Возрождение планеризма в советской россии.

Первой акцией, направленной на восстановление планеризма в Советской республики, нужно считать организацию планерного класса в «Аэро-Студии» созданной при «Летучей лаборатории» — научно-исследовательском учреждении Воздушного Флота. Планерный класс был создан приказом по «Летучей лаборатории» № 16 от 25 мая 1919 года и предназначался «…для изучения элементов теории постройки безмоторных полётов и аэропланов на них». 7 сентября 1919 года в пустовавшем помещении летнего ресторана «Мавритания» в Петровском парке Москвы состоялась лекция «История планеров», которую прочел основоположник теории авиации, широко русский ученый Николай Егорович Жуковский.

Слушатели направлений планеризма, которых было более 40 человек, изучали аэродинамику, другие дисциплины и прочность планёров. Лекции просматривали В.П.Ветчинкин, В.С.Денисов, Н.Д.Анощенко. Программы предварительно рассматривались и утверждались на коллегии «Летучей лаборатории».

Но скоро «Аэро-Студия» была вынуждена свернуть свою деятельность, ввиду нехватки, в Москве того времени, топлива, древесное строение студии было разобрано на дрова. Но энтузиасты вели пропаганду через издание «Вестник Воздушного Флота».

Возрождение планеризма в советской россии.

Летний ресторан «Мавритания». 1901 г.

В университете инженеров Красного Воздушного Флота в первой половине 20-ых годов двадцатого века слушатель В.С.Пышнов сконструировал и посредством группы товарищей выстроил планер. Но этом планере В.С.Пышнов, Б.И.Черановский, В.Н.Беляев, В.В.Уткин-Егоров и другие участвики группы постройки в ноябре 1921 года совершили на Анненгофском плацу около двух десятков полетов. После этого планер был разбит и не восстанавливался.

По просьбе инициативной группы любителей планеризма управление Главвоздухофлота решило создать планерный кружок при Научной редакции Воздушного Флота. На организационном собрании 10 ноября 1921 года, по предложению В.П.Ветчинкина, кружок стал называться «Парящий полет». Первым главой кружка был летчик А.А.Жабров, которого скоро поменял К.К.Арцеулов.

В состав участников-соучредителей входили: Н.Д.Анощенко, И.Н.Барановский, Видлер, И.А.Валентэй, В.П.Ветчинкин, В.М.Вишнев, В.Р.Гаршин, С.П.Кричинский, В.Е.Надашкевич, В.П.Невдачин, В.С.Пышнов, Х.Н.Славороссов, Б.И.Черановский, В.Г.Устьинцев, В.М.Ярошевский, Г.А.Шмелев.

В.П.Ветчинкин в студенческие годы.

Был создан устав кружка, в котором оговаривались задачи, программа деятельности, управление и состав делами кружка. Главной задачей являлось «распространение идеи и Всемерное развитие безмоторного летания, планеростроения и планерного спорта, как нужных предпосылок для развития замечательного русского воздушного флота». Распоряжение коллегии НТО ВСНХ (Научно-технический отдел Высшего Совета Народного хозяйства) от 10 февраля 1922 г. по уставу планерного кружка «Парящий полет» гласило: «Передать на заключение ЦАГИ для того, чтобы в ближайшем совещании Коллегии был заслушан по этому вопросу доклад ЦАГИ и участника коллегии В.Н.Переверзева».

13 марта 1922 года за подписью участника коллегии ЦАГИ Б.Н.Юрьева в ВСНХ сообщалось: «ЦАГИ, не имея возможности выделить на руководство кружка, считает со всоей стороны очень желательной помощь начинаний кружка как в силу интереса неприятности безмоторного полета по большому счету, так и ввиду значения этих полетов для кадра подготовленных работников Воздушного флота Республики.» Уже 14 марта 1922 года Коллегия НТО ВСНХ постановила: «Признать принципиально желательным утверждение и регистрацию кружка планеристов. Окончательное редактирование устава, и проведение всех нужных для этого практических мероприятий поручить Участнику Коллегии Ю.Н.Флаксерману совместно с В.П.Ветчинкиным и Б.Н.Юрьевым.»

Так появился и был оформлен первый коммунистический кружок планеристов, которому в будущем было суждено сыграть большую роль в освоении с СССР парящих полетов и пропаганде планерного спорта.

Еще громадную помощь планеризм получил от управления Воздушного Флота, в то время, когда 15 сентября 1922 года его научно-технический комитет, в состав которого входили А.Н.Туполев, Б.С.Стечкин, Н.Р.Бриллинг, В.Н.Фомин и др. узнаваемые ученые, вынес следующее распоряжение:

«Признать планерное дело заслуживающим всемерной помощи со стороны органов Воздушного Флота, выделить из средств на умелое постройку кредиты на постройку самые интересных проектов планеров, привлечь к этому делу ЦАГИ, НТК и другие научные организации Воздушного Флота, обязав одного из участников Комитета смотреть за развитием планеризма и иногда докладывать НТК о таковом. Создать благоприятные условия для производства опытов с планерами.»

Лицом, содействующим формированию планеризма и представителем НТК в вышеупомянутом ответе был ветшайший воздухоплаватель страны — Николай Дмитриевич Анощенко. Ему был внучен билет почетного участника кружка «Парящий полет» № 1. Первым практическим делом кружка «Парящий полет» была постройка планера А-5 конструкции К.К.Арцеулова в первой половине 20-ых годов XX века.

Летчик Н.Д.Анощенко. 1912 г.

Константин Константинович Арцеулов около самолета Bleriot.XI. 1912 г.

Скоро из несложного кружка «Парящий полет» превратился практически в объединение — Центральный кружок, т.к. у него появилось много провинциальных отделений. Такие отделения были созданы в Голицино, Подольске, Саратове, Наро-Фоминске, Ново-Богородске, Богородске, других местах и Глухове. Центральный кружок оказывал им посильную помощь.

Так в первой половине 20-ых годов двадцатого века с целью пропаганды летного дела был организован прилет самолета в Голицино. Самолет пилотировал К.К.Арцеулов, а пассажирами были сотрудник издания «Аэро» Е.Ф.Бурче и организатор голицинского планерного кружка И.П.Толстых. Прилет самолета содействовал формированию голоцинского кружка и заметно поднял интерес к авиации среди населения.

28 августа 1923 года произошло заседание представителей отделений кружка «Парящий полет», на котором находилось 20 делегатов. Были приняты распоряжения регулирующие и облегчающие работу планерных кружков. В частности, был решен вопрос о подаче заявок на денежные сметы и материалы, нужные для того чтобы в местных кружках.

I Всесоюзные планерные опробования 1923 года.

Идея об организации Всесоюзных планерных состязаний появилась весной 1923 года среди участников планерных кружков «Парящий полет» и слушателей Академии Воздушного Флота, но практические действия по организации таких состязаний были предприняты только в июле. Инициатива исходила от К.К.Арцеулова («Парящий полет») и В.Я.Аррисона (АВФ), в то время, когда они составили мотивированное заявление и передали его главе спортивной секции Общества друзей Воздушного Флота (ОДВФ) К.А.Мехоношину. Для организации планерного дела при спортсекции ОДВФ был организован Центр безмоторной авиации (ЦБА) во главе с К.К.Арцеуловым.

Как раз Арцеулов посоветовал подходящее место для этих соревнований — гору Узун-Сырт (в переводе с тюркского свидетельствует «долгий хребет, поясницы») неподалеку от Феодосии недалеко от Коктебеля, в юго-восточной части Крыма, где и проходили до 1935 года одиннадцать планерных слетов.

Из-за чего именно там, у светло синий скал Кара-Дага, решили совершить состязания, история растолковывает так. В первой половине 20-ых годов XX века в окрестностях Коктебеля гуляли два приятеля — Максимилиан Александрович Константин и Волошин Константинович Арцеулов. Первый был поэтом и восхищался причудливыми очертаниями Кара-направляться, а его спутник был планеристом и лётчиком.

И в то время, когда шляпа Волошина, сорванная с его головы порывом ветра, к удивлению друзей, не упала с обрыва, а встала высоко над ними и пролетев опустилась на большом растоянии сзади на склоне. Заинтересованный Волошин стал сам бросать шляпу с обрыва против воздушного потока. И любой раз шляпа высоко взмывала, позже опускалась за гребнем. Замечавший за ним Арцеулов вскрикнул: «Так как это восходящий поток!

На протяжении всего склона, обращенного к ветру! Тут возможно парить на планерах!»

Для координации всего планерного дела при спорт-секции ОДВФ был организован Центр безмоторной авиации во главе с Константином Арцеуловым. Президиум ОДВФ выделил на организацию состязаний 3000 рублей золотом. Средств этих было не хватает, поскольку они требовались не только для организации самих состязаний, но и для окончания постройки планеров разных кружков.

Исходя из этого решили привлечь к участию в организации предприятия и состязаний учреждения, заинтересованные в развитии воздушного флота.

Все планеры были выстроены в Москве. В Крыму предстояло их лишь собрать и сходу запустить в полет. До Феодосии их везли поездом, а в том месте хрупкие аппараты перегружались на арбы и целый данный конно-авиационный обоз медлительно ехал по каменистой дороге в Коктебель. Из десяти прибывших на слет планеров к участию допустили девять.

В порядке стартовых номеров это были: планер А-5 конструкции К.К.Арцеулова, «Маори» С.Н.Люшина, АВФ-1 «Арап» М.К.Тихонравова, «Стриж» В.С.Пышнова, «Коршун» И.П.Толстых, «Буревестник» В.П.Невдачина, «Парабола» БИЧ-1 Б.И.Черановского, «Макака» Н.Д.Анощенко и «Мастяжарт» С.В.Ильюшина.

 Лагерь первого Всесоюзного планерного слета. Гора Узун-Сырт, 1923 г. На стоянках планера, справа на лево: «Макака», АВФ-3 «Мастяжарт», «Буревестник», БИЧ-1 «Парабола», А-5, «Коршун», «Стриж», АВФ-1 «Арап». Планер С.Н.Люшина «Маори» в кадр не попал.

Итак, стартовало девять планеристов. Мало, в случае если ориентироваться на нынешние масштабы. Но отыщем в памяти, какое это было время.

Да и то, что девять планеров взлетали с горы Узын-Сырт, было достижением большим.

Первым старт — а это было 3 ноября — принял «Буревестник». Леонид Юнгмейстер, его пилот, под напутствия планеристов сел в кабину. Стартовая команда дружно ринулась вперед с буксирными канатами в руках, планер дернулся из стороны в сторону, качнул крыльями и заскользил на протяжении склона. Не смотря на то, что не обошлось без казуса.

На протяжении старта трос не отцепился от планера и в течение всего полета (49 секунд) цеплялся за почву, дергая планер. Второй полет «Буревестника» проходил удачно и продолжался 2 60 секунд 2 секунды. Первый намек на парение планера зрители заметили 5 ноября: поднявшись на «Буревестнике», Юнгмейстер взмыл над местом старта на 15-20 м и спланировал в Коктебельскую равнину в 1,5 км от него.

Длительность полета составила 3 60 секунд 24 секунды. Полет 9 ноября был не столь успешен. Планер по окончании взлета стало со понижением сносить боком назад, на гору. При посадке планер перевернулся через крыло вверх колесами и упал.

Ушибы, полученные Юнгмейстером, были незначительные и он не выбыл из строя.

В тот же сутки случилась авария с планером «Макака», что упал на землю сразу после взлета.

Планер «Маори» выполнил только четыре пробежки но отделиться от почвы не смог. Так же не увенчалась успехом попытка взлететь на планере БИЧ-1 «Парабола», пилотируемом летчиком В.Ф.Денисовым.

12 ноября планер АВФ-1 «Арап» под управлением пилота В.Денисова совершил единственный полет дальностью 385 м и длительностью 1 60 секунд 5 секунд на высоте 70 м. При следующей попытке взлететь планер развернуло и у него подломилось крыло.

Планер «Стриж» на пробежках пара раз разворачивало при попытке взлета, так что конструктору было нужно расширить площадь руля направления. Но и затем планер не смог отделиться от почвы.

Планер «Коршун» испытывал летчик И.А.Валентэй. Из-за задней центровки планер два раза приобретал повреждения. По окончании переделки аппарата Н.А.Камарницкий совершил четыре полета вместе с конструктором и последовательность полетов без пассажира, большой длительностью 27 секунд, дальностью 245 м, высотой 25 м.

Планер «Мастяжарт» легко отрывался от почвы при практически полном безветрии, но продольное управление было недостаточным благодаря задней центровки. Закрепляя на ферме перед сиденьем летчика 12-фунтовую кувалду с долгой ручкой, получали перемещения центровки вперед. Лишь затем летчику Денисову удалось выполнить пара подлетов на этом аппарате, самые длительным из которых стал полет 18 ноября 1923 года.

По окончании аварии «Буревестника», взявшего большие повреждения, К.Арцеулов передал Л.Юнгмейстеру собственный планер А-5 для предстоящих полетов, потому, что сам еще не весьма оправился от травм, взятых им в аварии в Москве и ходил с тросточкой.

15 и 18 ноября Юнгмейстер на планере А-5 совершил рекордные полеты: первый полет проходил при ветре около восьми метров/с и длился 41 60 секунд 10 секунд (высота над стартом 100 м). Второй полет длился 1 час 2 60 секунд 30 секунд на высоте 100 м, дальность полета — 1,5 км. Леонид Юнгмейстер сделал 26 «восьмерок» вдоль южного склона горы и приземлился на месте взлета, сделав условия чтобы получить награду — статуэтки Икара.

В первых Всесоюзных планерных состязаниях учавствовали летчики Юнгмейстер, Арцеулов, Денисов, Камарницкий, Анощенко, Валентэй, Раевский, Шмелев. Летчикам Л.Юнгмейстеру, К.Арцеулову, В.Денисову и Н.Камарницкому были присвоены звания пилотов-планеристов, а Леониду Юнгмейстеру, помимо этого, звание пилота-парителя. За время состязаний было произведено 35 полетов неспециализированной длительностью 2 часа 5 мин. 30 секунд. Победителем первых Всесоюзных планерных состязаний стал планер А-5.

Эти соревнования продемонстрировали доступность освоения парящих полетов и вселили уверенность, что планеристы СССР смогут с успехом соперничать с зарубежными планеристами. Вот что писал о первых состязаниях выдающийся коммунистический ученый, доктор наук В.П.Ветчинкин: «Русские планеры, выстроенные самостоятельно, без всякой копировки с заграничных образцов, по своим летным качествам не уступают лучшим заграничным парителям, а русские летчики за 20 дней достигли таких же результатов, каких в Германии достигли только на третий год планерных соревнований».

О состязаниях в Коктебеле писали газеты. Первые удачи планеризма усилили энтузиазм молодых авиаторов и во многих городах создавались новые кружки, все новые и новые энтузиасты начинали строить планеры.

.

.

Перечень источников:
А.П.Красильщиков. Планера СССР.
И.И.Шелест. С крыла на крыло.
А.С.Яковлев. Рассказы авиаконструктора.
Вероника Дерновая. Первые планерные состязания.

RWJ по версии Кураж-Бамбей — В СОВЕТСКОЙ РОССИИ

Увлекательные записи:

Похожие статьи, которые вам, наверника будут интересны: