Вилли коппенс, охотник за аэростатами

Привязной аэростат – цель большая и неподвижная, исходя из этого попасть в него было не через чур сложно, но поджечь – уже сложнее, не обращая внимания на наполнение горючим газом. Тяжелее же всего было решиться нападать эту несложную на первый взгляд, но смертельно страшную цель – аэростаты необходимого прикрывались сильным зенитным огнем. Неудивительно, что на протяжении Первой Мировой сбитые «баллоны» учитывались наравне с самолётами, а к атакам на них завлекали лишь добровольцев.

Кроме того одного для того чтобы вылета заподозренному товарищами в трусости лётчику выяснялось достаточно, дабы вернуть репутацию. Тем более, далеко не все готовься систематично принимать участие в охоте на аэростаты, и только единицы сделали её собственной профессией. Чемпионом среди таких «узких специалстов» стал один бельгийский пилот.

Вилли коппенс, охотник за аэростатами
Вилли-Омер-Франсуа-Жан Коппенс, барон де Хаутхюльст (1892–1986)
(http://www.delcampe.net)

Вилли-Омер-Франсуа-Жан Коппенс появился 6 июля 1892 года в одном из пригородов Брюсселя, где и рос. В молодости он увлекался сухопутными парусными яхтами (буерами) а также самостоятельно выстроил пара штук. в один раз парень заметил полёт аэроплана и вознамерился стать лётчиком, но должен был на время отказаться от данной идеи, поскольку папа был против и угрожал выгнать сына из дома.

В 1912 году в возрасте 20 лет Коппенс был призван на годичную военную службу и взял назначение в 1-й гренадерский полк. В эту же часть он прибыл по мобилизации 1914 года и в её составе участвовал в первых битвах всемирный войны, но после этого был переведён в автопулемётный корпус (предшественник бронетанковых армий).

В июле 1915 года Вилли присвоили сержантское звание. Приблизительно тогда же он сделал вывод, что настало время выполнить давнишнюю мечту о полётах, и подал рапорт о переводе в авиацию. Руководство было не против, но «учебные мощности» бельгийской авиации были очевидно недостаточны и принять всех желающих не могли.

Не планируя ждать у моря погоды, Коппенс взял на работе 8-недельный отпуск и приобрел билет на пароход до Англии. Если судить по тому, что в один момент с ним поучиться за рубежом захотели ещё 39 солдат и офицеров, это была отнюдь не личная инициатива. Так в последних числах Сентября 1915 года в лётной школе Раффи-Бомана в светло синий показалась несколько бельгийских курсантов, обучавшихся за собственный счёт. Обучение проходило на французских аппаратах «Кодрон» G.III, и их копиях, выстроенных в мастерских школы.

Полёты, сперва с инструктором, а после этого и независимые, проходили в октябре-ноябре, а 9 декабря Вилли Коппенсу уже вручили диплом Королевского Аэроклуба за номером 2140. Не смотря на то, что стали и курсанты дипломированными пилотами, уровень их подготовки был через чур низок кроме того по стандартам того времени. Позднее Коппенс вспоминал: «Мы кроме того не знали, что необходимо садиться против ветра!» Предстоящее обучение бельгийцы проходили во французской лётной школе в Этампе на уже привычных «Кодронах», и на «Морис-Фарманах».

Сержант Коппенс в кабине «Фармана» MF.11 на протяжении обучения во Франции
(http://www.wwiaviation.com)

В этом случае подготовка была на удивление долгой, и на фронт сержант Коппенс попал лишь в начале 1917 года. Сперва он служил в 6-й разведывательной эскадрилье, вооружённой британскими B.E.2c, позже в 4-й разведывательной, летавшей на «Фарманах». К счастью, через чур продолжительно сражаться на таком «антиквариате» молодому пилоту не было нужно, и в последних числах Апреля ему доверили более современный «Сопвич Полуторастоечный».

Британцы разглядывали эти самолёты как двухместные истребители, бельгийцы же вычисляли чистыми разведчиками а также не стали ставить на них курсовые пулемёты, ограничившись турельным «Льюисом».

«Сопвич Полуторастоечный», на котором Коппенс летал весной-летом 1917 года. Снимок, вероятнее, относится к более позднему времени
(http://www.belgian-wings.be)

Коппенс, к тому времени уже взявший нашивки сержанта 1-го класса, совершил первый полёт на «Сопвиче» 29 апреля, а 1 мая совершил на нём первый воздушный бой. В тот сутки он встретил четвёрку истребителей соперника и с трудом сумел от них отбиться, насчитав по окончании посадки в обшивке самолёта 32 пулевых пробоины. За данный бой он в первый раз был удостоен упоминания в приказе, причём вовсе не за победу в сражении, а за то, что сумел привести собственный повреждённый самолёт к себе.

Сам лётчик очень скептически относился к этому собственному достижению, высказываясь позднее в том ключе, что «данный [censored] самолёт» ему был нужен в первую очередь чтобы добраться до дома.

В принципе, двухместный «Сопвич» нравился Вилли, но, согласно его точке зрения, манёвренность самолета могла быть и получше, да и в целом он был «не истребитель». Однако, одного успеха Коппенс и его наблюдатель капитан Деклерк добиться смогли: 7 июля они отчитались об уничтожении двухместного германского самолёта, но конкретно падения неприятельской автомобили ни они, ни кто-либо ещё не замечали, исходя из этого победу записали как предположительную.

1-й сержант-мажор Вилли Коппенс в кабине собственного первого персонального истребителя, июль-август 1917. Происхождение эмблемы на борту неизвестно, но скоро она стала личным знаком лётчика
(http://www.airminded.net)

Ровно семь дней спустя Коппенса наконец-то перевели в истребительную авиацию. 1-я бельгийская эскадрилья летала на «Ньюпорах»-17, но за новичком комэск закрепил устаревший «Ньюпор»-16, прослуживший уже более года и оснащённый мотором от «Ньюпора»-23. 21 июля Коппенс совершил на нём собственный первый «истребительный» воздушный бой, нападав германский разведчик, но только привез на аэропорт очередную порцию пробоин.

Казалось бы, «Ньюпор» должен быть превосходно известен любым лётчикам союзников, и однако 17 августа Коппенс два раза за 20 мин. попал под удар французских «Спадов». К счастью, оба раза союзники действовали без особенной решительности, и как такового боя со собственными не произошло.

Август 1917 года, первый бельгийский «Анрио» с хвостовым номером HD1, до тех пор пока что в цветах сослуживца Коппенса, бельгийского аса Андре де Мёлеместера
(http://www.belgian-wings.be)

19 августа лётчика повысили в звании – произвели в аджюданы. Приблизительно тогда же в эскадрильи показался первый поставленный в Бельгию истребитель «Анрио» HD.1. «Старики» были от него отнюдь не в восхищении, не видя в нём преимуществ перед собственными «Ньюпорами» и всё ещё сохраняя надежду на поступление замечательных «Спадов», исходя из этого никто не был против того, дабы самолёт достался «молодому». 22 либо 30 августа Коппенс совершил первый в бельгийской авиации боевой вылет на самолёте этого типа.

Первые патрульные полёты на «Анрио» были бедными на события, но позднее лётчик опробовал его и в воздушном бою. 30 сентября Коппенс на HD.1 в паре с «Ньюпором» нападал и серьёзно повредил двухместный германский самолёт, но, потому, что вражеский пилот сумел приземлиться, в бельгийских документах данный эпизод был зафиксирован не как победа в воздушном бою, а как принуждение к посадке. Днём позднее Коппенс и три вторых пилота «предположительно сбили» ещё один германский разведчик.

Радостный новый обладатель поменял прошлую эмблему на собственную «кокотку» (бумажную птичку) и добавил мало голубого цвета на фюзеляж (http://aviationofgreatwar.ru)

В октябре-ноябре Коппенс летал активнее вторых бельгийских пилотов и поучаствовал в 22 воздушных битвах, но больше не сумел добиться никакого результата. Зимний период активность войны в воздухе практически сошла на нет, снова начав возрастать лишь весной, и 12 марта тройка «Анрио» 9-й эскадрильи (с марта обе бельгийские истребительные эскадрильи поменяли собственные номера) сбила очередной разведчик.

В этом случае были сообщения о падении на землю горящего самолёта, наблюдатель которого, спасаясь от огня, выпрыгнул из кабины на высоте 3000 метров. Но невезучий Вилли снова остался без признания: по непонятной обстоятельству победу, изначально заявленную как групповая, засчитали лишь одному из участников боя.

«Анрио» с хвостовым номером HD1 по состоянию на осень 1917 г.
(http://www.wwiaviation.com)

18 марта случился эпизод, что возможно назвать поворотным пунктом в карьере Коппенса. Предшествующей ночью подразделения бельгийской кавалерийской дивизии были выбиты из двух серьёзных пунктов на полузатопленной нейтральной территории у Изера и были настроены вернуть их обратно. Мешало одно – территория пребывала в поле зрения наблюдателя германского аэростата, и атака была бы в обязательном порядке сорвана артиллерийским огнем.

Кавалеристы обратились к авиаторам за ответом данной неприятности, и добровольцами на исполнение задания вызвались Коппенс и ещё один пилот из соседней эскадрильи. Нужно подчернуть, что, если не считать краткосрочного (и бесплодного) применения неуправляемых ракет в середине 1916 года, бельгийская авиация прежде не занималась борьбой с аэростатами соперника, и в 9-й эскадрилье не нашлось ни зажигательных, ни разрывных пуль.

Но немцам это не было известно, и, чуть завидев приближающиеся истребители, наблюдатель выпрыгнул с парашютом. До тех пор пока наземная команда опускала аэростат на землю, пара «Анрио» совершила пара атак, изрешетив обшивку «баллона». После этого лётчики собрали высоту, но не стали возвращаться на базу, а приступили к патрулированию района. В то время, когда германский воздухоплавательный взвод поднял в атмосферу запасной аэростат, всё повторилось опять.

Сбить ни один из аэростатов не удалось, что совсем не страно при отсутствии в боекомплекте спецбоеприпасов, но боевую задачу лётчики выполнили, и воздушное наблюдение было прервано на срок, достаточный для проведения и подготовки кавалерийской атаки.

Коппенс и «Анрио» с хвостовым номером HD17, на котором он летал с февраля по июнь 1918. Чертополох на борту – эмблема 1-й (позднее 9-й) бельгийской эскадрильи, по окончании введения которой лётчику было нужно отказаться от собственной «бумажной фигурки»
(http://www.belgian-wings.be)

Затем случая Коппенс заключил , что систематическое уничтожение привязных аэростатов – хороший метод нанести большой вред немцам, которых он ненавидел за оккупацию большей части собственной страны. Вилли начал вызываться добровольцем неизменно, в то время, когда обращение заходила о «баллонах», а в то время, когда заявок на них не было, проводил атаки по собственному разумению.

Но перед тем как начать важную охоту за аэростатами, нужно было «выбить» из руководства особые снаряды, и с этим сначала появились значительные неприятности. Пробуя растянуть на большее число вылетов выданные ему 20 фосфорных пуль (квота на месяц), он любой раз додавал в пулемётную ленту лишь четыре таких патрона, а для повышения шансов на успех открывал пламя лишь с дистанции менее 150 метров. Нет ничего необычного в том, что первые атаки на аэростаты не принесли Коппенсу успеха.

Германский аэростат модели «Зигсфельд-Парсеваль». Снимок датируется 1918 годом – сейчас модель уже считалась устаревшей
(http://gottmituns.net)

Между делом, в одном из рутинных патрульных полётов лётчик сумел наконец открыть собственный официальный счёт побед: в один из дней бельгийские «Анрио» втретились в сражении с многочисленной группой вражеских истребителей (быть может, «Фоккеров»-трипланов из Jasta 36) и одержали одну победу, которую поделили между Коппенсом и начальником эскадрильи.

14 дней спустя случился прорыв и в деле охоты за аэростатами: утром 8 мая Коппенс принимал участие в патрулировании в составе тройки «Анрио», но, увидев поблизости аэростат, перестал работать и отправился в наступление. Открыв огонь с полутора сотен метров, он продолжал непрерывно стрелять, пока столкновение не стало практически неминуемым, и только тогда забрал ручку на себя, успев заметить, как ниже и позади вспыхнуло пламя. Глядя на то, как горит и оседает вниз сдувшаяся оболочка «баллона», Вилли пришёл в таковой восхищение, что устроил настоящее акробатическое представление на глазах у собственных и чужих воинов.

Комментарии излишни
(http://gottmituns.net)

Это первенствовал аэростат, стёртый с лица земли бельгийской авиацией, но лётчик по окончании возвращения на аэропорт не стал почивать на лаврах, а дозаправил машину, поменял пулемётную ленту и снова поднялся в воздух, в этом случае уже целенаправленно, по заявке позвонившего на аэропорт пехотного офицера. В районе Хаутхюльстского леса он снова увидел германский аэростат и с пикирования открыл по нему пламя… За два сбитых аэростата 21 мая аджюдан Коппенс был произведён в су-лейтенанты, а 1 июня награждён рыцарской степенью ордена Короны. За те же заслуги лётчик добавил медную пальмовую ветвь на ленту бельгийского Военного Креста (пальмы и львы обозначали упоминания в приказе).

Утром 15 мая Коппенс снова охотился над Хаутхюльстом, но в этом случае воздействие развивалось По другому сценарию. Он зашёл на цель со стороны солнца и, как и раньше, нападал с пикирования, но аэростат не загорелся. Второй и третий заходы на цель также были бесплодным.

В ярости бельгиец решил во что бы то ни начало добить «баллон», и следующую атаку совершил не с пикирования, а в горизонтальном полёте и на «малом газу» (другими словами, систематично нажимая на кнопку прерывателя зажигания – на самолётах с ротативными двигателями хороший сектор газа, который связан с дроссельной заслонкой, или отсутствовал, или был не действен), дабы расширить время прицельного огня. Это было легкомысленно из-за зенитного огня и фактически бессмысленно, поскольку все зажигательные пули были снаряжены в начале ленты и уже истрачены в первых атаках.

Аджюдан Коппенс принимает поздравления товарищей по окончании возвращения из боевого вылета 19 мая, в котором лётчик на HD24 одержал собственную пятую официальную победу
(http://www.belgian-wings.be)

Остатки боекомплекта был казнены без видимого результата, а в то время, когда самолёт выходил из атаки, он «плюхнулся» на аэростат сверху. Сам лётчик сказал, что его пули перебили трос, и сорвавшийся с привязи «баллон» подхватил пролетавший над ним истребитель, но нельзя исключать, что Коппенс и через чур поздно рванул вверх. «Анрио» зарылся колёсами в обшивку аэростата и сразу же «клюнул носом», но, к счастью, не перевернулся и не разбился, а также пропеллер остался целым (пилот успел отключить зажигание).

Через пара секунд машина удачно соскользнула с «крыши» летательного аппарата носом вниз, так и не зацепившись за бессчётные тросы. Возвратившись на аэропорт, Коппенс поведал о произошедшем, и о том, что видел, как так и не загоревшийся аэростат взорвался, когда опустился на землю. Сначала ему не поверили, но сколы на лопастях пропеллера и следы белой краски на шасси и нижнем крыле убедили всех в достоверности рассказа, исходя из этого победа была официально засчитана.

Пережитый стресс не отвратил лётчика от продолжения охоты, и четыре дня спустя он снова «поджарил колбасу» в том месте же, над Хаутхюльстом, став пятым и последним бельгийским лётчиком, достигшим статуса аса за время Первой Мировой. Затем все его удачи начала отслеживать пресса всей Антанты, а собственное руководство наградило рыцарской степенью ордена Леопольда за «5 побед меньше чем за месяц».

Более идеальный германский аэростат типа «Како» (Caquot)
(http://scilib-avia.narod.ru)

Известность сразу же принесла собственные плоды в виде особенного «подарка из Франции» – противоаэростатного пулемёта «Виккерс». Это была выпускавшаяся на компании «Кольт» модификация стандартного пулемёта под устаревший ещё в конце XIX века 11-мм патрон Гра, что разрешал «начинить» пулю громадным количеством взрывчатого вещества либо зажигательной смеси, чем современные снаряды винтовочного калибра. Коппенс заменил новым пулемётом штатное оружие одного из двух собственных «Анрио», на котором после этого сбил три аэростата в первые 14 дней июня.

В ночь на 14 июня германские бомбардировщики совершили налёт на бельгийский аэропорт Ле Моэр. Бомбы упали среди них и на ангар 9-й эскадрильи. Появился пожар, в котором были стёрты с лица земли либо повреждены все имеющиеся в наличии самолёты. Драгоценный пулемёт от огня не пострадал, и летчик переставил его на новый аппарат, что за ним закрепили. Данный истребитель в конечном итоге был не новым, но только что прошёл ремонт.

На нём заменили всё полотно и нанесли новый камуфляж, по выражению Коппенса, «в глупой манере», в результате которого машина смотрелась как некрасивая детская игрушка. Когда выдалась возможность, лётчик раздобыл светло синий краску и попросил механиков всецело перекрасить самолёт.

Подъём германского аэростата
(http://gottmituns.net)

На этом истребителе он одержал 21 победу и, по слухам, заслужил у соперника прозвище светло синий Сатана, а по второй легенде кроме того удостоился чести стать целью особой ловушки – начинённой взрывчаткой корзины аэростата-приманки. «Мышеловку» немцы якобы приготовили 3 августа, но «мышка» так скоро нападала, что механизм просто не успели привести в воздействие. «Баллон» сразу же взорвался, и пролетавший над ним истребитель закружило как щепку в водовороте, но пилот сумел совладать с управлением и благополучно возвратился на базу. «Адская машинка» в корзине рванула уже на земле, прямо среди наземного персонала германской воздухоплавательной работы. Но, точным из этого рассказа можно считать лишь взрыв аэростата и временную утрату лётчиком управления, а всё другое основано на рассказе военнопленного германского воина и может оказаться несложным пересказом ходивших тогда слухов.

В середине сентября Коппенс снова поменял самолёты. За ним тогда снова закрепили сходу два «Анрио», один из которых он приказал перекрасить в «красивый королевский светло синий, ни чёрный, ни яркий», в очередной раз аргументируя это решение «нехорошим камуфляжем». Не считая окраски данный самолёт отличался от стандарта рулём направления увеличенной площади от поплавковой версии истребителя, улучшившим его манёвренность.

Ас за работой. «Поджарена ещё одна сосиска!» Живописец Ivan Berryman
(http://www.military-prints.com)

Начиная с июня Коппенс неизменно был фаворитом бельгийской авиации по числу совершённых воздушных битв (в эту статистику включали не только «настоящие» битвы, но и атаки аэростатов), при том, что по боевым вылетам он вовсе не был чемпионом. Всего во время с июля по сентябрь он поучаствовал в 33 воздушных битвах, продемонстрировав впечатляющую эффективность: 20 из них стали результативными, а число одержанных побед составило 27, а также 26 над аэростатами – единственный сбитый самолёт «попался под ноги» при отходе «с места правонарушения».

Самым успешным для аса стал вылет 22 июля, в то время, когда он сбил три аэростата за пять мин.. За эти победы он был удостоен трёх упоминаний в распоряжениях (двух по армии и одного полкового уровня) и награждён офицерской степенью ордена Короны (за три успеха в одном вылете и 20 побед в сумме) и английским Армейским Крестом.

22 августа Коппенс стал начальником патруля (трёхсамолётого звена), в сентябре прикрепил на петлицы вторую звёздочку «полного» лейтенанта и стал сперва рыцарем французского ордена Почетного Легиона, а позже удостоился упоминания во французском приказе по армии, по окончании которого ему «автоматом» вручили французский Армейский Крест с одной пальмой на ленте.

его самолёт и Пилот, лето-осень 1918 г.
(http://riseofflight.com)

В начале октября Коппенс совершил пара битв с германскими самолётами а также претендовал на два сбитых в паре разведчика, но эти победы не только не был обоснованы, но и не проходят в документах кроме того как «предположительные». Затем лётчик снова возвратился к охоте на аэростаты и за пара дней довел официальный счёт до 35 побед, за каковые он был награждён 4-й («офицерской») степенью сербского ордена Белого Орла.

В 5:40 утра 14 октября с аэропорта бельгийской истребительной группы взлетели два «Анрио» с задачей на уничтожение аэростатов соперника в секторе, где скоро должны была начаться наземная атака. Найдя первый «объект» на высоте 550 метров северо-восточнее Диксмюде, Коппенс спикировал на него и маленькой очередью послал горящим на землю. На часах было ровно 6 часов.

После этого напарники разделились: ведущий направился на восток, где на высоте около 750 метров был видимым силуэт другого аэростата, а ведомый забрал курс на север, где также должны были быть «баллоны».

Один из принадлежавших Коппенсу «Анрио» с хвостовым номером HD24
(http://www.wwiaviation.com)

Через пять мин. по окончании первой победы Коппенс уже входил в новую атаку. Как в большинстве случаев, по истребителю открыли огонь зенитные пулемёты, и в этом случае успех была на стороне обороняющихся: в 500 метрах от цели лётчик был ранен в левую ногу. Пуля перебила громадную берцовую кость и привела к обильному кровотечению.

В момент ранения бельгиец неосознанно выжал до упора педаль здоровой ногой, в один момент надавив на гашетку и двинув вбок ручку. Самолёт утратил управление, но так как на протяжении атаки лётчик всегда держал аэростат в прицеле, то первые пули однако ушли в цель. По понятным обстоятельствам Коппенс не знал, что стало с этим «баллоном», но в конце 30-х в армейском архиве нашли пропущенный в своё время рапорт, и победу официально засчитали.

Ещё одно изображение воздушного боя Вилли Коппенса
(http://www.theaerodrome.com)

Истекающий кровью лётчик в течение казавшихся нескончаемыми трёх мин. уводил самолёт на собственную сторону фронта, не хотя попадать в руки немцев ни живым, ни мёртвым. Сохраняя надежду, что холодный воздушное пространство разрешит ему продолжительнее оставаться в сознании, он поднял вверх очки и снял шарф, закрывавший нижнюю часть лица, а в то время, когда с почвы прекратили стрелять, начал готовиться к посадке, для которой выбрал через чур мелкую для этого площадку, но вблизи которой проходила дорога с оживлённым перемещением.

Ответ выяснилось верным: на посадке самолёт снёс шасси, но оправдались надежды на помощь, и воины транспортной работы достали лётчика из кабины и в критическом состоянии доставили его в полевой военного госпиталь. Докторам удалось спасти Вилли жизнь, но ногу пришлось отрезать.

На госпитальной койке Коппенс взял из рук собственного монарха «розетку» офицерской степени ордена Леопольда. Во второй половине октября прошли последние распоряжения по армии, упоминавшие его имя, по окончании которых число «украшений» на лентах его Военных Крестов дошло до 27 пальм и 13 львов у бельгийского и двух пальм у французского. Последней призом, врученной асу на протяжении войны, стала золотая медаль Аэроклуба Франции, которой он был награждён на банкете по случаю 20-летнего юбилея данной организации 7 ноября 1918 года.

Популярность лётчика была весьма громадна, и до отечественного времени сохранилось много фотографий с его автографом
(http://www.rtbf.be)

Всего за время войны Вилли Коппенс совершил 228 наступательных патрулирований (бельгийцы вычисляли их, а не боевые вылеты по большому счету), поучаствовал в 94 воздушных битвах и одержал 37 подтверждённых побед, став лучшим бельгийским асом. Бельгийские ВВС были маленькими, и за все время войны одержали чуть свыше сотни подтверждённых побед. В случае если разглядывать лишь победы над аэростатами, то успехи Коппенса становятся совсем уж беспрецедентными: на его счету 35 из 49 сбитых бельгийцами «баллонов» и заслуженная слава лучшего охотника за аэростатами среди всех участников Великой войны.

По завершении лечения лётчик, не обращая внимания на очевидную инвалидность, летом 1919 года возвратился в армию, причём отнюдь не по собственной инициативе, а по настоятельной просьбе короля. Так как это было чисто политическим ответом, то и должность для бывшего аса подобрали соответствующую: с 1919 по 1936 гг. Коппенс являлся помощником армейского атташе по авиации в Англии, Италии и Франции.

Солидную часть этого времени он совершил, совмещая должности в Париже и Лондоне, неизменно летая через Ла-Манш на персональном самолёте, переделанном под ручное управление.

Вилли Коппенс и его персональный «Де Хэвилленд» DH.60M «Мот»
(http://www.belgian-wings.be)

После этого майор Коппенс поменял военно-дипломатическую работу на «настоящую военную» и с ноября 1936 по ноябрь 1939 гг. руководил авиагруппой II/2, вооружённой истребителями «Файрфлай», а позже перевёлся в штаб ВВС. В мае 1940 года он был в той части бельгийской армии, что отступала на юг вместе с французскими армиями. По окончании капитуляции он решил не делать приказ руководства о возвращении в Бельгию и 30 июня перешёл через швейцарскую границу.

На родину Вилли Коппенс возвратился лишь в конце 60-х годов. Погиб лётчик 21 декабря 1986 года в возрасте 94 лет.

Вилли Коппенс около музейной реплики, изображающей его истребитель, 1977 г.
(http://www.sbap.be)

Сразу после окончания Первой Мировой, в ознаменование заслуг лётчика перед отечеством и короной, король Альберт I возвёл Коппенса в дворянское преимущество, а в первой половине 30-ых годов двадцатого века присвоил ему титул шевалье де Хаутхюльст по заглавию прежних «охотничьих угодий» аса. Ещё через 3 десятилетия внук Альберта Бодуэн I сделал Коппенса бароном.

В Минске состоялся массовый полет тепловых аэростатов

Увлекательные записи:

Похожие статьи, которые вам, наверника будут интересны:

  • Несбывшиеся надежды вилли мессершмитта

    Любой раз, в то время, когда речь идет о самолетах периода Второй мировой, в обязательном порядке упоминается германский истребитель Мессершмитт Bf 109….

  • Охотники в небе. эпизод i: рыцари неба

    Режиссёр: Герберт Мэйсон Телекомпания: США Sky, 1991 г. Цикл: Охотники неба: асы Второй мировой войны, 1 серия из 13 Охотники это те, кто выходит и…

  • Истребители ponnier m.1. франция

    Желаю выразить громадную признательность глубокоуважаемому коллеге redstar72 за громадную помощь в редактировании данной статьи. Какой самолет до Первой…

  • Огненные копья первой мировой

    Выкладываю на сайт занимательные статьи из жж одного из ведущих русских историков авиации глубокоуважаемого Вячеслава Кондратьева. Не напрасно говорят,…

  • Русская авиация в первой мировой войне

    Во время Первой Мировой (1914 — 1918 гг.) появился и с необыкновенной быстротой начал развиваться, расширяя сферы собственного боевого применения, новый…

  • Налеты дирижаблей на англию

    Первая мировая широко известна всем любителям и специалистам истории авиации как время бурного развития авиатехники и авиационной технической мысли….