Непобедимая армада часть 1

Еще в то время, в то время, когда дон Альваро де Базан маркиз де Санта-Круз всегда преследовал на море и на островах приверженцев Антониу, приора Крату – побочного племянника последнего португальского короля, магистра португальского Ордена Госпитальеров и в один момент претендента на португальский престол, проигравшего гонку за короной испанскому правителю Филиппу II, – ему весьма досаждали собственными действиями французские и британские корсары. Как раз тогда Генерал Океана в первый раз высказал идею похода к Английским островам с целью высадки громадного десанта, дабы завоевать Туманный Альбион и поставить во главе Англии «более подходящего» для Испании короля.

По мысли де Базана эта операция разом положила бы финиш каперству англичан в испанских водах и очень сильно напугала бы Францию, вынудив ее отказаться от помощи Антониу. Кроме того если бы французы каперствовали , то по окончании захвата Острова испанцы, базируясь на британские порты, имели возможность бы действенно противодействовать французским разбойникам.

направляться осознать, что к тому времени политика Англии была в далеком прошлом враждебна взаимоотношения и Испании между двумя государствами, начиная с конца 60-х годов XVI века, ухудшались [1]. Как раз тогда начались нападения на вест-индские колонии. К семидесятым в том месте уже во всю безобразничали Дрейк, Хокинс, Лоуэлл и другие «морские ястребы», тем самым нанося испанской короне значительный убыток. К 1574 году страны были на пороге войны.

Только взвешенная и осмотрительная политика Филиппа II и его наместника во Фландрии герцога Альбы, которым по горло хватало неприятностей в Голландии и на Средиземноморье, смогла не допустить открытый конфликт.

Непобедимая армада часть 1

Окончательный разрыв между государствами последовал в августе 1585 г. Елизавета Британская подписала соглашение с голландцами, в соответствии с которым островитяне повстанцам давали слово держать в Голландии 6350 всадников и 1000 пехотинцев, и оплачивать четверть всех военных затрат Главных Штатов. Так, британцы:

  • а) признали легитимность голландского повстанческого правительства;
  • б) осуществили с позиций Испании прямое вмешательство в испанские дела;
  • в) поддержали бунтовщиков в попытке отторжения территорий от Испании.

Сейчас Филипп был легко обязан реагировать. События начали развиваться быстро. Испанский король, которому по горло уже хватало затянувшейся войны в нестабильной ситуации и Голландии в Германии, постарался в последний раз мирно решить с Елизаветой вопрос о прекращении помощи неприятелей Кастилии и Арагона.

Иберийский посол британскую королеву одуматься, поскольку голландцы и испанцы уже сели за стол переговоров и фактически пришли к компромиссу, по окончании же вступления в войну, на стороне мятежников, Англии о мире в Голландии нужно будет забыть надолго. Елизавета, со своей стороны, отвечала, что будет защищать дело Реформации, и что Нидерланды крайне важны для Англии как главный торговый партнер.

Стало ясно, что мирно эту проблему не решить. В письме к Алессандро Фарнезе – главнокому испанскими армиями в Голландии и Фландрии, – написанном еще в сентябре 1583 г., Филипп отмечает, что успех в действиях против повстанцев недвусмысленно соприкасается с ликвидацией угроз от британской внешней политики. Король отмечал:

«чтобы покончить с восстанием в Нидерландах раз и окончательно, было бы разумно принять меры, обеспечивающие, что война в том месте не получала помощь из Англии».

По окончании демарша Елизаветы в августе 1585 года посол Священной Римской Империи сказал, что

«Англия сорвала маску по отношению к Испании».

ЗАМЫСЛЫ ВЫСАДКИ

В январе 1586 года де Базан озвучил перед испанским королем Филиппом II идею о высадке в свержении и Британии королевы Елизаветы. Филипп сразу же загорелся предложением и поручил дону Альваро заняться этим вопросом. Эта выдумка предполагала громадные затраты как в людях, так и в материалах.

Причем сначала было ясно, что нужно будет задействовать большие силы: в собственной первой записке де Базан отмечал, что он собирается оснастить, по крайней мере, 150 громадных судов неспециализированным тоннажем не меньше чем 77 млн кг, еще 400 более небольших судов, и посадить на них около 55 тысяч воинов десанта, загрузить громадный артиллерийский парк с полной обслугой, к тому же и отряд из 3000 землекопов в придачу. Филипп II решился на предприятие а также заручился благословением Папы, что весьма желал отвернуть Британию от схизмы и вернуть ее в лоно Католической церкви.

Местом сбора судов Армады был выяснен португальский Лиссабон – самый громадный порт океанского побережья Иберии, владевший большой гаванью в устье реки Тахо и громадными для собственного времени кораблестроительными и ремонтными мощностями. Еще не выстроенный флот назвали «Felicisima Armada» – «Радостнейшая Армада», намекая на его освященную Папой миссию.

В марте 1586 г. де Базан предоставил детальный расчет сил, нужных с целью проведения операции. Отплывающий к берегам Англии флот должен был складываться из боевых судов, выполняющих функцию эскорта, и громадного количества транспортов с армиями для высадки. Дабы обеспечить разгрузку армий с океанских транспортов, в составе флота предполагалось иметь пара громадных гребных судов.

Руководить соединением должен был лично генерал-капитан.

Данный замысел сразу же был оспорен Алессандро Фарнезе. В собственной записке от 20 апреля 1586 г. тот писал Филиппу II:

«Мысль громадного каравана транспортных и боевых судов глупа и примитивна. Собрание парусников различного размера, различного класса, различной вооруженности, наконец, легко различной скорости – это самый неудачный метод произвести успешную операцию».

Фарнезе предлагал следующее: армада боевых судов отплывает из Лиссабона, минует Канал и проследует к Корнуоллу, где будет лишь угрожать высадкой британскому побережью. Плюсов в этом замысле главноком видел пара:

  • • не нужно тащить с собой мимо берегов Франции около 500 транспортов с армиями, каковые нужно будет забрать из торгового флота;
  • • возможно не забирать гребные суда, потому что намерено выстроенные в Дюнкерке плоскодонки (Фарнезе, применяя леса, растущие неподалеку от Лилля, давал слово выстроить до 100 таких судов) в полной мере смогут как форсировать Канал, так и подойти близко к британским берегам для высадки;
  • • боевые суда будут только приманкой для британского флота, что нужно будет оттянуть от побережья Фландрии.

Кроме плюсов замысел имел и достаточно большие минусы. Во-первых, нужно было совершенно верно вычислить время готовности Армады и собрать войска в Дюнкерке. Во-вторых, было ясно, что голландский флот будет блокировать испанские порты во Фландрии [2], соответственно, нужно было как-то снять блокаду.

В-третьих, районы Дюнкерка и Остенде изобиловали песчаными барами и мелями, что ограничивало громадные испанские суда в возможностях и маневре подхода к берегу. В тех водах плоскодонные голландские и британские суда имели преимущество в противодействии действиях и высадке около берега. Помимо этого, не светло, как Фарнезе сохранял надежду подготовить к отплытию 100-200 судов в полной тайне, дабы об этом не определили англичане и голландцы?

А также в случае если б это удалось, как возможно было заблаговременно просчитать погоду для высадки, поскольку малые плоскодонные суда имеют ограниченную мореходность? Филипп II, прочтя письмо фламандского наместника, собственноручно начертал на нем:

«Фактически невыполнимо!».

Летом 1586 года учёный и священник Бернардино де Эскаланте, приятель Филиппа II, составил меморандум с разными стратегическими альтернативами нападения на Англию. Всего их было три:

  1. атака с севера с высадкой в Шотландии;
  2. высадка на юго-западном побережье Острова и в Уэльсе;
  3. блицкриг из Фландрии.

Все три сами по себе были признаны страшными, исходя из этого Эскаланте внес предложение совместить два последних варианта. Предполагалось, что большая эскадра доберется до Ирландского моря, где установит опорный пункт высадкой или в Ирландии (Уотерфорд), или в Уэльсе (Мэлфорт либо Хейвен). До тех пор пока британцы будут заниматься отражением этого десанта, а планировалась высадка не меньше чем тридцати тысяч людей, Фарнезе со собственными ветеранами скоро переправится через Ла-Манш, высадится в Эссексе и ударит по Лондону.

Замысел предполагал еще один вероятный этап, политический, в зависимости от конкретных удач этого двойного десанта – смещение Елизаветы. Филипп мало модифицировал замысел: первый десант высадится в Ирландии, флот останется у пролива Св. Георга, оттягивая на себя британские морские силы в течение, как минимум, двух месяцев, а по прошествии этого времени – нежданно перебазируется в Ла-Манш и заберёт пролив под контроль (как именно – неизвестно).

Тогда, и лишь тогда Фарнезе осуществит форсирование Па-де-Кале и высадку. Это добавление вызвало резкую критику самого Фарнезе. В октябре 1586 года герцог написал Филиппу долгое письмо, в котором недвусмысленно говорил о недостатках предлагаемой двухмесячной задержки между двумя нападениями. И не смотря на то, что король показал явное нежелание модифицировать собственный замысел, все же его уверенность была поколеблена.

В последующем послании герцог, в полной мере резонно подверг критике кроме этого элемент, касающийся высадки в Ирландии. Наконец, по окончании многомесячного дискуссии, Филипп смирился. В июне 1587 г. был отброшен вариант с Ирландией, а в сентябре замысел принял окончательную форму: Армада направляется в Ла-Манш, в том месте видится с Пармой и защищает его переправу.

Испанский король внес предложение Фарнезе и Базану (которого уже прописали главой экспедиции) новые мысли: генерал-капитан берет на борт маленькое (4000 кавалерии и 3000 пехоты) численность войск. Задача Армады — очистить Канал от вражеских судов и обеспечить высадку первого эшелона в Англии, которым будет руководить сам де Базан. Потом флот идет в Дюнкерк и грузит второй и третий эшелоны армий, каковые уже складываются из фламандских ветеранов.

войсками и Флотом в будущем руководит Фарнезе.

И де Базан, и Фарнезе были обиженны замыслом короля. Согласно точки зрения Базана, Филипп II очень сильно упрощал обстановку, но совсем не исключал минусы замысла фламандского наместника. А вдруг первый эшелон будет разбит до прибытия второго? А вдруг бурное море задержит высадку? В итоге, с учетом последующей переброски армии из Дюнкерка, высадка обязана будет планироваться в неудобном Кенте, в то время как недалеко от Плимута либо Саутгемптона высаживать войска значительно эргономичнее!

И самое основное – для чего эта совсем непонятная смена руководства в самой середине операции?

Базан осознавал, что первоначально предложенный им замысел кроме этого не совершенен, но все же более реалистичен. Генерал Океана придерживался принципа «все собственный вожу с собой». Да, это будет громоздкое соединение разнокалиберных транспортов, но он, как глава экспедиции, с таким конвоем имел возможность поступать сообразно обстановке, не смотря на обстановку во Фландрии.

Он имел возможность высадить армию, как в холмистом Корнуолле, так и в низинном Эссексе, а много судов разрешало отбить каждые англичан и атаки, и голландцев. Так, согласно точки зрения генерал-капитана, главным неприятелем для того чтобы огромного конвоя была только погода.

К этому направляться добавить, что голландцы, владевшие к 1588 году эргономичными и достаточно глубоководными Флиссингеном и Брилем, легко имели возможность осуществлять контроль и блокировать Дюнкерк, потому, что тамошние суда имели возможность форсировать песчаные бары на входе в бухту только на протяжении прилива и с определенным ветром.

В соответствии с замыслу де Базана «сутки X» был назначен на 30 мая, в то время, когда суда должны были покинуть Лиссабон. 19 июня они, в соответствии с замыслу, должны были кинуть якорь в Ла-Корунье, а 22 июля, завершив последние изготовление, – отправиться в поход к Ла-Маншу. В «Тайной Инструкции», данной генерал-капитану кавалерии дону Алонсо де Лейва, отмечалось, что для успеха операции хорошо было бы захватить остров Уайт, где имела возможность бы базироваться Армада.

Но, дабы не снижать темпа операции, было решено отложить захват острова до окончания высадки Фарнезе, район которой был выяснен в Кенте, между Дувром и Маргейтом.

В общем, все три замысла (Филиппа II, Базана и Фарнезе) не учитывали в должной мере сложный климат и гидрологию Канала. Недаром ирландский историк Сирил Фолс отмечал:

«Высадка в Ирландии и переход с ее берегов на британские, не обращая внимания на кажущуюся сложность, был значительно более эргономичен в эру парусов, чем высадка в Канале. Довольно часто забывают, что при форсировании Па-де-Кале из Дюнкерка либо Остенде необходимо было ожидать восточного ветра, что в тех краях достаточно редок, в то время как зюйд-ост, требуемый для высадки в Ирландии, был постоянным ветром как в Бискайском заливе, так и на входе в Ла-Манш со стороны Бретани.

В то же самое время, при высадке идальго в Ирландии уже британцы должны были ожидать восточного ветра, что, без сомнений, помешало бы им противодействовать десанту. Ирландия была еще мало освоена британцами и заселена народом, люто ненавидевшим их, в то время как влияние испанцев и Испании было в Ирландии весьма громадно».

Нужно добавить, что большинство ирландцев были католиками, ненавидевшими британцев-протестантов.

В оправдание Филиппа и его приближенных стоит заявить, что высадка в Ирландии была бы актуальна при полномасштабной войны с Англией с последующим завоеванием данной страны. В замыслы же испанцев входил блицкриг с последующим coup d etat (дворцовым переворотом), а не продолжительная и тяжёлая военная кампания на Острове.

Что же касается фактически Британии, в том месте католики совсем утратили остатки прежнего авторитета. К тому же, при гипотетической высадки испанцев, кроме того эти люди поднялись бы под флаги королевы Елизаветы, потому, что Филипп Испанский смотрелся бы в их глазах агрессором, захватчиком [3].

АТАКА КАДИСА

Зимний период 1587 года в Кадисе и Лиссабоне начались первые изготовление к выходу Армады. Для для того чтобы количества судов необходимо было большое количество снарядов, запчастей, материалов, оружия. В Англии были уже извещены о ужасных приготовлениях. Елизавета желала, если не расстроить всецело, то хотя бы оттянуть выход Армады из Лиссабона. Это было жизненно принципиально важно для Острова, потому, что королева осознавала, что ее государство просто не готово дать важный отпор испанцам.

Именно это желание и легло в базу рейда к Кадису известного корсара Френсиса Дрейка.

Елизавета определила о готовящейся экспедиции практически сразу же, и это стало причиной определенную тревогу. Конечно, масштаб приготовлений испанцев был малоизвестен, но, зная о ресурсах иберийцев и о силе испанского флота, британцы занервничали. Идея о предупредительной атаке Армады пришла практически сразу же. Уже в письме к королевскому Совету от 3 марта 1587 г. Френсис Дрейк пишет:

«Тут [в Плимуте] много отличных солдат и судов, которых при жажде возможно завербовать для экспедиции. Капитаны торговых судов дали мне предварительное согласие».

2 апреля в письме к Уолсингему он развивает идея:

«В случае если Ваша Светлость соизволила бы выдать какую-то резолюцию, приказ, что я вольно могу вербовать людей и суда – дело пошло бы значительно стремительнее».

Но все было не так легко. При дворе Елизаветы шли ожесточенные споры – стоит ли дразнить испанцев еще одним корсарским налетом, причем в этом случае на территории Иберийского полуострова. К примеру господин Джеймс Крофт, мажордом (Comptroller of the Household) Елизаветы, весьма быстро отзывался о выдумка Дрейка, считая, что данный ход приведет к полному разрыву с Испанией и не покинет возможности договориться с Филиппом II.

Помимо этого, Крофт обвинил Дрейка в разбазаривании национальных средств: вместо того, дабы израсходовать деньги (которых и без того мало) на упрочнение обороны собственного побережья, господин Френсис желает забрать из казны сумму на пиратский набег, финал которого совсем неясен. Дрейк смог отмести последнее обвинение одним ударом: 10 апреля 1587 г. он заключает соглашение с компанией Торговых Авантюристов [4] о финансировании атаки Кадиса.

Елизавета по окончании раздумий приняла сторону «ястребов», тем более, что раскошеливаться не было нужно. К тому же, королева договорилась с Дрейком, что выделит ему четыре королевских корабля, а вместо он гарантирует ей половину прибыли, нежели таковая будет.

Уже 12 апреля из гавани Плимута вышли следующие суда: перестроенный в первой половине 80-ых годов XVI века 47-пушечный «Элизабет Бонавенчур» (флагман, командующий господин Френсис Дрейк), 38-пушечный галеон «Голден Лайон» [5] (адмирал Уильям Берроуз), 41-пушечный «Дредноут» [6] (ИО адмирала кэптен Беллингхэм) и 40-пушечный новейший «Рейнбоу» [7] (кэптен Томас Феннер). Остальные 20 судов (по большей части небольшие парусно-гребные суда — пинасы) экспедиции были зафрахтованными приватирами. Отряд забрал курс на Бискайский залив.

Не смотря на то, что королева Англии и верила в удачливость Дрейка, все же она решила подстраховаться: ровно через семь дней по окончании отплытия, другими словами 19 апреля 1587 г., к Дрейку была направлена быстроходная яхта с приказом королевы воздержаться от грабежа и атаки испанских портов. Так, при неудачи правительница Британии имела возможность представить экспедицию как полностью частное предприятие взбунтовавшихся подданных. Эта яхта ни при каких обстоятельствах так и не достигла Дрейка, но об отправке этого судна было громогласно заявлено при дворе и сказано послу Испании.

Меж тем, Дрейк был уже у берегов Галисии. Около мыса Финистерре его отряд застиг шторм, что разметал суда, один из пинасов вылетел на горов и разбился. Непогода продолжалась 7, но все же Дрейку удалось собрать собственные суда. 25 апреля британцы нашли два голландских судна, капитаны которых сказали им о том, что в Кадисе для отправки в Лиссабон оснащают много галеонов Армады.

Подготовка еще не закончена, исходя из этого испанские navios (суда) стоят без вооружения и мачт, а эскадра де Базана, базировавшаяся на данный порт, ушла встречать ежегодный конвой из Вест-Индии. Экспедиция сразу же забрала курс на Кадис.

В ночь на 29 апреля Дрейк оставил на левом траверсе город Рота и вошел в Кадисскую бухту.

Кадис находится на юге Пиренейского полуострова на долгой косе, вытянутой на протяжении материка. Узкий перешеек соединяет данный город с континентом; с одной стороны – Атлантический океан, с другой – воды Кадисской бухты. Изрезанные берега косы и континента образуют три гавани, из которых две являются внешними, а одна – внутренней.

На материке, наоборот Кадиса, находятся форты Санта-Катарина, Санта-Мария, Порто-Реал, а на перешейке – очень сильно укрепленный бастион Пунталь. В глубине внутренней гавани был город Каракка. Общее число пушек крепостей Кадиса и фортов, закрывавших город, насчитывало около 100 единиц.

На момент атаки между Санта-Марией и Порто-Реалом у песчаных баров пребывали 30 мобилизованных судов [8], работы по оснащению которых еще не были закончены. Стоит так же подчернуть, что «уркас» не имели команд – их временно распределили по армейским судам де Базана, дабы новички понабрались опыта. В глубине бухты, около Каракки, пребывали 20 французских торговых судов, избравших Кадис временной стоянкой перед переходом к себе.

К чести испанских солдат – дозорные сходу увидели отряд Дрейка. К судам, на которых по приказу сэра Френсиса были подняты французские и фламандские знамёна, для досмотра была выслана шлюпка таможенной стражи. На половине пути по шлюпке был открыт пламя, четверо воинов погибли, оставшиеся же погребли к берегу так скоро, когда имели возможность.

За ними в погоню бросился баркас британцев, но испанцы успели нырнуть под защиту батарей порта.

Данный пушечный выстрел стал началом паники, охватившей городское население Кадиса. Торговый и рабочий люд бросился к муниципальным воротам, в давке погибло 19 человек. Глава горадминистрации города Хуан де Вега безотлагательно отправил известие об атаке британцев герцогу Медина-Сидония, а сам судорожно начал готовить Кадис к обороне. Безотлагательно отправили рабочих рыть укрытия и траншеи для пушек у берега.

Были открыты армейские магазины и Арсенал. Сидония, взявший к тому времени известия об атаке британцев на город (о судах никто не думал – все были уверены, что на данный момент начнется высадка армий), помчался в город всего лишь с четырьмя слугами, приказав мобилизовать и перебросить в Кадис всех. По мосту Суасо, соединяющему перешеек и материк к ночи прошли 200 аркебузиров.

Безотлагательно вышли полки из Хереса и Каракки.

Тем временем Дрейк тихо нападал брандерами, сжег и захватил то ли 20, то ли 26 из 30 судов Армады (среди которых был галеон Санта-Круса 800-тонный «Нуэстра Сеньора дель Розарио»), одиноко находившихся у песчаных баров. В наступление на британцев были отправлены шесть кастильских галер и один галиот под руководством Педро де Акунья [9]. Испанские моряки завязали бой с превосходящим соперником.

В этом скоротечном бою галиот и одна галера были повреждены (у галиота артиллерийским выстрелом снесло банку с тремя гребцами и сломалось пара весел левого борта; галера была очень сильно повреждена и вылетела на мель у Кадиса). Из-за громадной численности неприятеля Акунья был должен отойти.

Что касается двух галер у моста Суасо — они были атакованы четырьмя пинасами британцев, вели двухдневную артиллерийскую дуэль и в следствии смогли отбиться.

В отрытых на берегу траншеях спешно развернули полевые батареи (частью применяв для этого пушки, предназначенные для галеонов Армады), каковые сразу же открыли огонь по англичанам. Было решено организовать запись в ополчение. Испанцы вели пламя из всех видов оружия, но пламя пушек был неточным, это было связано с тем, что из-за отсутствия достаточного количества артиллеристов к орудиям поднялись рабочие верфей.

Дрейк через пламя отправлял призовые команды к испанским судам в Нижней Гавани. Их задачей было сжечь как возможно больше судов.

Битвы продолжались три дня. К 1 мая британцы смогли стереть с лица земли то ли 24 (по испанским данным), то ли 33 (по британским) испанских корабля. Помимо этого Дрейк сумел захватить четыре испанских торговых корабля, не предназначенных для Армады. 2 мая он покинул воды Кадиса.

Британцы утратили один приз – португальскую каравеллу, которую смогли отбить галеры Акуньи, – и одного человека убитым. Стоит упомянуть еще об одном захвате: Мартин Фробишер увел из Каракки громадное торговое судно, груженое 3000 бочками с хересом. Опасаясь упадка дисциплины, данный приз под конвоем двух пинас поскорее спровадили в Англию.

Дрейк проследовал к мысу Сент-Винсент, где нахрапом захватил сильную крепость Сагреш, выстроенную еще при Генрихе Мореплавателе. Разломав в том месте и взорвав, что лишь возможно, корсар проследовал к Лиссабону, где начал охоту на португальцев и рыболовные суда испанцев. Базан спешно вооружал суда, дабы дать отпор неприятелю, но Дрейк скоро отошел к Сагрешу, а позже – к Азорским островам, где захватил галеон «Сан-Фелипе» с грузом пряностей, золота и шёлка на 11400 фунтов.

6 июля Дрейк возвратился в Англию. Ущерб, нанесенный британцами, был велик. В первую очередь, испанцы утратили много судов, каковые имели возможность бы войти в состав Армады.

Дрейк кроме этого сжег в Сагреше около 1600 тысячь киллограм дубовых досок, приготовленных для выделки бочек, каковые были нужны для комплектования флота Базана провизией. Кроме этого была полностью нарушена совокупность морских перевозок у португальских берегов. Атака Дрейка отложила экспедицию к берегам Англии более чем на год.

  1. До этого момента Испания и Англия имели весьма хорошие отношения. Кульминационным моментом англо-испанской дружбы возможно назвать свадьбу инфанта Филиппа (будущего Филиппа II) и Марии Тюдор
  2. В то время Антверпен был забран испанцами, исходя из этого, если бы выход Армады планировался на 1586 год, угрозой голландского флота возможно было бы пренебречь.
  3. Елизавета, однако, без шуток принимала угрозу католического заговора в Англии и предпринимала меры к нейтрализации католических сил. Так в 1586 и 1587 годах были произведены повальные обыски в Ланкашире. Пара католических проповедников подверглось аресту и посажено в колонию. У католиков было изъято огнестрельное оружие и холодное
  4. Компания Торговых Авантюристов (Company of Merchant Adventurers of London) была основана в 1407 г. гильдией английских купцов, занимающихся экспортом неокрашенного отбеленного сукна. Главные направления торговой деятельности – Германия, Голландия, Норвегия, Швеция, Дания, Франция, Испания, Средиземное море. По окончании введения Филиппом II высоких ввозных пошлин на сукно в 1560 г. и запрета ввоза сукна из Англии на мятежные нидерландские территории, Торговые Авантюристы всегда финансировали корсарские набеги на испанские территории. В соответствии с Уставом 1564 г., директорат компании складывался из управляющего, пяти его помощников и 24 заместителей
  5. Выстроен в 1557 г. в Депфорде, тоннаж 650 т.
  6. Выстроен в 1571 г. корабельных дел мастером Метью Бейкером, 360 т.
  7. Выстроен в 1586 г. в Депфорде корабельных дел мастером Питером Петтом, 360 т.
  8. По-испански данный тип судов именуется «урка» (urea). В этом случае это торговые суда, призванные временно в армию; так же именуются по большому счету каждые транспортные суда
  9. Всего у Акуньи было 8 галер и 1 галиот. Испанцы покинули две галеры у моста Суасо, соединяющего форт Санта-Мария с перешейком, на котором расположен Кадис. Если бы Дрейк планировал высаживаться и грабить город, данный мост имел бы стратегическое значение, потому, что по нему с материка возможно было перебросить в Кадис дополнительные армии. Испанцы имели все основания думать, что британцы пришли как раз разграбить город, потому, что еще свежи были в памяти атаки Дрейка на Картахену Индийскую и Сан-Доминго во второй половине 80-ых годов шестнадцатого века

источник: Сергей Махов «Непобедимая Армада» «Арсенал-Коллекция» № 3’2014

Часть 2

Непобедимая армада (рассказывает историк Владимир Ведюшкин)

Увлекательные записи:

Похожие статьи, которые вам, наверника будут интересны: