Правильный т-35

Правильный т-35

Я не приверженец продолжительных и значительно чаще бесплодных споров в ветках, тем более с массированным подтягиванием пространных портянок-цитат, толкуемых в самом широком диапазоне в случаях, в то время, когда сталкиваются два сугубо ИМХО, каждое из которых в принципе недоказуемо. Исходя из этого, предпочитаю краткий обмен мнениями.

Так вот. В данной статейке, я попытаюсь чуть-чуть подробнее донести собственную позицию. Но, для начала, сами «выступления» в ветке, чтобы стало очевидным, с чего фактически всё началось, и из-за чего эта тема меня лично так заинтересовала.

«Почтенный сотрудник! Т-35 заказывался и создавался как позиционный танк прорыва. Употребляться доолжен был для прорыва очень сильно и заблаговременно укреплённых линий обороны. Т. е. на местности, заблаговременно сделанной танконедоступной для большинства типов танков.

Спрашивается — какой дурак сделал вывод, что такому танку необходимы две противотанковые сорокапятки? В случае если уж соблазнились британским индепендентом и решили лабать пятибашенный танк, ему более чем за глаза хватило бы Максимов в каждой из четырёх малых башен.

Благо начальнику танком, заморачиваться с целеуказанием для них никакой потребности нет — башнёры-стрелки малых башен обязаны самостоятельно обнаруживать цели и самостоятельно открывать по ним пламя — так как основная их задача — САМООБОРОНА малоподвижного (в силу топографии) танка в ближнем бою. Тут до тех пор пока каких то распоряжений и целеуказаний дождёшься — танк подожгут сраными бутылками с коктейлем Молотова.

А вот в громадной основной башне должно находиться реально нужное для противодействия укреплениям орудие, калибром не ниже корпусного. От трёхдюймового окурка толку, что с козла молока. Пускай его Т-28 катают.

Для таковой шикарной громозеки как Т-35, нужно было мастачить 107 мм пушку (возможно кроме того короткостволую) либо приспосабливать 122 мм гаубицу. И опять-таки станковый пулемёт или спарка ДТ, чтобы стрелять поочереди не перегревая стволы. Вот данной роскошью уже руководит конкретно командир экипажа, определяя самый перспективные цели.

Как раз таковой пятибашенный Т-35 я считаю оптимальным. Может когданить распишу про него статейку…» (Ansar02)

«Мне вот Примечательно, что вы осознаёте под позиционностью танка? То что он приехал-поднялся на денек-другой и давай ипошить из главного калибра? Либо то, что он обязан данный самый позиционный фронт проломить, давя оборону как паровой каток?

Фактически из этого и концепция рассредоточения огня и вытекающая из огромных размеров БО огромная же протяженность, которая скорее в плюс, помогая преодолевать всяческие траншеи, рвы и другие небольшие проблемы, каковые для малышей типа Т-26 становятся непреодолимыми.

Желаю напомнить, что изначально у Т-35-1 в нижнем ярусе находились 37мм Б-3, каковые в 32ом с производства тю-тю. Вот и заменили на 45мм. Наряду с этим в случае если проводить аналогию с линкорами флота (что обожали, я так осознаю, делать в СССР 20-30ых — см. ранжирование ТераБайт-1-3-4), то разумеется, что 45мм — вспомогательный калибр, для целей, которым 76мм большое количество, а пулеметов мало.

Либо к примеру для танков, с которыми Т-35 также имел возможность встретиться в глуубине обороны.

Полностью такая же концепция заложена много вторых многопушечных/многобашенных танков — см. Черчилль 1, М3 Ли, В1, Японский Тип-95 и другие, не вышедшие из стадии проектов.

КТ-28 — танковое орудие с самым замечательным ОФом на начало 30ых, в случае если что. Замечательнее НЕТ НИ У КОГО. Лишь ТГ-5, что снова же коммунистический и сильно экспериментальный.

Ну и германский умелый GrossTraktor, также умелый и тайный. Наряду с этим немец картониумный и при столкновении с танками — будет сасай сасай.

Ну и я весьма желаю взглянуть, как вы в ту башню станете запихивать 107мм (кстати маленькую создать еще нужно), либо 122мм.

Вобщем фантазировать вам никто не помешает. Курчевскому, Гроховскому, Таубину, и другим Дыренковым также никто не мешал… до поры до времени. Первый задержал развитие отечественной артиллерии на пара лет, второй плодил фантастические проекты типа танка на воздушной подушке, третий практически сорвал перевооружение ВВС РККА перед войной» (keks88)

Итак, бум разбираться. Правильнее, более детально разглядывать сугубо мою личную точку зрения на этот вопрос.

Тяжёлый позиционный танк прорыва Т-35 создавался под очевидным влиянием английского пятибашенного танка подобного назначения А1Е1 «Индепендент», изготовленного ещё во второй половине 20-ых годов XX века.

(А1Е1 «Индепендент»)

Оружие английского тяжёлого танка размешалось в пяти башнях. Четыре башни малые – пулемётные, вооружались любая одним станковым пулемётом «Виккерс». В громадной центральной башне, стояла 47 мм пушка. Сходу нужно подчернуть, что изначально танк проектировался в двух вариантах – башенном и безбашенном (с размещением оружия в спонсонах и корпусе).

В последнем случае, предполагалась установка пушки трёхдюймового калибра.

Но, армейские отдали предпочтение более современному, башенному варианту, наряду с этим, замечательно осознавая, что 47 мм пушка в принципе не годится для борьбы с полевыми упрочнениями – основной целью танка прорыва. Но, танк был экспериментальным и с данной «опытной импотенцией», до тех пор пока, готовься мириться.

Как раз до тех пор пока, потому, что перед глазами британцев уже был нагляднейший пример эксплуатации тяжёлого французского танка прорыва FCM 2C,

(FCM 2C)

так же вооружённого 47 мм пушкой в основной башне. Пушкой появлявшейся столь разумеется негодной для противодействия укреплениям , что в 1926-ом году (именно в то время, когда «Индепендент» вышел на опробования) французы в качестве опыта перевооружили один FCM 2C, короткостволой 155 мм гаубицей (Кто в том месте утверждал, что танковых орудий замечательнее отечественной трёхдюймовки в мире нет?).

А собственный новый средний танк B-1, французы изначально (и раньше, чем в СССР Т-35, потому, что прототипы В-1 строились в 26-30 г.г.) спроектировали вооружённым 75 мм пушкой, действительно, в корпусе. В башне же, должна была красоваться только спарка 7,5 мм станковых пулемётов – что в принципе ясно – в случае если танк создаётся как средство прорыва, никакая пушка среднего калибра (больше 20, но меньше 75 мм) ему на фиг не упёрлась – это легко балласт.

(Прототип В-1 с 75 мм пушкой в корпусе и двумя пулемётами в башне)

То, что в итоге, французы поставили на собственный СРЕДНИЙ танк В-1 другую башню с 47 мм пушкой, говорит вовсе не о том, что им страшно захотелось пострелять по полевым упрочнениям ещё и из 47 мм пушчёнки – хрен в том месте, они просто осознали, что для среднего В-1, задача прорыва сильноукреплённых полос обороны отнюдь не единственная. Средний танк – это универсал, и вооружён он должен быть, как универсал – и 75 мм гаубицей для подавления огневых точек в полевых упрочнениях и 47 мм пушкой для противодействия бронетехнике соперника.

Все эти нюансы были (я сохраняю надежду!) изучены отечественными экспертами, приступившими к разработке отечественного тяжёлого танка. В следствии, на свет божий показался танк-прототип Т-35-1, с боевой массой около 38 тысячь киллограм (не смотря на то, что в заказе фигурировала 35-тонная машина), оружием в корпусе (курсовой пулемёт) и в пяти башнях: 76,2 мм пулемёт и пушка в основной – громадной, два пулемёта в двух малых башнях, расположенных по диагонали и две 37 мм пушки (громадной мощности) в двух подобных малых башнях по второй диагонали.

(Т-35-1)

Такое размещение оружия разрешало концентрировать пламя из 76,2 мм пушки, одной 37 мм пушки и минимум двух пулемётов в любом направлении.

Второй опытный образец Т-35-2 был заточен уже под двигатель М-17 (вместо М-6), с соответствующей трансмиссией и усовершенствованной подвеской. Для упрощения серийного производства, башню смастачили цилиндрической формы. Никаких вторых трансформаций в конструкции не было.

(Т-35-2)

Однако, этого отечественным максималистам показалось мало и на серийном танке Т-35А, вместо двух малых одноместных башенок с 37 мм пушками (как совсем правильно указал почтенный сотрудник keks88 снятых с производства), уже красовались громадные двухместные башни со спарками 45 мм пулемёта и пушки.

(Серийный Т-35А)

Это разрешило, расширить калибр запасном артиллерии и плотность огня в любом секторе минимум ещё на один пулемёт. К тому же, при наличии заряжающего, 45 мм пушка имела возможность стрелять значительно стремительнее, чем 37 мм с единственным башнёром-«многостаночником».

Сейчас, давайте разберемся, оправдано ли было такое «революционное» повышение огневой мощи.

Тут, нужно сходу отметить, чем за эту роскошь было заплачено. Боевая масса серийного Т-35А с 37,5 тысячь киллограм выросла до 50,1 т. Почему трансмиссия тупо надорвалась и танк превратился в сугубо парадную страшилку, для которой любой выезд в поле оканчивался поломкой.

А каков эффект в боевом применении?

Почтенный сотрудник keks88 объявил, что тактика применения позиционного танка прорыва это: «паровым катком пройти через очень сильно укреплённую полосу обороны». Мне так и видятся за этими словами горящие добропорядочным сумасшествием глаза главного «стратега» РККА М.В.Тухачевского.

Парни – какой на фиг «паровой каток»? Где? В полосе заблаговременно подготовленной обороны? С дуба упали?

Хорошо Тухачевский – идиот узнаваемый, ему такое ляпнуть простительно.

Заблаговременно созданная защита тем и отличается от простой, наспех созданной полевой, что обороняющаяся сторона имела средства и время для обеспечения формальной неприступности таковой обороны. Касательно танков это указывает, что сама местность сделана ТАНКОНЕДОСТУПНОЙ ни для развёртывания, ни для маневрирования, ни для передвижения по большому счету, танков большинства классов!

Эта местность, содержит противотанковые рвы, надолбы, эскарпы и другие инженерные заграждения. К тому же, она насыщена фугасами и противотанковыми минами.

Лишь поняв это, возможно допенькать, что о каком-то «паровом катке» возможно рассуждать, лишь приколотив ко лбу дорожным гвоздём значок «юный тухачевец».

Но наконец-то, на свет Божий появляется кем-то не верно осознанный термин «позиционный танк».

Почтенный сотрудник (видно, что не дурак) открыто задал вопрос, что под этим направляться осознавать, усомнившись, что он свидетельствует танк, что тупо занял позицию и стоит себе день-два, постреливая в сторону соперника.

Почтенный сотрудник и не подозревал, как он близок к жёстким боевым реалиям!

Сейчас, чтобы всё поднялось на собственные места, представим себе участок Линии Маннергейма, где под огнём Дотов и Дзотов пехота залегла и не имеет возможности продвинуться вперёд, кроме того не обращая внимания на то, что атаке предшествовала замечательная бомбардировка.

В этот самый момент, на сцене появляются средние танки Т-28 с приданными 20-ой ТТбр. умелыми тяжёлыми танками.

Что же они делают? Проходят «паровым катком» Линию Маннергейма? Для СМК, таковой проход (вместе с Зимней войной) уже закончился на замечательном фугасе. Были и более успешные попытки, но к прорыву они не привели.

Финские ДОТы были целы и отечественная пехота намертво (во всех смыслах) залегала под их огнём.

Сейчас, танки выдвигались вперёд, принимая на себя пламя, обнаруживали финские огневые точки (за что расплачивались приличными утратами – так как Т-28 были отнюдь не неуязвимыми тяжёлыми танками, как те же КВ, СМК либо Т-100, а только средними, с максимум 30 мм бронёй, чего к концу 30-х было уже не хватает), как имели возможность подавляли их и продвигались к тем самым пресловутым ДОТам. Не имея оружия чтобы стереть с лица земли их, они бронёй и своим огнём только снабжали возможность для сапёров штурмовых групп заложить взрывчатку, которая фактически и уничтожала ДОТы.

Наткнувшись на минное поле, танки совершенно верно так же огнём закрывали работу сапёров, делающих проходы в минных полях.

Всё маневрирование танков наряду с этим, заключалось только в оптимизации смене и своей позиции оной, в то время, когда тяжёлая артиллерия соперника начинала угрожающе пристреливаться.

Вот это и имеется работа «тяжёлого позиционного танка». Никакого «парового катка». длина и Масса только разрешают ему передвигаться на местности совсем недоступной (без инженерного сопровождения) для техники более лёгких классов, а вооружение и броня, разрешают ему выжить на поле боя и по возможности, подавить огневые точки, до которых он может дотянуться.

Сейчас, обращаем внимание на таковой момент:

В случае если танк действует на местности, заблаговременно сделанной танконедоступной и появление танков соперника в принципе исключено – для чего, позиционному танку малокалиберные противотанковые пушки, полностью негодные для борьбы не то что с полевыми упрочнениями, но кроме того с расчётами пулемётов и пушек соперника в простых траншеях, потому, что их осколочная граната уступает по эффективности очевидной ручной гранате (та, не пролетает мимо цели, убивая только персонально того неудачника, в которого, правильнее через которого пролетает, и не успевает зарыться в грунт до сработки взрывателя сводя осколочное воздействие к дымному хлопку фейерверочной шутихи).

Почтенный сотрудник уверен – танк прорыва может столкнуться с танками соперника в то время, когда «паровым катком» пройдёт всю полосу обороны соперника. А как же! Так как вражина в обязательном порядке кинет на участок прорыва танковые резервы, чтобы заткнуть брешь.

Вот лишь один нюансик – тяжёлые танки прорыва идут вперёд не сами по себе – прям за ними следом, с соответствующей инженерной помощью, по пробитой тяжёлыми танками «магистрали» между минных полей, последовательностей надолб и других заграждений, наступают лёгкие танки и средние, пехота.

В случае если прорыв удался, на оперативный простор выходят как раз лёгкие танки и средние. А тяжёлые должны вместе с пехотой стрелкового корпуса прорыва снабжать фланги пробитого коридора и всемерно расширять его, борясь с огневыми точками в полевых упрочнениях и подавлять остатки ПТО, мешающие наступлению средних и лёгких танков. Всё. Т. е. в этот самый момент противотанковые пушки тяжёлому танку на фиг не упёрлись. (По большому счету, Примечательно, что это за неповторимые цели, для которых трёхдюймового снарядика – большое количество, а пули калибра 7,62 – мало?)

Само собой разумеется, в случае если имеется вторая полоса обороны, тяжёлые танки таким же макаром прорывают и её. Но дальше им идти некуда, да и незачем. Пробили брешь, расширили до уставной ширины и возможно тихо подтягиваться в назначенный район дислокации либо на СПАМ (сборный пункт аварийных автомобилей).

А вот средние и лёгкие танки их качественного усиления, уже делились на группу ближнего действия, уничтожающую подходящие резервы и группу и тяжёлую артиллерию дальнего действия – превращавшую тактический прорыв в своевременный.

Вот им-то именно и необходимы были скорострельные противотанковые пушки. На всякий случай встречи с теми самыми танками соперника. Не Т-35 же, которых 60 штук на всю доблестную РККА с ними бороться! «Мавры» сделали собственное дело и смогут с чистой совестью уйти на отдых.

И ещё. Отыщем в памяти. На Т-35 изначально, собирались установить не паршивый «окурок» короткостволой «полковушки», а особую скорострельную танковую пушку ПС-3 с полуавтоматическим затвором, талантливую «трудиться» патронами и полкового и дивизионного орудия с длиной ствола, снабжающей не меньшую бронепробиваемость, чем у 45 мм противотанковой пушки.

Т. е. при той самой мифической необходимости бороться с танками соперника, Т-35 свободно имел возможность бы применять собственную ПС-3. КТ официально считалась сугубо временным вариантом оружия и Т-35А и Т-28, допускавшемся только до получения в полной мере себе ещё и противотанковой ПС-3.

Вот и получается, что две 45 мм пушки на Т-35А – по любому балласт.

Кто-то может возразить – их наличие разрешало де обстреливать две-три цели! Самое забавное – повторившие чью-то глупость умные люди, тут же поднимают «плач Ярославны» по поводу сложности управления огнём для того чтобы «многозадачного» оружия. Так как Т-35А кроме того командирской башенки не имел, а командир экипажа, к тому же, должен был «пахать» за пулемёчика основной башни!

Где уж тут ему руководить пятью башнями и тремя пушками! Да ещё по нескольким целям разом. В общем и целом – глупость.

Не напрасно так как на Т-35А ставили в качестве опыта флотскую совокупность управления огнём, разрешавшую сконцентрировать пламя 2-3 башен на ОДНОЙ цели! Вопрос – нахуа?!

На основании сказанного выше, я лично, считаю совсем неоправданными ни столь «переразвитое» оружие Т-35А, ни его запредельный вес.

Сейчас, каким я вижу «совершенный» Т-35А при условии сохранения пятибашенной схемы (коли уж она так запала в душу кое-кому в управлении РККА).

Пережившие примерную позиционную войну с массированным применением танков, англо-французы были полностью правы (исходя из того опыта, само собой разумеется!) вооружая собственные тяжёлые танки громадным числом пулемётов. Также самое, касается их «архитектуры».

FCM 2C имел пушечную башню в первых рядах, для уничтожения укреплённых огневых точек (замена 47 мм пушки на 105 мм гаубицу говорит о понимании недостаточности оружия) и пулемётную башенку позади.

(ФСМ 2С)

Основное назначение данной башенки – самооборона танка в ближнем бою.

Для атаки, FCM 2C имел ещё 4 пулемёта, сконцентрированные в передней части танка.

Также самое «Индепендент». Для уничтожения укреплённых огневых точек, служила пушка в основной башне. Основной задачей малых пулемётных башенок была самооборона танка в ближнем бою – напомню – позиционный танк физически не имеет возможности двигаться по заблаговременно доведённой до танконедоступности местности в стиле «парового катка», а пропущенные из-за неважного обзора огневые точки, да и просто отдельные бойцы соперника (у кого боевой дух ещё не сломлен) в полной мере смогут доставить с большим трудом продвигающемуся танку громадные проблемы, впредь до очевидного забрасывания гранатами либо бутылками с коктейлем Молотова.

Вот для защиты танка от таких проблем и помогают торчащие во все стороны пулемёты. И командиру экипажа нет потребности заниматься хер целеуказанием для этих пулемётных башенок – они сами знают, кто их цели и им самим известный, в то время, когда открывать по ним пламя.

Ясно, что вооружать эти башенки оптимальнее не ручными пулемётами, как у Т-35А, а станковыми, как у «Индепендент», чтобы оправдать наименование – «Индепендент» (свободный) т. е. талантливый продвигаться вперёд и деятельно функционировать без сопровождения оберегающей танк в ближнем бою пехоты.

Потому, что поливать свинцом (в целях всё той же самообороны) нужно каждые мало-мальски странные цели – жизнь для того чтобы танка дороже любых патронов, возить, таковой танк, этих самых патронов может и обязан довольно много. Скажем, как броневики ПМВ, умудрявшиеся загрузить и за час боя расстрелять из пары «Максимов» до 10 тыс. штук! Благо те «Максимы» имели совокупность дополнительного охлаждения стволов.

Но, несомненно, основной «изюминкой» тяжёлого позиционного танка прорыва, должно быть главное оружие – то, что красуется в основной башне и предназначенное для ответа основной задачи – подавления укреплённых огневых точек.

Почтенный сотрудник с явным недоверием отнёсся к идее вооружить и отечественный танк, по примеру FCM 2C со 155 мм гаубицей, орудием корпусного калибра – мол нет у нас ничего подходящего, а вдруг и найдётся, в башню того времени нипочём не влезет. В дыренковщие упрекал!

Тут он очевидно погорячился! Кроме того в РИ по окончании неудачных опытов Дыренкова по созданию башни под 76,2 мм пушку для лёгких танков, стараниями более учёных конструкторов, изучивших все неточности Дыренкова, была сделана в полной мере успешная башня для танков Т-26-4 и БТ-7А.

Ну, будем вычислять, что тот выпад – по очевидному не знанию матчасти.

Сейчас, вспоминаем и разбираемся.

В 1915 году, из Франции в Россию, по русскому заказу, была доставлена лёгкая 105 мм горная гаубица. Её испытали а также планировали модернизировать на Путиловском заводе под условия эксплуатации в отечественной армии. Однако, гаубица не была принята на вооружение – армии нуждалась не в раздувании номенклатуры калибров, а в повышении выпуска простых 122 мм боеприпасов и гаубиц к ним.

В общем, гаубицу «задвинули» на задворки Путиловского завода, откуда она позднее перебралась прямиком в Артиллерийский музей.

А сейчас, прикинем – из-за чего бы её не применять для оружия танка прорыва? Сопоставляем: вес ствола с затвором у 76,2 мм полковой пушки обр. 27 г. (из которой сделали ублюдочную КТ) 230 кг.

У 105 мм горной гаубицы Шнейдера — 240 кг. (Для сравнения, у 122 мм гаубицы обр. 10 г. 426 кг).

Второй очень ответственный параметр – протяженность отката.

У 76,2 мм полковой пушки обр. 27 г. протяженность отката – от 1030 мм до 930 мм.

У 105 мм горной гаубицы Шнейдера обр. 15 г. – большая протяженность отката 800 мм.

Т. е. уменьшить длину отката под установку в башне, возможно столь же легко, как и у той самой полковой трёхдюймовки, из которой слепили КТ.

Боевой вес орудий: полковушка обр. 27 г. – 740 кг. Боевой вес 105 мм гаубицы – 732 кг.

И основная красота – вес трёхдюймового боеприпаса (самого замечательного, в то время среди всех танковых пушек, как утверждал почтенный сотрудник, игнорируя 155 мм гаубицу на последнем FCM 2C, и как он замечательнее 75 мм боеприпаса В-1 я без справочника не сообщу, но чуть ли очень сильно) 6,5 кг. У 105 мм гаубицы боеприпас весил практически в два раза больше – 12 кг.

А ведь чтобы не плодить калибры, никто нам не мешает производить ту самую гаубицу в версии «маленького танкового орудия» накинув ещё несколько миллиметров – привычного нам, 107 мм калибра боеприпас, вытянет ещё больше! Не как боеприпас корпусной пушки обр. 10 г. (16 кг), само собой разумеется, но также в полной мере солидно!

Само собой разумеется, баллистика таковой пушки будет так себе – но, для стрельбы практически прямой наводкой по Дотам и Дзотам, по противотанковым пушкам и пулемётным гнёздам – в полной мере нормально. В последних случаях, для столь замечательного боеприпаса достаточно будет и довольно близкого попадания.

Сообщите – кто будет заморачиваться переделкой горной гаубицы в танковую пушку и её освоением в столь незначительной серии? А кто заявил, что незначительной? Такую пушку и на САУ на шасси Т-28 поставить возможно а также на шасси БТ!

И разве в РИ, артиллерийский завод МЗМ не освоил выпуск по большому счету принципиально новой для него германской 152 мм мортиры, выпуск которой в итоге составил всего 129 орудий?

Кстати, о мортирах!

Утверждая, что у нас нет подходящих для установки в башне тяжёлого танка прорыва крупнокалиберных орудий, почтенный сотрудник проглядел не только 105 мм горную гаубицу Шнейдера, но и созданные именно в самое подходящее время полковые 122 мм мортиры М-5 и «Лом»!

Само собой разумеется, протяженность ствола у них всего 6,1 калибра (745 мм), но для отечественных целей и этого достаточно! Особенно при длине отката всего 525-500 мм и весе боеприпаса 12,5 кг. В боевом положении эти мортиры весили меньше чем полковая трёхдюймовка обр.

27 г. (560 кг).

Обе эти 122 мм мортиры, как и в своё время 105 мм гаубица Шнейдера не были приняты на вооружение, но разве из них не было возможности смастачить короткостволые, но очень замечательные (для собственного времени) танковые пушки?

Необычно, но почему-то почтенный сотрудник не назвал «дыренковщиной» 8 (ВОСЕМЬ!) вариантов нового советского танка Т-39, что проектировался на замену Т-35А, а ведь Любой из тех вариантов, должен был нести в основной башне как раз 107 мм пушку.

Вот сейчас и представим себе таковой другой Т-35А, у которого в четырёх малых башенках по станковому «Максиму», а в основной, громадной башне маленькая 105 либо 107 пушка либо кроме того 122 мм мортира, заточенная для настильной стрельбы (практически та же маленькая пушка). В дополнение к крупнокалиберному орудию, специально для целей, на каковые ТАКИХ(!) тяжёлых снарядов уже объективно жалко (тот же пулемётик за бруствером либо пушчёнка с пуленепробиваемым щитом), возможно установить в основной башне крупнокалиберный пулемёт ДК либо малокалиберную автоматическую пушку (20 мм «эрликон», «мадсен» либо «гочкис» — да хоть тот же ШВАК).

Начальника порадуем персональной наблюдательной башенкой – это не сложно, поскольку башни Т-35-1 и Т-35-2 были четырёхместные. В ней размешались наводчик орудия, начальник – он же пулемётчик, заряжающий – он же механик и радист-моторист.

В другом танке, наводчик будет наводить и тяжёлое орудие и обслуживать крупнокалиберный пулемёт (либо 20 мм АП), начальник сугубо руководить, а радист с мотористом заряжать тяжёлое орудие. Численность экипажа остаётся без трансформации – те же 9 человек.

За счёт сокращения длины корпуса если сравнивать с РИ Т-35А и отказа от средних двухместных башен в пользу одноместных пулемётных, возможно усилить (в разумных пределах, чтобы без перегруза) бронезащиту.

В случае если, скажем, на РИ Т-35А находились 50-30 мм лобовой брони и 20 (+10 мм экраны) бортовой, но на АИ Т-35, возможно будет поставить 50-35 мм лоб и 30 (+8 мм экраны) борт. Для начала 30-х в полной мере солидный уровень бронезащиты при котором масса танка чуть ли превысит довольно приемлемые 45 тысячь киллограм (если сравнивать с 52 т. Т-35А).

(Реальноисторический Т-35-1 и другой Т-35А)

Вот таких танков уже возможно выстроить не 6 десятков для парадов, а побольше – минимум на два полнокровных танковых полка для особых штурмовых частей прорыва РГК.

Лекция Максима Коломийца Тяжелый танк Т-35. Конструирование, производство, боевое применение

Увлекательные записи:

Похожие статьи, которые вам, наверника будут интересны: