Ложка меда в бочке дегтя

      Комментарии к записи Ложка меда в бочке дегтя отключены

Действия советской истребительной авиации 22 июня 1941 года нельзя назвать успешными. Скованные сперва запретами атаковать противника, а после этого попавшие под удары на аэропортах, советские лётчики действовали малыми группами и обычно гибли, не успев нанести неприятелю сколь-нибудь ощутимого урона. Но были среди «сталинских соколов» и те, кто смог отличиться кроме того в этих тяжёлых условиях.

Особенно примечательно выглядит на фоне всех ВВС Красной армии история авиаполка, сумевшего показать себя в первоначальный сутки войны как раз как подразделение — 67-го ИАП Одесского военного округа.

Предвоенные трудности

Комполка майор Семён Григорьевич Ильин, проводивший сколачивание и формирование 67-го ИАП в 1939–1941 годах, был командиром и опытным лётчиком. В первой половине 40-ых годов двадцатого века ему было 35 лет, и он был уже возрастным для истребительной авиации человеком. Окончив лётную школу в первой половине 30-ых годов XX века, он во второй половине 30-ых годов XX века полгода сражался на И-15 в Испании.

Итогом «правительственной командировки» были 96 боевых вылетов, ранение и два ордена Красного Знамени. В сентябре 1939 года, по окончании окончания Липецких направлений усовершенствования начсостава, майор Ильин был назначен начальником формирующегося 67-го ИАП.

Нужно дать Ильину должное – человек он был целеустремлённый. Не обращая внимания на значительные трудности, которые связаны с поздним перевооружением на И-16 (до мая 1940 года полк эксплуатировал И-15бис) и перебазированием из Ржева в Молдавию на необорудованный аэроузел, он сумел сколотить часть. Совместно с умелыми комэсками и их помощниками Ильин привил практически всем лётчиков навыки, нужные в боевых условиях.

Ложка меда в бочке дегтя
Комполка майор В. А. Рудаков среди пилотов 4-й эскадрильи 67-го ИАП

К сожалению, интенсивная подготовка имела обратную сторону: из-за активизации полётов на самолетах с недоведёнными моторами М-63 в полку в марте 1941 года случился всплеск лётных происшествий. По ходатайству комдива 5 апреля майора Ильина отстранили от руководства, и временно ИО комполка стал его помощник майор Владимир Афанасьевич Рудаков.

16 апреля 1941 года случился по большому счету крайне необычный для ВВС КА случай. Около 23:30 при перелёте на самолёте У-2 с площадки Бриены на аэропорт Болгарийка утратил ориентировку лейтенант А. И. Мокляк, пассажиром у которого летел механик самолёта ефрейтор П. Д. Плисюгин. «Путешественники», проскочив в темноте Болгарийку, перелетели на румынскую территорию, по окончании чего заблудились. При посадке самолёт был разбит, но экипаж остался невредим.

Через двое дней, 19 апреля, Мокляк и Плисюгин благополучно перешли через границу на территорию СССР, конечно, кинув в Румынии разбитый У-2.

тип и-16 Авария 28 младшего лейтенанта Н. Ф. Мурашева из 1-й эскадрильи, 12 апреля 1941 года. Реконструкция внешнего вида живописца Александра Казакова

В итоге «крайним» сделали майора Ильина, не смотря на то, что он уже был назначен инспектором по технике пилотирования отдела ВВС 5-й Армии, и начальника 4-й эскадрильи майора И. М. Артамонова (ветеран войны в Испании, 95 боевых вылетов, два сбитых самолёта). лейтенант Мокляк с врио ассистента начальника 4-й эскадрильи был понижен до начальника звена и попал под следствие, которое вела военная прокуратура.

К 22 июня 1941 года 67-й ИАП подошёл, мягко говоря, не в лучшем состоянии. Для обеспечения предпринятого в начале года очередного развёртывания ВВС КА из него, как и из всех остальных полков округа, изъяли полтора десятка лётчиков, а также начальника 2-й эскадрильи майора П. П. Тихонова, инспектора по технике пилотирования Храбреца СССР майора А. Д. Якименко, навигатора полка капитана Н. Л. Драника и других. Однако, фундамент, заложенный прошлым управлением полка, разрешил лётному и техническому составу 67-го ИАП показать собственные лучшие качества в первоначальный сутки войны.

Утро 22 июня, первые столкновения

Как и во всех частях ВВС Красной армии, в начале утра 22 июня 1941 года в 67-м ИАП была заявлена боевая тревога, персональный состав подготовил самолёты к боевым вылетам и рассредоточил их по аэропорту.

Слева направо: первый начальник 67-го ИАП Семен Григорьевич Ильин, комполка на 22 июня 1941 года Владимир Афанасьевич Рудаков (фото сделано позднее), начальник штаба полка Николай Константинович Борисов, Николай Моисеевич Ермак

Около 04:00 (тут и потом время столичное) с востока показался двухмоторный самолёт. Сперва высказали предположение, что это учебная тревога, и прилетел контролирующий из штаба дивизии либо ВВС округа. Но самолёт был румынским разведчиком. «Бленхейм» Мк.I (хвостовой №36) из 1-й разведывательно-бомбардировочной эскадрильи стартовал в 03:30 с аэропорта Фокшаны-Северный и должен был выполнить разведку советских аэропортов в районах Кишинёв, Бендеры, Аккерман, Болград.

Но экипажу «Бленхейма» начальника эскадрильи локотенент-командора Корнелиу Бэтэкуи (Lt.Cdor.av. Corneliu Batacui) выполнить задачу было не суждено.

Стремительнее всех ответил на появление румынского самолёта начальник штаба полка майор Н. К. Борисов — умелый лётчик, сражавшийся на Халхин-Голе. Заметив жёлтые кресты, он приказал лейтенанту Н. М. Ермаку стереть с лица земли разведчика. Николай Ермак не подкачал и одержал первую воздушную победу не только собственного полка и ВВС Одесского военного округа, но и, по всей видимости, по большому счету всех ВВС КА в начавшейся войне.

Единственный сохранившийся в боевом вылете 22 июня самолёт 71-й эскадрильи, флагманский «Савойя-Маркетти» S.79B (хвостовой №5)

Но разведывательный «Бленхейм» был лишь «первой ласточкой». Конкретно удары по аэропортам Болград и Болгарийка должны были осуществить румынские авиачасти, входящие в так именуемое «Боевое авиационное соединение» (Gruparea Aeriana de Lupta – GAL), которое объединяло самые боеспособные подразделения.

Первыми были 12 бомбардировщиков «Савойя-Маркетти» S.79В из 71-й и 72-й бомбардировочных эскадрилий, вылетевшие практически через 15 мин. по окончании погибшего «Бленхейма» с аэропорта Поганеле (южнее Бузэу). Для их сопровождения было выделено 18 истребителей IАR 80 из 8-й истребительной авиагруппы. Из-за разных обстоятельств румынские самолёты заходили на цели не компактной группой, а звеньями а также отдельными самолётами.

Первое звено 71-й эскадрильи вёл начальник 1-й бомбардировочной авиагруппы локотенент-командор Л. Комса, отправившийся на задание на «Савойе» с хвостовым №5 начальника эскадрильи капитана К. Стоенеску. Ещё на подходе к Болгарийке в 05:10–05:15 румын нападала тройка И-16 4-й эскадрильи (А. И. Мокляк – А. А. Мелентьев – Я. Г. Курочка). В следствии настойчивых атак с задней и передней полусфер оба ведомых румынских самолёта были сбиты.

Наряду с этим экипаж «Савойи» №17 погиб в полном составе, а из экипажа «Савойи» №1 спаслись пилот Константин Букури и радист Иоан Валку, каковые стали первыми военнопленными румынскими авиаторами в Великой Отечественной войне.

Храбрецы утреннего боя начальник звена 4-й эскадрильи лейтенант Александр Игнатьевич Мокляк, лейтенант Александр Алексеевич Мелентьев, младший лейтенант Яков Григорьевич Курочка

Экипаж ведущего румынского самолёта не стал искушать судьбу и сходу развернулся в сторону Прута. Однако, его преследовали ещё 35 км, пока он не пересёк границу. Её советским пилотам не разрещалось перелетать, что и спасло румынский флагман с пробитыми баками, его экипаж и начальника 1-й бомбардировочной группы.

По результатам боя лейтенанту Мокляку и лейтенанту Мелентьеву совсем справедливо засчитали по одному сбитому бомбардировщику.

Победы Мокляка и Мелентьева были не случайными: оба были превосходно подготовленными лётчиками не робкого десятка. Помимо этого, Мокляку легко нужно было отличиться, дабы загладить собственный проступок с разбитым У-2. Ему это удалось – действия звена во многом предопределили успех всего начавшегося сражения.

К сожалению, жить лейтенанту оставалось практически пара мин..

Сразу после начала боя звена Мокляка с аэропорта начали взлетать и сразу же вступать в бой звенья И-16. Из-за того что румынские самолёты выходили на аэропорт Болгарийка с различных направлений, у лётчиков 67-го ИАП создалось чувство продуманного скоординированного удара нескольких больших групп бомбардировщиков под прикрытием десятков истребителей. Это чувство, возможно, было усилено пролётами недалеко от аэродрома и нескольких разведчиков – трёх «Бленхеймов» и двух IАR 39.

Лётчик 59-й истребительной эскадрильи Георгий Постеука в кабине IАR 80

Румынские истребители из 59-й и 60-й истребительных эскадрилий, постаравшиеся обезопасисть «Савойи», сами срочно подверглись атаке советских истребителей и понесли утраты. Первая четвёрка IAR 80, которую лидировали начальник 8-й группы Г. Бордеани и начальник 59-й истребительной эскадрильи капитан В. Мазаран, была атакована звеном И-16 начальника 1-й эскадрильи капитана П. Ф. Головнёва.

В следствии боя румынским лётчикам еле удалось отбиться от атак, но один из ведомых IАR 80 был подбит, а его лётчик Г. Постеука ранен в голову. Он еле довёл истребитель до аэропорта, где смог произвести посадку в штатном режиме и был послан в больницу. Капитану Головнёву и одному из его ведомых лейтенанту Д. А. Чватову засчитали один сбитый истребитель, заявленный как «Мессершмитт» Ме-109.

Участвовавшие в сражении три десятка И-16 практически растерзали доходившие одиночные самолёты и мелкие группы румын. Были повреждены ещё две «Савойи» (№11 и №18) из 72-й бомбардировочной эскадрильи, причём пилот первой из них был ранен.

«Савойя» S.79B (хвостовой №11) из 72-й эскадрильи, взявшая повреждения от огня истребителей 67-го ИАП в налете 22 июня

Ещё больше пострадали румынские разведчики. Были сбиты два «Бленхейма». Первый из них, засчитанный лейтенанту А. И. Новицкому, упал в 8 километрах южнее Болграда. Это был самолёт с хвостовым №38 под управлением капитана И. Попеску. Авторство победы над вторым (хвостовой №24, пилот адьютант Я. Боран) не установлено. Оба экипажа погибли.

Третий «Бленхейм» (хвостовой №3, пилот адъютант-шеф Ф. Паслари) возвратился на собственный аэропорт со большими повреждениями фюзеляжа и на одном моторе.

Была атакована и вылетевшая в 04:00 на разведку по маршруту Матка – Оанча – Кагул – Болград пара лёгких разведчиков-бомбардировщиков IАR 39 из 22-й эскадрильи. В следствии один из них (пилот адъютант-майор Никулеску) был сбит «ишаками», из трёх членов экипажа сохранился только раненый стрелок. Второй (пилот адъютант-шеф Д. Ангелутэ) по окончании нападения пары И-16 произвел вынужденную посадку на румынской территории.

В этом экипаже, напротив, был убит стрелок, а штурман и лётчик были ранены.

Не ушли без утрат и румынские истребители из 60-й эскадрильи – два IАR 80 взяли повреждения. Пилот одного из них (хвостовой №56), адъютант Г. Софариу, чуть перемахнув через границу, совершил вынужденную посадку на фюзеляж в районе Бриэла. Второму (хвостовой №52) адъютанту Е. Юпеску удалось дотянуть до аэропорта в Фокшанах.

Один из этих двух самолётов зачли в качестве воздушной победы лейтенанту Я. И. Рогозину.

IАR-80 (хвостовой № 56) адъютанта Г. Софариу из 60-й эскадрильи, совершивший вынужденную посадку по окончании боя с И-16 67-го ИАП. Реконструкция живописца Алексея Валяева-Зайцева

Не обращая внимания на полное отсутствие и потери побед, румынские истребители составили очень оптимистический отчёт, как и начальник 1-й бомбардировочной группы, что по итогам вылета заявил о четырёх победах над советскими истребителями в воздухе и 33 стёртых с лица земли И-16 на земле! Настоящие утраты 67-го ИАП составили один И-16, в кабине которого погиб лейтенант А. И. Мокляк – он был сбит стрелком атакованной им «Савойи» S.79В с хвостовым №18.

В отличие от румын, отчёты о победах 67-го ИАП выглядят значительно умереннее: в боевом донесении штаба 21-й смешанной авиадивизии отмечены победы над семью бомбардировщиками соперника, из которых четыре упали в районе Болгарийка – Болград. К сожалению, подробно выяснить, кто из пилотов полка подбил либо сбил другие румынские самолёты, не представляется вероятным.

Возможно только подчернуть, что по одному бомбардировщику, идентифицированному как Хе-111, записали лично лейтенантам И. М. Ананьеву и Я. И. Рогозину, а третий – младшим лейтенантам Н. И. Кацапову и Г. И. Прохорову в паре. По всей видимости, эти лётчики нападали одиночные «Савойи», «Бленхеймы» и IАR 39. Помимо этого, начальник звена младший лейтенант М. В. Бобко заявил победу над «Мессершмиттом» Ме-109.

Подводя итоги отражения первого налёта, руководство 67-го ИАП имело возможность поставить себе хорошую оценку. Ценой утраты одного И-16 и одного лётчика удалось сорвать все атаки собственного аэропорта, не утратив на земле ни одной автомобили. Лётчики полка сбили шесть самолётов (две «Савойи», три «Бленхейма» и один IAR 39) и повредили ещё восемь (три «Савойи», три IАR 80, по одному «Бленхейму» и IAR 39).

Наряду с этим погибло около 10 румынских авиаторов, а ещё пара было ранено. Это был наилучший результат на всём протяжении советско-германского фронта. Однако, война лишь началась, и соперник собирал силы для реванша.

Полдень. Продолжение

Штаб 21-й смешанной авиадивизии, учитывая передовое размещение 67-го ИАП, поручил руководству полка «стать щитом» для всей группировки 9-й Армии на Одесском направлении. Сделано это было не напрасно, поскольку румыны продолжали попытки осуществить собственный замысел.

Самолёты «Потез» P.633 из 74-й эскадрильи в сопровождении истребителей He 112 из 5-й истребительной авиагруппы около 12 часов дня 22 июня 1941 года направляются в сторону аэропортов Болград и Болгарийка

Однако, экипажи румынских разведчиков, выполнившие дополнительно пара вылетов, совсем убедили руководство в серьёзности намерений защитников аэропорта не сильный. Около 09:00 они снова чуть не послали на землю IАR-39 (хвостовой №84) из 22-й эскадрильи, экипажу которого с простреленными плоскостями с трудом удалось ускользнуть. Исходя из этого для очередной атаки были подготовлен усиленный костюм, в состав которого вошли бомбардировщики «Потез» P.633 из 2-й авиагруппы и PZL P.37 «Лось» из 4-й авиагруппы.

Первыми около 12:25 на цели зашли семь «Потезов» P.633 из 74-й бомбардировочной эскадрильи во главе с начальником 2-й группы капитаном И. Кристеску и начальником эскадрильи капитаном Г. Попеску. Но их уже поджидали две девятки И-16 из 2-й и 3-й эскадрилий 67-го ИАП, ведомые капитанами И. М. Артамоновым и Ф. Ф. Чечулиным.

Румынские самолёты скинули бомбы на строящийся аэропорт Болград, по окончании чего срочно ретировались вместе с 12 «Хейнкелями» He 112 эскорта. «Под раздачу» попали только два самолёта, каковые отбомбились по ЖД станции – советским истребителям удалось перехватить и подбить один «Потез» (хвостовой №1), экипаж которого произвёл вынужденную посадку в плавнях. Победу, вероятнее, одержали в паре младшие лейтенанты М. Г. Буженков и А. Е. Ширманов.

«Потез» P.633 (хвостовой №1) из 74-й эскадрильи (пилот адъютант М. Тимотин) на вынужденной посадке среди ряски и камышей

Самый увлекательный момент касается исчезновения румынских истребителей, благодаря чему через пара мин. была разгромлена 75-я бомбардировочная эскадрилья. Потом замполит полка старший политрук К. Н. Мягков вспоминал: «При разборе боя мы были озадачены поведением вражеских истребителей, закрывавших бомбардировщики. Увидев девятку Артамонова, они сразу же скрылись и больше не оказались…».

Раздельно стоит упомянуть «храбреца сражения над Болгарийкой» лейтенанта Теодора Моску из 51-й истребительной эскадрильи. Сейчас лишь ленивый не обрисовал его «подвиги», воплотившиеся в двух сбитых И-16. Само собой очевидно, никакого боя пилоты He 112 над Болгарийкой не вели, ни утрат, ни побед не имели, а Моску кроме того не был в составе данной группы.

Он вылетел через час в составе восьмёрки на сопровождение самолётов IAR 37 из 18-й эскадрильи и принимал участие в сражении над Измаилом против И-153 и И-15бис из 96-й ОИАЭ ВВС Дунайской флотилии.

До тех пор пока советские пилоты пробовали атаковать семёрку 74-й эскадрильи, двум звеньям 75-й эскадрильи удалось выйти на аэропорт Болгарийка и отбомбиться, причём первое звено, ведомое комэском капитаном Н. Балша, сперва проскочило аэропорт, и всем трём экипажам было нужно выполнить второй заход. Фактически, это предопределило разгром всей группы. Фактически сходу самолёты эскадрильи были атакованы девяткой капитана Чечулина.

Начальник 2-й группы И. Кристеску у собственного самолёта

Больше всего пострадало первое звено, которое отходило от аэропорта последним. Самолёт ведущего был сбит, оба ведомых (самолёты с хвостовыми №4 и №13) были серьёзно повреждены, причем первый из них был полностью разбит на посадке. Во втором звене был сбит правый ведомый «Потез» (хвостовой №20, пилот С. Кракун), экипаж которого погиб.

Левый ведомый (самолёт №17) был повреждён, и невредимым на базу возвратился только ведущий самолёт звена – разумеется вследствие того что уходил от Болгарийки самым первым.

Результат боя в советских источниках совершенно верно соответствует румынским данным: «По докладу Артамонова и Чечулина, четыре «юнкерса», загоревшись, еле пересекли линию фронта. Это были подранки – итог ведения огня с дальних расстояний…». В этом бою отличился замкомандира 3-й эскадрильи капитан С. И. Андреев, которому засчитали два лично сбитых самолёта и ещё один в паре с младшим лейтенантом Ф. И. Лисицыным.

«Довершить разгром» аэропортов в районе Болград – Болгарийка, по замыслам румынского руководства, было поручено экипажам 4-й бомбардировочной авиагруппы под прикрытием «Харрикейнов» из 53-й истребительной эскадрильи. Эта несколько показалась над Болгарийкой в 13:30.

Эти лётчики действовали самый профессионально. Начальнику 76-й эскадрильи капитану А. Штефэнеску и его ведомым удалось удержать строй и скинуть бомбы на аэропорт. В соответствии с их отчёту, советские истребители якобы начали нападать ещё за 5 мин. до цели, по окончании пересечения границы недалеко от городка Мэчин (Macin).

Сотрудничество румынских истребителей и бомбардировщиков сопровождения было организовано на высоком уровне, и в следствии шестёрке «Харрикейнов» удалось связать боем солидную часть И-16. Однако, из замыкающего звена 77-й эскадрильи из этого полёта возвратился только один «Лось» (хвостовой № 210, пилот И. Кулури), экипажу которого в утешение засчитали сбитый И-16.

Взлетает PZL P.37 «Лось» с хвостовым №210

без сомнений, храбрецами этого вылета стали экипажи шестёрки «Харрикейнов» (ведущий локотенент Л. Тома, ведомые адъютанты П. Кордеску, Е. Каменцеани, К. Попеску, К. Помут, Н. Кульцер). Им не удалось обезопасисть все самолёты ударной группы, но дрались они отчаянно и смогли нанести утраты советским «сотрудникам» – по две победы заявили адъютанты Кордеску и Помут. Советская сторона признаёт утраты в этом бою – было подбито два И-16.

Их лётчики, врио замкомандира полка капитан В. С. лейтенант и Никифоров И. Ф. Солганов, были ранены. Через два дня, 24 июня, лейтенант Солганов погиб в военного госпиталь.

Но фактически результаты бомбового удара совсем не впечатляют. Кроме того сами румынские экипажи заявили всего шесть стёртых с лица земли на земле самолётов, а в действительности утраты 67-го ИАП были ещё меньше. В соответствии с документам полка, всего за два налёта утраты на земле составили два И-16, взявших осколочные и пулевые пробоины. Ещё один самолёт при взлёте скапотировал благодаря попадания в не хорошо укатанную воронку от бомбы.

Лётчик лейтенант Леонтьев остался невредим, самолёт был поломан. При всём уважении к экипажам «Лосей», с большей долей возможности самолёты на земле были повреждены в следствии удара группы «Потезов» 75-й эскадрильи.

PZL P.37 «Лось», тактический № 206, из 77-й бомбардировочной эскадрильи, сбитый в воздушном бою 22 июня 1941 года над аэропортом Болгарийка (живописец Алексей Валяев-Зайцев)

Заявки на победы пилотов 1-й и 4-й эскадрилий 67-го ИАП и настоящее количество сбитых бомбардировщиков в этом эпизоде совпадают фактически на 100%. Победы заявили лейтенант Н. М. Ермак (лично), и младшие лейтенанты Я. Г. Курочка и В. П. Худолеев (в паре).

Наряду с этим вторая победа за сутки лейтенанта Ермака не меньше примечательна, чем первая. Вот что направляться из отчёта старшего инженера 21-й смешанной авиадивизии: «22.06.41 лейтенант Ермак, собрав высоту над пятёркой бомбардировщиков, начал поражать их РС, в следствии чего самолёты нарушили собственный строй…». Это первый задокументированный случай применения реактивных снарядов в Великой Отечественной войне.

По всей видимости, из-за взрывов реактивных снарядов румыны посчитали, что их «Лоси» №206 (адъютант К. Вырлан) и №214 (адъютант В. Нэнеску) были сбиты огнём зенитной артиллерии.

«Харрикейн» Mk.I из 53-й истребительной эскадрильи, пилот — адъютант Константин Помут (живописец Игорь Злобин)

Судьба лейтенанта Ермака была тернистой, как и история всего 67-го ИАП. Утром второго дня войны он был сбит в воздушном бою, ранен, но сумел покинуть неуправляемый И-16 с парашютом. По окончании ранения в 67-й ИАП Ермак не возвратился, а был переведён в 149-й ИАП.

1 июля 1942 года был сбит над территорией июля и 16 противника попал в плен, из которого бежал 27 июля, по окончании чего был на оккупированной территории до января 1943 года. С февраля 1943 года, по окончании прохождения проверки, являлся адъютантом эскадрильи в 239-м ИАП. Однако, повоевать Николай Моисеевич однако смог, и в январе 1945 года снова поднялся в небо. В составе 181-го Гв.ИАП, будучи рядовым лётчиком, он лично сбил 4 самолёта соперника, став, так, асом.

За это лётчик, в дополнение к ордену Ленина за первые битвы, был двукратно|трехкратно|четырехкратно|пятикратно|шестикратно награждён орденом Красного Знамени, и уже к маю 1945 года дослужился до начальника эскадрильи, став капитаном. Лишился работы в запас в осеннюю пору 1948 года, погиб 13 ноября 1967 года.

выводы и Итоги

Ударом бомбардировщиков 4-й бомбардировочной группы и закончились налёты румынской авиации на аэропорты 67-го ИАП. По окончании 14:00 никаких действий, не считая разведывательных полетов, румынская авиация не предпринимала. На протяжении одного из таких вылетов был подбит «Бленхейм» (хвостовой №22) из 1-й эскадрильи, но его экипажу удалось дотянуть до собственного аэропорта.

Румынам кроме того что не удалось стереть с лица земли советские ВВС в их территории ответственности либо заставить отойти с передовых аэропортов, но кроме того нанести сколь-нибудь важный урон. Фактически, румыны выполнили к 14:00 всего 56 боевых вылетов бомбардировщиками, из которых 18 пришлись по аэропортам в районе Кишинёва и Тирасполя, 30 по Болграду и Болгарийке и 8 по Измаилу.

Война войной, но на аэропорт Болгарийка привезли обед

При таком раскладе сохранять надежду завоевать господство в воздухе было, как минимум, наивно. Большая часть советских авиационных частей на Одесском направлении по большому счету не приняло участие в военных действиях 22 июня, а персональный состав не видел в небе ни одного румынского самолёта.

Практически целый наступательный порыв румын был погашен единственным истребительным полком, а таких частей в ВВС ОдВО было ещё шесть, причём все они, включая 55-й ИАП, попавший под германский «пресс», остались в боеспособном состоянии. Задачи по уничтожению советских ВВС на аэропортах и завоеванию господства в воздухе были перенесены румынским руководством на последующие дни.

Блестящие действия 67-го ИАП выбиваются из всего последовательности частей ВВС КА по всему фронту. В чём секрет успеха полка, практически разгромившего румынское «Боевое авиационное соединение» в первоначальный сутки войны? Этому имеется большое количество обстоятельств.

Во-первых, успех во многом был обеспечен благодаря здравомыслию и решительности руководства полка. До тех пор пока большая часть советских истребительных полков, делая установку директивы №1, «покачивали германским самолётам крыльями», начальник штаба 67-го ИАП майор Борисов, не долго думая, отдал приказ сбить самолёт соперника, что показался недалеко от аэродрома.

Сразу после этого, ещё не имея никаких указаний сверху, руководство полка организовало патрулирование над аэропортом, причём персональный состав готовься как раз уничтожать соперника, а не «принуждать к посадке» либо «вытеснять за границу». А ведь директива №2, разрешающая вести активные боевые действия, была взята в штабе ОдВО лишь в 09:15!!!

Несколько лётчиков 67-го ИАП у самолёта начальника 4-й эскадрильи капитана Савенко

Во-вторых, главным залогом успеха стал замысел главы своевременного отдела полка майора Костикова, что предполагал при нападения соперника на аэропорт противодействовать большими группами истребителей, каковые сменяли друг друга по мере расходования горючего. Казалось бы, ничего выдающегося, но кроме того при, в то время, когда самолётам румынской 4-й группы удалось сохранить строй и прорваться к аэропорту, как раз за счёт численного превосходства советским пилотам удалось сорвать прицельное бомбометание и сбить два бомбардировщика.

В-третьих, в критический момент блестяще показали собственные лидерские качества лётчики и опытные командиры полка, каковые вынесли на себе главную тяжесть битв и смогли увлечь другой персональный состав. Это случилось как при с решительностью лейтенанта Ермака, так и на протяжении атак лейтенанта Мокляка и лейтенанта Мелентьева на звено «Савой», и в последующем эпизоде, в то время, когда звено капитана Головнёва практически порвало патруль начальника 8-й истребительной авиагруппы румын. В битвах в 12:30 и 13:30 замечательно показали себя ведущие капитаны Артамонов, Чечулин, Андреев.

Всего за сутки лётчики полка сбили не меньше 11 румынских самолётов: три «Потеза», два «Лося», две «Савойи», три «Бленхейма» и один IAR 39. Помимо этого, ещё не меньше 12 самолётов взяли повреждения разной степени тяжести: две «Савойи», два «Бленхейма», три IAR 80, три «Потеза» и два IAR 39. Из них один «Потез» и один IAR 39 были разбиты на вынужденных посадках.

И-16 67-го ИАП летом 1941 года имели числовую совокупность обозначений — тактические номера громадного размера наносились белой краской на хвостовое оперение самолётов:
1-я эскадрилья: номера самолётов с 10 по 29;
2-я эскадрилья: номера самолётов с 30 по 49;
3-я эскадрилья: номера самолётов с 50 по 69;
4-я эскадрилья: номера самолётов с 70 по 89.
По номерам звена управления полка правильной информации нет — по всей видимости, это номера от 1 до 9 либо от 90 до 100.
Представленный тип и-16 профиль 24 — реконструкция по снимку выше, живописец Александр Казаков

В итоговой своевременной сводке 67-го ИАП в полной мере точно отмечалось, что за сутки лётчиками полка выполнено 177 боевых вылетов и сбито 18 самолётов соперника, из них 16 бомбардировщиков и два истребителя. За это полк взял полностью заслуженную поздравительную весточку от командующего ВВС 9-й Армии генерала Мичугина.

Нужно подчернуть, что и в будущем руководство полка продолжало чётко, грамотно и без лишней суеты вести боевые действия, и, не обращая внимания на фактически ежедневные попытки румынской авиации стереть с лица земли самолёты полка, 67-й ИАП впредь до 19 июля продолжал базирование на Болградском аэроузле. Рассредоточив эскадрильи по полевым площадкам, полк понёс минимальные утраты:

Ночные Снайперы 1998 "Капля дёгтя в бочке мёда"

Похожие статьи, которые вам, наверника будут интересны: