротив, желание более индустриальных государств преуменьшить производительность собственных фабрик кроме этого невыгодно отразится на неспециализированном деле всех союзников.

Для меня, как конструктора автоматического оружия, громаднейший интерес представили слова Альбера Тома о захвате германской автоматической винтовки. Неужто удалось взять ту винтовку, за которой я так тщетно гонялся перед войной на протяжении тайных командировок, стараясь дотянуться ее чертежи либо хотя бы самые ответственные части? Неужто возможно будет изучить ту совокупность, конструкцию которой я распознал только предположительно, опираясь, с одной стороны, на достаточно туманные указания осведомителей, а иначе, базируясь на изучении забранных изобретателем Маузером разных привилегий на автоматическое оружие?!

Между докладами адмирал Русин познакомил меня с Альбером Тома. Тот с радостью дал согласие продемонстрировать мне эту винтовку, в то время, когда я приеду во Францию. Винтовка шепетильно хранилась за семью замками в Париже, в строении армейского министерства.

Последующее выступление русского представителя не внесло что-либо нового. Адмирал Русин кроме этого указал, что масштаб, длительность и напряжённость боевых действий превзошли всякие ожидания. Громадная протяженность русского фронта если сравнивать с французским и постоянные, не прекращающиеся битвы с соперником, воображающие особенность борьбы на восточноевропейском театре, – все это очень обострило недочёт в снабжении русской армии.

– Российская Федерация испытывает недостаток сейчас во многих предметах снабжения, о предоставлении которых она и обращается прося к своим союзникам, – закончил он собственный сообщение.

Представитель Италии генерал Марафини был весьма краток. Он просил лишь о трех вещах: он просил, во-первых, хлеба, во-вторых, хлеба и, в-третьих, кроме этого хлеба. Это выступление было в полной мере понятным. Ни одна страна, не считая Англии, не зависит так от подвоза хлебных продуктов, как Италия. Покрытая горными кряжами, она испытывает недостаток в привозном хлебе, сообщение с Россией, вывозившей раньше собственный недорогой хлеб через турецкие проливы, было закрыто.

А транспорт из других государств существенно сократился ввиду военного времени и действия германских подводных лодок.

Выступлениями представителей основных держав Антанты закончилось совещание конференции.

ВОПРОС О РУЖЬЯХ

Первое самоё важное для нас фракционное совещание происходило на следующий сутки в кабинете главы особенного отдела британского военного министерства по снабжению русской армии генерала Эллерш

В поисках оружия

Увлекательные записи:

Похожие статьи, которые вам, наверника будут интересны: