Израильский лев, который едва не затмил американского орла. опытный истребитель iai lavi часть 3

Перед лицом все более и более оскорбительной критики приверженцы программы Lavi должны были перехватить инициативу. Выкатка первого прототипа с бортовым номером B-1, состоявшаяся 21 июля 1986 года, предоставила хорошую возможность для демонстрации истребителя.

Первая церемония прошла в полдень и она должна была поддержать боевой дух сотрудников компании Israel Aircraft Industries. Вторая церемония состоялась вечером и собрала более 2000 представителей всего общества. Глава правительства Шимон Перес вследствие этого заявил:

«Нация, которая пытается к высоким целям, обязана соглашаться на громадный риск и не должна опасаться неудач, потому, что при исполнения поставленной задачи успех будет огромным Мы желаем выполнять великие дела, исходя из этого мы должны принять эти риски. Это всецело относится к программе Lavi».

председатель совета директоров IAI Моше Керет, воображавший позицию индустрии, пояснил:

«Может ли Израиль позволить себе Lavi не тот вопрос, что стоит задавать. Необходимо задать вопрос по-второму: может ли Израиль отказаться от Lavi?

Это не столько самолет, стоящий на повестке дня, сколько отечественное рвение к технологической независимости Израиля в течение нескольких поколений, база отечественной экономики и источник занятости высококвалифицированных работников в течение ближайших нескольких лет Израиль поставил перед собой громадную цель и у него хватит смелости реализовать эту программу. Само собой разумеется, довольно разных качеств программы имеются вопросы, и на публике были высказаны противоположные мнения.

Это не нужно истолковать как малодушие либо трусость, а как выражение открытого и демократического характера израильского общества. Однако, у нас имеется полная уверенность в отечественной способности удачно выполнить постевленные перед нами задачи и достигнуть намеченных целей».

Командующий ВВС Израиля высказал вывод армейских:

«Нет сомнений, что программа Lavi есть для Израиля тяжелым бременем, но последствия проекта для отечественных технологических возможностей, независимости отечественной обороны и отечественного будущего в качестве передовой нации значительно серьёзнее, чем только требования ВВС к новому истребителю. Мы не можем зависеть только от внешней поддержки с целью достижения таковой цели национального значения. В случае если мы приложим максимальное колличество усилий, то, не обращая внимания на экономические трудности, Lavi сможет взлететь и обезопасисть небо нации Это разрешит устранить сомнения и привить уверенности и скептикам твёрдости в свойство страны создавать сложные совокупности оружий».

Член палаты представителей республиканец Джек Кемп находился на презентации в качестве представителя группы помощи программы Lavi. За пара дней до презентации – 16 июля 1986 года – Джек Кемп находился на заседании в минобороны, посвященном программе Lavi. Позднее Дов Закхейм написал об этом:

«От американской администрации в том месте была дюжина человек. Мое присутствие и присутствие официальных представителей была призвана развеять миф, что так же, как и прежде находился в умах израильтян, что это был коварный замысел пентагона, организованный полным неприязни к ним иудейским бюрократом». [1]

Кемп был прикреплен к программе Lavi и на протяжении церемонии сообщил:

«На этом самолете должны быть нанесены израильские и американские опознавательные символы, по причине того, что речь заходит о настоящем сотрудничестве, которое включает в себя такие ведущие компании авиастроительной отрасли США как Pratt Whitney, Grumman, Lear Siegler и Moog… Я приветствую Израиль за применение его права оценивать а также осуждать Lavi, поскольку это символизирует силу и независимость нации, которая твердо идет к поставленной цели».

Но состояние программы Lavi оставалось сложным. Американцы предлагали израильтянам изучить пара других вариантов. 4 августа 1986 года глава правительства Ицхак Рабин очень нехотя разглядел другие варианты, и в это же самое время американская администрация в очередной раз заблокировала договора американских подрядчиков программы Lavi.

В последних числах Декабря был представлено детальное изучение, посвященное сравнению затрат на программу Lavi и на приобретение американских истребителей нескольких типов, среди них и F-16C. Эти доклада отмечали большую цена Lavi если сравнивать с F-16C (22 миллиона долларов против 10 миллионов долларов). Это была еще одна битва цифр между израильтянами и американцами.

В данной череде сражений перевес неспешно склонялся в сторону Соединенных Штатов: израильские армейские все более склонялись к повышению закупок истребителей F-16.

31 декабря 1986 года – первый полет Lavi

В этих сложных условиях 31 декабря 1986 года – спустя 6 лет 10 дней и 19 месяцев по окончании старта программы Lavi – состоялся первый полет первого прототипа истребителя. В 13:20 самолет поднялся в воздух под управлением главного летчика-испытателя компании IAI Менахема Шмуля ((?)????? ????). Программа полета предусматривала взлет на полной мощности – но без форсажа – до скорости 170 узлов (315 км/ч), комплект высоты 12000 футов (3660 м) и большой угол атаки 15°; посадка должна была быть выполнена по окончании получасового полета на скорости 145 узлов (270 км/ч). Менахем Шмуль вспоминает:

«В Lavi мы все начинали с нуля, и самый важным нюансом программы создания самолета была электрическая совокупность управления полетом. Я нёс ответственность за собственную часть программы и трудился совместно с инженерами, разрабатывавшими конструкцию кабины и эту систему управления. Для летчика-испытателя руководить новым самолетом в его первом полете вещь страшная и увлекательная, но разработка комплексной совокупности управления полетом была сделана весьма профессионально.

Разработка совокупности управления Lavi требовалась, дабы всецело осознать, как самолет будет летать. Я создал математические уравнения для команды инженеров, и после этого мы трудились совместно.

Роль летчика-испытателя заключалась в преодолении разрыва между разработчиком – в большинстве случаев инженером, что ничего не знал об простых режимах полетов – и пользователем – по большей части пилотом без инженерного образования, – потому, что тест-пилот знаком с миром техники и с чистым пилотированием. Отличие между ними часто бывает такой огромной, что пилотов и инженеров было тяжело собрать совместно. Летчик-испытатель есть мостом между этими мирами: он переводит с языка разработчиков на язык пользователей и напротив.

программное обеспечение и Бортовые компьютеры к ним были испытаны на трех тренажерах в Израиле, Нидерландах и на американском самолете-летающей лаборатории, оборудованном совокупностью Calspan [2] для объективной (автоматизированной и компьютеризованной) регистрации физических условий. По итогам этих опробований собственный первый полет Lavi совершил с совокупностью управления, которая практически достигла собственной окончательной формы.

На протяжении исполнения всех испытательных полетов совокупность управления трудилась так прекрасно, что вряд ли возможно было придраться к ней. Это было практически беспрецедентное достижение в разработке боевых самолетов с электрической совокупностью управления. Многие из них, за исключением возможно одного Lavi, стали жертвами аварий на протяжении разработки [3].

По окончании первого полета меня задали вопрос: были ли у меня какие-либо опасения? Я ответил, что лишь дураки ничего не опасаются, но мои страхи скоро рассеялись. Я знал данный самолет от носа до хвоста а также принимал участие в его создании. Ежедневно более часа я, трудясь совместно с инженерами, проводил в ангаре с прототипом. Благодаря такому подходу у нас был весьма хороший командный дух.

Однако, ощущалось определенное давление, потому, что мне необходимо было пилотировать самолет, создание которого обошлось отечественной стране в 1300 миллионов долларов. Одна неточность и 1300 миллионов долларов были бы утрачены!

Я прекрасно знал Lavi, но на протяжении первого полета он мне преподнес достаточно неприятный сюрприз: совокупность наддува воздуха в кабину пилота самолета не трудилась. Перед полетом была совершена проверка, продемонстрировавшая, что все в порядке, но в то время, когда я поднялся на высоту 12000 футов (3660 м), то совокупность поддержания избыточного давления прекратила трудиться. Случилась неисправность, которая не могла быть смоделирована на земле.

Никаких вторых неисправностей в первом полете Lavi, являющемся кульминационным моментом моей карьеры, больше не было».

Новый доклад!

Несоответствие цифр, приведенных пентагоном и израильтянами, привели в марте 1986 года к новая оценке затрат программы Lavi, выполненной в этом случае Главным бюджетно-контрольным управлением (General Accounting Office – GAO) конгресса США. Израильтяне сотрудничали с GAO полностью, полагая, что оно будет более честным, чем американские армейские.

В выпущенном 31 января 1987 года докладе GAO заключили , что израильские замыслы изготовить в течение 1990-2003 годов 300 истребителей Lavi при производительности 24 самолетов в год превзойдут первоначально запланированные ежегодные затраты в 550 миллионов долларов. Однако, данный доклад не оценил устойчивость программы с годовым бюджетом в 550 миллионов долларов.

В докладе говорилось, что с момента начала программы до ноября 1986 года Соединенными Штатами было профинансировано 90% программы Lavi; 28% затрат программы Lavi были израсходованы в Соединенных Штатах среди приблизительно120 подрядчиков. Кроме этого в докладе GAO говорилось, что на стадии серийного производства 50% бюджета будет израсходовано В США.

В докладе делался вывод, что программа Lavi неспециализированной сложности обойдется американским налогоплательщикам в 1330 миллионов долларов и израильским – в 132 миллиона долларов. Цена одного самолета составила бы 17 миллионов американских долларов, что было больше 14,5 миллионов – самой низкой оценки – и намного меньше самой высокой оценки в 22 миллионов американских долларов, которую справедливо осуждали за предвзятость.

Доклад GAO не удовлетворил никого из сторон; адепты каждой из них обнаружили в нем то, что должно было выделить неточности противоположной стороны. Приверженцы программы Lavi утверждали, что в первых американских отчетах были грубо увеличены затраты, в то время как соперники программы говорили о перерасходе бюджета.

Споры вспыхнули с новой силой, в то время, когда напечатали слова Дова Закхейма, сообщённые им 25 февраля 1987 года в конгрессе США на слушаниях в подкомитете по делам Ближнего и Европы Востока:

«Израиль сталкивается с весьма страшным выбором: или летающий самолет на следующий день, или побеждённая вона на следующий день. Из-за программы Lavi, Израиль не сможет модернизировать собственные вооруженные силы, собственный подводные силы и корабельный состав. На бумаге Lavi хороший самолет, но действительность далека от этого».

Вмешательство Закхейма взбесило приверженцев программы Lavi. 26 февраля директор ILPA Менахем Эйни на совещании астронавтики и израильского общества аэронавтики ответил Закхейму цитатой из Библии:

«Данный хороший иудей говорит, что им движет любовь к Израилю и что он не желает, дабы стране был нанесен серьезный ушерб. Но таким людям стоит сообщить: «Сыновья твои поспешат к тебе, а опустошители и разорители твои уйдут от тебя» [Исайя 49:17]» [4].

На политической сцене

В марте 1986 года в Израиле выяснили, что глава МинОбороны Ицхак Рабин желал назначить президента IAI Давида Иври главой управления минобороны и заменить его на Цви Цура (??? ???)[5]. Но Рабин был, быть может, не в курсе обещаний Езеру Вейцману, в то время, когда тот присоединился к партии «Маарах» по окончании того, как покинул «Ликуд» и стал соперником программы Lavi. Среди этих обещаний было своевременное назначение Мордехая (Моти) Хода на должность президента IAI.

В то время, когда было опубликовано назначение Давида Иври и Цви Цура, Эзер Вейцман настойчиво попросил, дабы обещание было выполнено, и Движение взял собственный назначение. Рабин был против этого, но решил уступить. 7 апреля 1987 года Мордехай Движение стал президентом IAI.

Движение, руководивший израильскими ВВС в 1966-73 годах, был эталонным соперником программы Lavi.

Так, к примеру, на протяжении проведения концерном Northrop маркетинговой компании по продвижению истребителя F-20 Tigershark он разглядывал последний в качестве альтернативы израильскому истребителю.

Игра в музыкальные стулья [6]

В израильской армии назначение соперников программы Lavi привело к соответствующей реакции. Глава генштаба Моше Леви (‏??? ???‏‎‎‎) яростно, не смотря на то, что и бесполезно, возражал против назначения Дана Шомрона (?? ??????) своим преемником. Будучи преисполненным решимости защищать программу Lavi до конца, Моше Леви заявил 26 февраля 1987 года:

«Мне не нужен Дов Закхейм, дабы знать, что имеется хорошие альтернативы Lavi. Но разработка самолета кроме этого ответственна для Израиля в контексте сохранения отечественного технологического превосходства… Тот, кто считает, что вероятно извлечь пользу из создания самолета без соответствующих вложений, тот глубоко ошибается».

Но было разумеется, что с 19 апреля 1987 года – даты вступления в должность нового главы генштаба АОИ – будущее программы Lavi изменится.

В это же время опробования длятся

В отличие от шероховатостей дипломатических переговоров Израиля и Соединенных дискуссий и Штатов в самом Израиле программа опробований прототипа Lavi шла без значительных неприятностей.

Второй прототип (B-2) совершил собственный первый полет 30 марта 1987 года. Прототип B-4 должен был присоединиться к программе летных опробований в августе 1988 года. Первые три прототипа должны были завершить изучение летных режимов до конца 1988 года, а эксплуатационные опробования должны были пройти с 1989 по 1990 годы. С января 1989 года третий прототип Lavi B-3 должен был использоваться для тестирования авионики.

Первый серийный экземпляр Lavi A-1 должен был совершить первый полет в ноябре 1989 года. В общем итоге программа опробований Lavi включала в себя более 1800 полетов в течение трех с половиной лет. В апреле 1987 года по окончании исполнения 23 испытательных полетов прототип B-1 был послан на завод для некоторых трансформаций, каковые пребывали в основном в разблокировке предкрылков.

К этому времени Lavi B-1 достиг угла атаки 23°, скорости 400 узлов (740 км/ч) и потолка 43000 футов (12105 м). Прототип B-2 взял те же трансформации.

С новыми главой генштаба АОИ и президентом IAI, настроенными против Lavi, нерешительными военным министром и разделившимся правительством будущее программы была решена. По окончании вступления Дана Шомрона в должность, израильские газеты стали подчёркивать преимущества F-16 по отношению к Lavi. Американские соперники программы Lavi высказали предположение, что затраты на расторжение соглашения были поддержаны администрацией белого дома чтобы не увеличивать затраты израильского правительства.

Одновременно с этим израильской индустрии для приобретения F-16 были предложены компенсационные соглашения.

Гиора Фурман (????? ?????) – пользовавшийся уважением бывший летчик-истребитель и занимавший руководящие должности в руководстве ВВС Израиля – в мае 1987 года призвал правительство решить:

«Сейчас особенно популярны соперники программы Lavi, в особенности в генштабе АОИ и в прессе. Мысли 1980 года больше не настоящи, и пока не через чур поздно отменить данный проект. В прошлом обстоятельства моей оппозиции к программе Lavi развивались с течением времени, и они до сих пор актуальны.

Иначе, желание противостоять сегодняшним неприятелям, их тактике и доводам есть крайне важным.

Мой совет политикам: решите продолжать эту программу либо нет. В случае если данные и аргументы противоречивые и в случае если сейчас нет доверия у персонала генштаба, то потребуйте новый отчет, чтобы весьма скоро принять верное ответ».

Пара газетных статей позволяли понять, что ВВС Израиля уже желают не 150, а всего 75 истребителей Lavi, что означало предстоящее повышение цены одной автомобили.

Так, это был финиш программы Lavi. в течении июня 1987 года газеты давали слово соперникам программы. Так, источник минфина заявил:

«Lavi обойдется в 82 миллиона долларов против 35 миллионов за F-16».

Командующий ВМС Израиля традиционно высказался против:

«Продолжение работ по программе Lavi задерживает ответ о модернизации ВМФ».

председатель совета директоров компании Rafael (компания, занимающаяся разработкой электронных совокупностей):

«Продолжение программы Lavi заставит солдат останавливать неприятеля без всякого оружия».

Не остались в стороне и политики, среди которых был и глава министерства внешей политики Шимон Перес, что, как говоря, заявил:

«В случае если претензии израильской армии верны, то у нас нет возможности заниматься серийным производством Lavi».

1 июля основной инженер программы Lavi Овадия Харари ответил на эти обвинения, выделив, что расчеты, в соответствии с которым Lavi стоит более чем вдвое дороже F-16, являются фальшивыми. В частности, он выделил тот факт, что израильтяне платят за трансформацию американских самолетов в соответствии с израильскими стандартами, что не принимается во внимание при подсчете затрат на F-16. Эти доводы были приемлемыми, но они были помещены во внетренние страницы газет, покинув передовицы соперникам Lavi.

Рабин в Вашингтоне

Глава МинОбороны Ицхак Рабин принял сторону соперников программы Lavi. 1 июля 1987 года Рабин отправился в Вашингтон, дабы встретиться с военным министром США Каспаром Уайнбергером дабы обсудить с ним финансирование американских обязательств, что должно было привести к завершению программы.

Закрытие программы Lavi было оценено по-различному. промышленности и Министр торговли Ариэль Шарон (????? ????) заявил:

«Я почувствовал себя обиженным, в то время, когда этим утром по радио я услышал радость, которой сопровождалось сообщение о закрытии проекта. Я почувствовал себя обиженным, по причине того, что по окончании 40 лет независимости Израиль обязан испрашивать у США собственный вывод. Сейчас Lavi, на следующий день отечественные границы, Иерусалим и т.д..

Боевой самолет имеет дипломатическое значение. В течение многих лет мы сталкивались с эмбарго, среди них и со стороны США, в области продажи оружий и кто нам даст гарантию, что мы не будем сталкиваться с подобными запретами в течение следующих десятилетий? Имеется моменты, в то время, когда мы должны сообщить НЕТ, и по сей день один из таких моментов».

Но жребий был брошен, и правительству ничего не оставалось, как формализовать закрытие программы. Роковое ответ откладывалось пара раз в ожидании, что соперники программы возьмут абсолютное большая часть.

На состоявшемся 9 августа 1987 года совещании кабмина приверженцы программы Lavi так же, как и прежде были в большинстве. Последний бой для чести был дан в тот же сутки: парламентские комитеты казначейства, зарубежных дел и обороны проголосовали за продолжение программы Lavi (22 голоса против 6) в надежде, что это голосование поменяет желание правительства закрыть программу.

Соперники программы Lavi становились более страшными. Сейчас израильские ВВС желали всего 75 истребителей Lavi, что делало их цена существенно выше стоимости закупки американских F-16. Экономический анализ, опубликованный 16 августа 1987 года, сказал, что при покупке отличие в бюджете между двумя истребителями превысит 25 миллионов долларов.

На состоявшемся 30 августа 1987 года еженедельном совещании кабмина 12 министров были за продолжение программы, 12 – против. Глава правительства Ицхак Шамир внес предложение официальное голосование. Глава министерства внешей политики Шимон Перес, просить паузу и позвал раздельно министров партии «Маарах». Среди них была сторонница Lavi министр здравоохранения Шошана Арбели-Альмозлино (????? ?????-?????????).

На протяжении этого закрытого внутрипартийного совещания министр здравоохранения подверглась давлению со стороны сотрудников и дала согласие с их рекомендацией воздержаться. В то время, когда совещание возобновилось, то 12 министров проголосовали против, 11 – за и один – воздержался. Это был финиш программы Lavi.

Правительство осталось решать другие вопросы, а министр здравоохранения, покидая зал совещаний, горько начала плакать.

С 31 декабря 1986 года по 30 августа 1987 года два прототипа выполнили 81 полет, т.е. 4,5% программы летных опробований. Дабы подсластить пилюлю отмены программы, правительство разрешило преобразование прототипа Lavi B-3 в демонстратор разработок (Lavi TD [Technology Demonstrator]). Lavi TD совершил собственный первый полет 25 сентября 1989 года и в общем итоге выполнил 81 полет.

Вместо Lavi израильские ВВС пополнились истребителями F-16: в первой половине 90-ых годов двадцатого века были куплены 60 самолетов модификации F-16C, а в 2004 – 102 самолета модификации F-16I.

Израильский лев, который едва не затмил американского орла. опытный истребитель iai lavi часть 3
первый прототип Lavi B-1 делал испытательные полеты с декабря 1986 года по август 1987 года

второй полет Lavi, идеальный 8 января 1987 года, имел длительность 45 мин.

31 декабря 1986 года Менахем Шмуль выполнил первый полет на Lavi B-1

пара полетов Lavi (вверху) выполнил совместно с Kfir; снимок был сделан 8 января 1987 года

эмблема Lavi, сделанная, в то время, когда программа опробований шла полностью

4 мая 1987 года: прототипы Lavi B-1 (справа) и B-2 летят совместно. На данный момент B-2 экспонируется в музее ВВС Израиля, расположенном на авиабазе Хацерим (‏?????‏‎‎‎)

отработка дозаправки самолета в полете была неотъемлемой частью программы опробований Lavi; 15 июня 1987 года этот элемент был испытан в совместном полете с A-4 Skyhawk

демонстратор разработок Lavi TD совершил собственный первый полет 25 сентября 1989 года. В качестве летающей лаборатории по опробования оборудования он выполнил 162 полета

30 августа 1987 года на протяжении голосования правительства министр здравоохранения Шошана Арбели-Альмозлино воздержалась. В следствии приверженцы программы Lavi появились в меньшинстве, а сама программа была закрыта

ПРИЛОЖЕНИЕ 1 Вес Lavi

Израиль ни при каких обстоятельствах не показывал вес Lavi. В то время, когда Эзер Вейман внес предложение «спитфайр 1980-х годов» с двигателем F404, размешавшийся в классе (вес безлюдного самолета) 10 тысячь киллограм. С позиций израильских ВВС более тяжелый боевой самолет был бы более действенным, и это стало причиной выбору для истребителя двигателя PW1120 и, следовательно, к повышению веса. Вопрос веса хранился в строжайшем секрете, дабы не привести к прямой конфронтации с F-16.

Единственные официальные эти Lavi говорили о весе в 10 тысячь киллограм в конфигурации для воздушного боя.

Вес данной конфигурации включал в себя пилота, боезапас к пушке, ракеты «воздух-запас» и воздух горючего в размере половины количества внутренних баков. Авиационные специалисты вычислили, что вес Lavi находится в диапазоне 17-19 тысячь киллограм. Следовательно, имеется основания считать, что Lavi, принятый на вооружение и оснащенный более замечательным двигателем, будет иметь взлетный вес недалеко от 23 тонн.

Данной величины F-16 достиг лишь в собственной последней версии – F-16I.

ПРИЛОЖЕНИЕ 2 Lavi возвращается!

ВВС Израиля не отказались от Lavi. В июле 2013 года это имя было присвоено новому итальянскому учебному самолету Aermacchi M-346.

В феврале 2012 года Израиль заказал 30 экземпляров этих самолетов для замены A-4 Skyhawk, пребывавших на вооружении ВВС более 40 лет. Израильские пилоты будут летать на Lavi!

  1. Dov Zakheim, Flight of the Lavi, 1996
  2. см. «Le Le Fana de l Aviation» №509 апрель 2012 года
  3. компанией Dassault была удачно внедрена электрическая совокупность управления на истребителе Mirage 2000, в то время как шведы имели неприятности истребителем Saab JAS 39 Gripen, а американцы с YF-22A (прим.ред.)
  4. синодальный перевод http://bible.by/old-testament/verse/23/49/17/
  5. генерал, шестой глава генштаба (1961-64 годы), Ицхак Рабин был его преемником и заместителем на данном посту (1964-68 годы) https://en.wikipedia.org/wiki/Chief_of_General_Staff_(Israel)
  6. https://ru.wikipedia.org/wiki/Музыкальные_стулья

источник Par Shlomo Aloni. Traduit de l’anglais par Alexis Rocher. Israel Aircraft Industries Lavi Le Fana de l’Aviation 2014-01

Опытный истребитель ВВС Израиля «Lavi»

Увлекательные записи:

Похожие статьи, которые вам, наверника будут интересны: