О говорящих обезьянах

      Комментарии к записи О говорящих обезьянах отключены

Среди храбрецов мультфтильма Мадагаскар имеется два шимпанзе. Один из них – Фил – в отличие от остальных жителей зоопарка способен осознавать людскую обращение а также просматривать по-английски. Наряду с этим он не говорит на общезверином, изъясняясь только жестами глухонемых, и для общения с другими животными должен прибегать к услугам переводчика – собственного друга.

Если вы не осознали эту фишку – значит, вы не понимаете об опытах с говорящими мартышками.

Продолжительное время все попытки разговорить мартышек были совсем бесплодными. Громаднейшую известность взяла титаническая работа супругов Хейз, каковые в начале 50-х годов прошлого века шесть лет воспитывали самку шимпанзе Вики. В итоге Вики выучила аж четыре слова: mama, papa, cup и up.

Да и те давались ей с трудом. Подобные результаты тешили самолюбие приверженцев качественной уникальности человека, предпочитающих вычислять себя венцом творения либо подобием божиим и полагающих, что между животным и человеком лежит некая четкая и непреодолимая грань – в противном случае изучения ХХ века последовательно отказывали человеку в его уникальности довольно таких феноменов, как орудийная деятельность, самосознание, культура Язык, конкретно связанный с высшими психологическими функциями, такими как символическое и абстрактное мышление, воображал собою последний бастион.

В ходе хейзовских опытов стало известно, что мартышки, в отличие от нас, не применяют языка и движения губ, издавая естественные для них звуки. В 60-х годах ученые неспешно дали себе подумать о том, что согласие с шимпанзе возможно отыскать и методом несложного общения, как общаются с детьми, а не на базе выработки и дрессировки условных рефлексов, и что незачем насиловать природу в лице бедных приматов, заставляя их воспроизводить противоестественные звуки, издаваемые существами другого вида.

О говорящих обезьянах

Во второй половине 60-ых годов двадцатого века жены Гарднеры начали обучать девочку-шимпанзе по имени Уошо амслену – американскому языку глухонемых. Через 5 лет Уошо знала около 160 знаков, каковые деятельно употребляла в беседах. И начала создавать новые понятия для обозначения предметов, которых прежде не видела, методом комбинации известных ей слов.

Так, Уошо нарекла холодильник открыть еда питье (люди именовали его холодный шкаф), а туалет нечистый хороший (люди именовали его горшок стул). Уошо именовала лебедей (по вторым источникам – уток) вода птица, а орех камень ягода. Она употребляла грамматически верный порядок слов по схеме подлежащее-сказуемое-дополнение и осознавала различие между предложением типа Уошо щекотать Роджер и Роджер щекотать Уошо.

На протяжении течки она кликала неговорящего самца жестом подойди обнять. Не так долго осталось ждать и самец начал призывать ее тем же жестом. А позже и сына Уошо научила говорить на амслене. Пара раз подмечали, как Уошо верно ставит ему руку – поправляет жест-знак.

на данный момент в лаборатории Гарднеров существует целая колония говорящих шимпанзе.

Уошо с учеником Лулисом. 1994

Удачи Гарднеров подстегнули вторых приматологов. Необыкновенных удач в обучении языку глухонемых добилась у гориллы Коко вторая американская исследовательница — Франсин Паттерсон. Это один из самых долговременных проектов по обучению мартышек языку глухонемых, он начался в первой половине 70-ых годов двадцатого века и длится поныне, у него имеется собственный сайт http://www.koko.org/index.php. на данный момент лексикон гориллы насчитывает около 2000 слов, что соответствует вокабулярной активности среднего современного человека.

Она образовывает предложения из пяти-семи слов и легко может поддерживать застольный разговор. Многие слова Коко принимает не только на слух, но и в печатном виде. Как и человек, она способна к розыгрышам и шуткам, адекватно обрисовывая личные эмоции грусти либо недовольства.

Она обожает поболтать о собственных чувствах и мыслях, поделиться с собеседником сокровенным: Мне скучно, я желаю покататься на самолете, это моя мечта. Коко рисует. И у нее возможно выяснить, что, к примеру, красно-желто-светло синий рисунок, напоминающий птицу, – это ее ручная сойка. Коко замечательно осознаёт будущее и прошлое. В то время, когда погибла ее первая кошка (кстати, она сама попросила подарить ей котенка), горилла заявила, что печалится, по причине того, что больше ни при каких обстоятельствах ее не заметит.

Необычен сам факт: у нее имеется питомцы. Имеется проявления того таинственного эмоции, которое вынудило человека покровительствовать животным. Это весьма важная сила – она практически вылепила антропосферу (потому что что бы мы делали без прирученных видов).

И для ее объяснения не отделаться одним материнским инстинктом.

Жены Румбо в конце 90-х начали обучать бонобо – карликовых шимпанзе. Бонобо стоят ближе всех приматов к человеку, и сейчас их все чаще сравнивают с ранними гоминидами. Ветви шимпанзе и гоминид разделились более 5,5 миллионов лет назад, по окончании чего шимпанзе прошли личный путь эволюции – не меньше извилистый, чем путь предков людей.

И многие их черты – итог специализации, которой еще не владели древние антропоиды. Бонобо же продвинулись на пути обезьяньей специализации не сильный, чем шимпанзе. Они более общительны, поразительно сексуальны (независимо от овуляции, как и люди) и не через чур агрессивны.

А также снаружи они создают чувство громаднейшей человекообразности, в особенности детеныши. В работе с ними обнаружилось неожиданное – в то время, когда трудились с взрослой самкой Мататой, ее сын Канзи следил за обучением. И в один раз он нежданно начал отвечать на вопросы экспериментатора, не смотря на то, что его никто не учил и не понуждал к этому, причем ответы были верные.

В один момент он кувыркался, ел компот, лез целоваться… После этого поняли, что он еще и спонтанно обучился осознавать британский – оказалось, что мартышек вовсе не обязательно тренировать языку. Бонобо усваивали его, легко замечая и слушая собственных воспитателей (как это делают людские дети – спонтанно и без всяких видимых упрочнений). Как раз бонобо достигли громаднейших лексических удач на данный момент.

Сестра Канзи Панбаниша осознаёт около 3000 слов, может писать на языке знаков и обучает языку собственного годовалого сына Ньота. Панбаниша кроме этого делает роль переводчицы-посредника в общении между своей матерью и людьми Мататой, которая, будучи на протяжении обучения уже взрослой, так и не обучилась толком сказать. Компьютер, на котором трудятся эти мартышки, озвучивает их речи посредством синтезатора и в один момент высвечивает написание слов на экране. Сравнительно не так давно Панбаниша забрала начала и мел писать слова на полу

Все эти опыты продемонстрировали, что шимпанзе, бонобо и гориллы владеют символическим мышлением и легко пользуются принципом обобщения, используя привычные жесты в новых обстановках. Так, Уошо символ открыть, исходно выученный применительно к дверям, использовала к холодильнику, водопроводу, сосудам с напитками.

Человекообразные мартышки способны использовать слова в переносном смысле, обладают метафорами: Уошо самостоятельно начала употреблять символ нечистый как ругательство и применяла его всегда, дабы выразить собственный отрицательное отношение к кому-либо: нечистый кот (бродячий кот), нечистые мартышки (гиббоны), нечистый Джек (служитель, на котороro Уошо злилась). Коко также использует кое-какие слова по собственному усмотрению, придав им пара иное значение.

К примеру, если она говорит о очень сильно пахнущем цветке, применяет символ вонючий. Как и Уошо, Коко время от времени ругается словами туалет и сатана (причем последнее для нее, понятное дело – совсем абстрактное понятие, не обозначающее ни одни конкретный предмет) и формирует новые понятия, комбинируя узнаваемые ей слова: брокколи обозначает как цветок пахнуть, зажигалку — как бутылка спичка, а зебру именует белым тигром.

В языке глухонемых базисное значение символа может изменяться за счет трансформации одного либо нескольких параметров жеста — перемещения, выражения лица, позы, конфигурации. Коко начала использовать подобные модуляции весьма рано и без каких-либо упрочнений со стороны инструктора. К примеру, она создавала двумя руками жест гнилой, что производится одной рукой, в то время, когда подразумевала совсем гнилой либо весьма гнилой.

Как и у других «говорящих» мартышек, главное развитие ее интеллекта и речи происходило в первые годы судьбы – в большинстве случаев, мартышки доходят в развитии речи до отметки двух-трехлетнего ребенка. Вырастая, они во многом остаются подобны детям, по-детски реагируют на жизненные обстановки и предпочитают игры всем вторым методам времяпровождения. Коко до сих пор играется в куклы и игрушечных зверей и говорит с ними, смущаясь, действительно, в то время, когда кто-то застает ее за этим занятием.

Запротоколировано, как Коко разыгрывала мнимую социальную обстановку между двумя игрушечными гориллами, розовой и светло синий. Посадив игрушки перед собой, она сделала жест плохой плохой к розовой горилле и жест поцелуй в направлении светло синий игрушки. Позже продемонстрировала жесты гоняться щекотать и ударила игрушки приятель о приятеля. После этого она соединила игрушки, изображая их обоюдную борьбу.

По окончании завершения мнимой схватки Коко продемонстрировала хороший горилла хороший, хороший. Пара инфантильное развлечение для практически сорокалетнего антропоида, но взглянул бы я на вас, соверши вы всю жизнь в лаборатории в качестве объекта опытов.

У мартышек обнаруживается в полной мере человеческое чувство юмора. Вот к примеру диалог воспитательницы с Коко:

  • К: Это я (показывает на птицу).
  • В: Разве?
  • К: Коко хорошая птичка.
  • В: Я думала ты горилла.
  • К: Коко птица.
  • В: Ты можешь летать?
  • К: Да.
  • В: Продемонстрируй.
  • К: Птица понарошку дурачусь (смеется).
  • В: Так ты меня дурачила?
  • Коко смеется.
  • В: А кто ты в действительности?
  • К: (смеется) Коко — горилла.

Абстрагирование у мартышек бросче всего проявляется, в то время, когда речь заходит об опасностях. Один из первых выученных знаков у бонобо – собака (к ним у бонобо врожденная неприязнь). Мартышки обозначают им и чихуахуа и сенбернара, и ассоциируют его со следами и лаем. в один раз на прогулке Бонбониша разволновалась, показывая: Следы собаки! – Нет, это белка. – Нет, собака! – Тут нет псов. – Нет. Я знаю, что тут их большое количество. В секторе А большое количество псов.

Мне поведали другие мартышки. Это уже зачатки настоящего мифотворчества.

Кстати, распространенное вывод о том, что в людской языке первичны слова, обозначающие конкретные предметы, а термины, обозначающие абстрактные понятия, показались значительно позднее и являются более большой уровень мышления, вероятнее, ошибочно. В словаре мартышек на одном из первых мест идет пожалуйста. А это слово – явная абстракция, которую ребенку приходится внушать так и эдак.

Откуда же оно у мартышек, к тому же и без того глубоко в крови? А вдруг приглядеться – просьбу могут высказывать многие животные. Кроме того морская свинка удачно клянчит покушать (время от времени думается, что это единственное слово, которое она знает).

Другими словами людская вежливая просьба восходит к сигналам попрошайничества, каковые ветхи, как мир.

Легкость обучения делает очевидным вывод, что гориллы, шимпанзе и бонобо владеют природной предрасположенностью к общению посредством знаков. Тот, что мы не видели, дабы в природной среде человекообразные мартышки применяли знаки, не означает, что этого не происходит – незаметно для восприятия исследователя-человека. В мозгу мартышек найдены развитые территории Брока и Вернике, отвечающие у людей за распознавание и производство речи, и нервные волокна, связывающие эти две территории.

У мартышек эти области важны за распознавание и мимику образов – качественная грань между антропоидами и человеком не столько в компьютере мозга, сколько в программе. Мы не могут выявить все нюансы мимического общения шимпанзе легко вследствие того что отечественный анализатор с детства натренирован для распознавания только речи – совершенно верно так же шимпанзе, по всей видимости, не смогут осознать, что отечественное постоянное бормотание несет еще какую-то данные, кроме эмоциональной.

Важная проблема пребывает в том, что мы везде ищем «подобия» нашему языку и нашему разуму, не в силах представить ничего иного. И опыты с амсленом практически не ведут к пониманию обезьяньей культуры, потому что говорящие мартышки психологически — совсем иные существа, чем их природные сородичи, глупые мартышки, по определению Уошо.

К сожалению, разговор о языковых возможностях животных постоянно вращается около незримой оси, имя которой – антропоцентризм. Аудитория предпочитает обсуждать не то, какова природа механизмов передачи информации, в противном случае, где грань между животными и нами. Быть может, в лице мартышек мы опасаемся собственных патологий, отклонений от нормы – мы так же отстраняемся от психопатов, даунов, эпилептиков, аутистов.

Кстати, любой из говорящих антропоидов отождествляет себя с людьми, а вторых мартышек относит к животным. Уошо именовала себя человеком. Кроме того Вики, опытная всего-то четыре слова, собственный фото с уверенностью клала в группу «люди» (как и все другие «говорящие» мартышки, с которыми проводили данный опыт). Фото собственного собственного «неговорящего» отца она так же с уверенностью и с видимым отвращением клала в группу «животные» вместе с фотографиями лошадей и слонов. (Коко, действительно, в то время, когда ей на онлайн пресс-конференции задали вопрос, кем она себя вычисляет – человеком либо животным, ответила: Я превосходное животное горилла! Но наряду с этим вторых животных она очевидно вычисляет существами низшего порядка)

Коко говорит, что синим пятном на своем рисунке (слева) изобразила эту птицу

С того времени как около полувека назад Джейн ван Лавик-Гудолл в первый раз заметила, как шимпанзе посредством узкого прутика выуживают из отверстия в термитнике его жителей, зоологи нашли в репертуаре этих мартышек еще около сорока способов целенаправленного применения всевозможных предметов. Это не инстинкт, а культурный навык, что передается много поколений. Сейчас появляется все больше изучений культурных традиций у мартышек, и слово культура употребляется в том месте без кавычек.

Те же, кому дорога людская исключительность, смогут заявить, что все-таки культуре и разуму мартышек весьма на большом растоянии до человеческих, и будут правы. Как в смешном рассказе: на арену цирка выходит свинья и играется на скрипке виртуозную пьесу. Все восторженно хлопают в ладоши, и только один зритель не рукоплещет, равнодушно посматривая на сцену. “Вам не пришлось по нраву?” — задаёт вопросы его сосед. “Да нет, хорошо, но — не Ойстрах”.

источник: http://haritonoff.livejournal.com/87828.html

15×4 — 15 минут про говорящих обезьян. Обсуждение

Увлекательные записи:

Похожие статьи, которые вам, наверника будут интересны: