История воздухоплавания и авиации в россии. часть 5

— Чем это вы занимаетесь тут сударь?

Генерал Рузский обернулся. Его лицо покрывал лихорадочный румянец, губы тряслись, но, однако, он достаточно внятно сказал:

– Я желаю отринуть гнилую плоть от тела России и вывести ее из того состояния, в которое ввергнул мою Отчизну данный

Князь позже как ни старался, не имел возможности отыскать в памяти, как у него в руке показался револьвер. Николай же, со своей стороны, до конца дней собственных при мыслях об данной минуте, зябко передергивал плечами, в то время, когда вспоминал глаза собственного шурина… Этот взор, а вовсе не вид револьвера зажатого в руке адмирала Романова, и вынудил его ринуться на пол. Крик Александра Михайловича перекрывался выстрелами из нагана:

– Мне б БАХ! глубоко по х БАХ! как ты БАХ! лаешь Николая, выбБАХ! ок, но Россию ты своим сра БАХ! …м языком не трогай!!! И хрен БАХ! тебе, а не Отчизна, гандон што… БАХ! …ый!!! И всех гнид, кто за тобой ЩЕЛК! (барабан опустел, и револьвер впустую щелкал бойком) приползет, я совершенно верно так же сотру с лица земли! ЩЕЛК! До кого дотянусь сам, а до кого нет, ЩЕЛК! товарищи окажут помощь! ЩЕЛК!

Поднимись, сука! Поднимись, я тебя собственными руками придушу!!!

– Ваше Высочество, да как же он поднимется, вы же его убили! – опасливо выговорил, медлительно входя в салон и косясь на трясущиеся руки князя, протоиерей Георгий Шавельский. За ним, держа в руках родовые кинжалы, хищно пригнувшись и мягко ступая сапогами, заходили горцы четвёртого взвода лейб-гвардии Кавказского эскадрона, Конвоя Главнокому (благодарю за исходник Глеба Дойникова)

История воздухоплавания и авиации в россии. часть 5

протопресвитер Георгий Шавельский

За пара месяцев до этого.

Громадный четырехмоторный самолет не легко оторвался от взлетного поля, и натужно гудя моторами, пополз в хмурое зимнее небо. В отличие от его собратьев, совсем сравнительно не так давно улетевших в ближний тыл австро-болгар, ветхий «Муромец» был переоборудован по начальному варианту. В было необычно пусто, только на полу громоздились громадные коробки и сидели трое безрадостных тепло одетых офицеров.

В предрассветной тьме под крылом проплывали заснеженные перелески, поля, время от времени мелькали огоньки биваков. Наконец, в первых рядах, забрезжили мерцающие огоньки, скоро превратившиеся в громадный треугольник выложенный кострами, направленный острием в сторону вражеских позиций. «Муромец» заложил вираж и начал неуклюже разворачиваться параллельно первой линии окопов. Снизу засверкали огоньки выстрелов, позднее полыхнули первые, еще до тех пор пока робкие облачка шрапнелей.

В носу кабины открылся люк и на орудийную площадку еле протиснулись облаченные в стальные нагрудники и меховые одежды офицеры. Самолет выровнялся над вражескими окопами, после этого снизился, находившиеся на открытом балкончике офицеры пригнулись к треноге и громадному, изогнутому коробу, и на первую линию окопов австро-германцев обрушился шквал огня из 37-мм пушки Максима.

С пугающей быстротой пустели патронные ленты, осколки снарядов и шрапнели барабанили по щиту пушки, фюзеляжу, крыльям, пилот еле удерживал самолет. Через открытую дверь долгими очередями строчил максим. Первый заход, второй, наконец по обшивке кабины замолотили кулаком. Пилот в тот же час отвернул тяжелый самолет в сторону русских позиций.

Аэроплан нещадно трясло, один из двигателей очень сильно дымил. Чуть не чиркая полозьями кончики редких деревьев «Муромец» еле перескочил маленькую рощицу и грузно, подняв облако снега, приземлился. С треском встала хвостовая часть, но словно бы передумав, опустилась.

Левое крыло, живя независимой судьбой, отскочило в сторону и повисло в нелепом изгибе, сверкая рояльной проволокой и трепеща обрывками полотна.

Господа начальники, — Князь замолчал, окинув взором собравшихся в избе, я нахожусь тут как командующий авиацией. Исходя из этого о Ваших задачах поведает командующий фронтом генерал Брусилов. Алексей Алексеевич прошу Вас.

— Господа. Правитель император поручил мне сказать, что в грядущем наступлении Вам выясняется особое доверие. До тех пор пока пехотные части, и кавалерия будут громить австрийцев и германцев, Вы, по указанным маршрутам двинетесь в глубочайший тыл неприятеля, обходя узлы сопротивления.

Ваша основная задача – жги все что горит, вражеские аэропланы и штабы, обозы, небольшие гарнизоны, снаряды, фураж, дрова и уголь, в общем все. Не ввязывайтесь в открытые битвы. Укусил и убежал. Через пара часов укусил в другом месте. По окончании припасов к вашему оружию, его направляться запрятать и применять трофейное оружие.

В этих конвертах задание для каждого полка. Прошу подойти к карте

Более двух месяцев три полка оренбуржцев, столько же уральцев, отдельная сотня башкир, три сводных казачьих полка, атаманцы, лейб-гвардейцы и два эскадрона Конвоя Его Величества держали в страхе тылы неприятеля. Наконец, в то время, когда в последних числах Февраля, Румынский фронт австро-болгаро-германцев упал, очень сильно поредевшие полки стали собираться совместно, дабы выйти к своим на переформирование и передышку. В следствии второго Брусиловского прорыва большая часть Румынии была высвобождена.

На груди комфронта засиял орден Св. Георгия 2-й степени.

За два месяца до этих событий. В ставке Главнокому.

— Господа генералы, — Николай II прохаживался перед стоящими на вытяжку Эвертом и Куропаткиным, из-за чего генерал Брусилов сделал кроме того более чем имел возможность, а Вы нет?

— Перед Брусиловым были менее стойкие австрийские части, а мне противостояли германцы.

— Я с этим согласен Ваше Величество.

— Прекрасно господа. Я вас более не задерживаю. Хочу насладиться покоем в ваших имениях.

С этими словами Император позвонил в колокольчик.

В дверях показался жандармский полковник.

— Прошу господа следовать за мной

генерал Эверт

Пара мин. спустя.

— Ваше Величество. Согласно данным разведки, с началом нового года германцы попытаются отомстить за отечественное наступление в Румынии. Самый возможно, это будет Рига, как это планировалось германцами еще в 1915 году.

Учитывая падение боевого духа армий, это им в полной мере может, удастся.

— Но

— К сожалению, Ваше Величество это так. Дисциплина падает. День назад появились беспокойства в запасном батальоне Преображенского полка. В армиях 12 армии перестают слушаться офицеров. Уже были случаи выстрелов в пояснице.

Исходя из этого нам необходимо в обязательном порядке победить. И скорее завершать войну

— Но мы давали слово союзникам и

— В то время, когда мы отправили пара десятков офицеров обучаться во французских летных школах, то отечественные союзники во время ухудшения применяли их на собственных фронтах. Они в том месте до сих пор вести войну. Без всякого отечественного согласия.

Тем более что они просят отправить к ним на помощь еще пара десятков тысяч отечественных солдат.

— Но как, же союзнический долг

— Им, Ваше Величество плевать на долг. Да я неотёсан, но это так. В то время, когда им нужно, они будут пресмыкаться перед нами, но в то время, когда отечественная помощь будет не нужна, они, как торгаши передерутся, снимая с нас последние одежды.

В приемной ожидает господин Татищев. Он имеет кое-что сказать Вашему Величеству.

Через пара мин..

посол Бьюкенен

— Ваше Величество. Среди лиц, каковые подозреваются в составлении заговора против России, большое участие принимает английский посол при Императорском дворе господин Джордж Бьюкенен довольно часто принимая в английском консульстве фаворитов Госдумы. Вот бумаги, составленные по донесению агентов..От себя могу назвать тех, кто поддерживает связи с означенными в бумагах людьми: командующий Кавказским фронтом князь Николай Николаевич, командующий Северным фронтом генерал Н. В. Рузский, генерал-квартирмейстер Ставки А. С. Лукомский, командующий Особенной армией генерал В. И. Гурко, господин Родзянко.

— Это низко обвинять заслуженных людей

— Это не обвинение, это

— Господи, что же такое. Покиньте меня. Покиньте

(Николаша, Бьюкенен, Палеолог, Сазонов, Гучков, Милюков, Керенский – вот они «покровители» России. Прим автора)

Через пара часов. В кабинете командующего Балтийским флотом.

— Михаил Коронатович. Нам предстоит охватить разведкой большие пространства. Предлагаю создать смешанную авиагруппу для наблюдения и разведки.

А с началом навигации расширить численность гидропланов для постоянного наблюдения за обстановкой. С обнаружением неприятеля всеми силами мешать продвижению и уничтожать его вспомогательные суда.

— А из-за чего лишь вспомогательные?

— Не смотря на то, что доктор наук Жуковский и сделал нам презент в виде 40-ка пудовой бомбы, но их еще мало. А вот полсотни пудовок, высыпанные на транспорты, минные заградители и вспомогательные крейсера это очень не очень приятно.

— Хм. Вы Ваше Высочество меня убедили.

— И еще господин адмирал. Имеется у меня одна занимательная идея про миноносцы и подводные лодки

Бомбы для Ильи Муромца

Одвременно с этим в Ставке. Покои императрицы.

— Но послушайте, же генерал

— Ваше императорское Величество, я в далеком прошлом уже составил вывод по этому вопросу, и нет ничего, что сможет его поменять. Я обязан добавить, что когда Вы опять появитесь в Ставке, я прикажу забрать Вас под стражу и послать в Царское Село.

За один час до этого.

— Ваше Величество. Я предлагаю вывести из Петрограда солидную часть запасных полков, и произвести частичную эвакуацию оборонных фирм, рабочие которых представляли собой податливый материал для революционных агитаторов. Помимо этого, предлагаю создать должность «Министра Национальной Обороны», на которую назначить князя Михаила Александровича.

В его руках нужно сосредоточить всю военную и гражданскую власть в тылу (вне территории театра боевых действий, вся власть, в которой принадлежала, по «Положению о полевом управлении армий», Главнокому). Последняя мера содействовала бы консолидации всех упрочнений для обеспечения потребностей сражающейся армии и должна была бы не допустить революционное брожение.

— Михаил Васильевич, Вы вычисляете это нужным.

— Ваше Величество, считаю это нужным.

— Прекрасно. И ожидаю Вас к обеду.

— Ваше Величество, прошу меня простить, но служба и проект приказа заставляют меня отказаться.

— Михаил Васильевич, голубчик, Аликс желает Вам хороша. Прошу вас поговорите с ней.

— Так совершенно верно Ваше Величество.

Князь Михаил Александрович

Через два дня. В том месте же.

— Ваше Величество. В приемной ожидают генерал Татищев, адмирал Романов, генерал-адъютант Алексеев.

— Просите.

— Что Вам угодно господа.

— Ваше Величество. Просим Вас, как важного за судьбу народа и империи ввести чрезвычайное положение.

— Но господа объяснитесь.

— Ваше Величество. Дисциплина на фронте падает, в стране действуют десятки партий, каковые исподволь разлагают общество и армию, агенты как вражеских, так и союзных держав подкупают и берут деятелей Госдумы.

На этих словах генерал Татищев поставил на стол тяжелый портфель.

— Что это?

— Это краткие дела и перечни тех, кто злоумышляет против Вас и страны.

— Но так запрещено

Адмирал Романов шагнул вперед и, вперив взор в императора, яростным шепотом сказал: Ваше, пока еще Величество. До тех пор пока я был в С.-Петербурге, меня посетил Глава Госдумы Родзянко с целым ворохом новостей, теорий и антидинастических замыслов. Его наглость не имела границ. Это лишь один пример.

Вы имеете возможность сказать и делать, что угодно. Но Вы отвечаете не только за себя и собственную семью, но и за всю империю. Если вы не примете никаких мер, то не будет ни Вас, ни семьи, ни России.

В кабинет вбежал адъютант полковник, князь Щербатов

— Ваше Величество. Срочная весточка из С.-Петербурга от генерала Хабалова.

— Вы свободны господа. Михаил Васильевич останьтесь.

Из переписки того времени.

генерал Хабалов

Весточка командующему армиями Петроградского военного округа генералу С. С. Хабалову: пресечь беспорядки военной силой.

генерал Мрозовский

Весточка командующему армиями Столичного военного округа генералу И. И. Мрозовскому: поднять вверенные Вам части по тревоге. готовься пресечь беспорядки военной силой.

Командующему армиями Петроградского военного округа генералу С. С. Хабалову: Ставка выделяет кавалерию и пехоту от Северного и Западного фронтов. Начальником армий назначается генерал-адъютант Н. И. Иванов.

Срочная весточка начальнику штаба Северного фронта генералу Ю. Н. Данилову: послать в распоряжение генерал-адъютанта Иванова два кавалерийских и два пехотных полка, усиленных пулемётной командой…

Весточка командующего Западным фронтом: В распоряжение Ставки отправляются 34-й Севский и 36-го Орловский пехотные полков, 2-й гусарский Павлоградский и 2-й Донской казачий полки

Весточка командующего Северным фронтом: В распоряжение Ставки выделяются 67-й Тарутинский и 68-й Бородинский пехотные, 15-й Татарский уланский и 3-й Уральский казачий полки

Из газет того времени.

Высочайший манифест

Божьей милостью МЫ, Николай Второй, Самодержец и Император Общероссийский, Царь Польский, Князь Финляндский, и другая, и другая, и другая. Объявляем всем ОТЕЧЕСТВЕННЫМ верноподданным:

Великий обет Царского служения повелевает НАМ всеми силами власти и разума ОТЕЧЕСТВЕННОЙ стремиться к скорейшему прекращению столь страшной для Страны смуты. Повелев подлежащим влияниям принять меры к устранению прямых проявлений беспорядка, насилий и бесчинств, в охрану людей мирных, стремящихся к спокойному исполнению лежащего на каждом долга, МЫ, для успешного исполнения неспециализированных намечаемых НАМИ к умиротворению национальной судьбе мер, признали нужным ввести в стране ЧРЕЗВЫЧАЙНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ.

На период действия чрезвычайного положения МЫ учреждаем должность министра национальной обороны. С момента опубликования этого манифеста министром национальной обороны возлагается на Е.И.В. князя Михаила Александровича. В обязанности министра входит сосредоточение в собственных руках всей военной и гражданской власти вне территории боевых действий.

На период действия чрезвычайного положения заканчивается:

1. Воздействие всех партий и политических объединений.

2. Работа Госдумы.

… Призываем всех верных сынов России отыскать в памяти долг собственный перед Отчизной, оказать помощь прекращению данной неслыханной смуты и вместе с НАМИ напрячь все силы к восстановлению мира и тишины на родной почва.

Дан в Петергофе в 3 сутки февраля, в лето от Рождества тысяча почти тысячу семнадцатое, Царствования же ОТЕЧЕСТВЕННОГО в двадцать третье.

(коряво само собой разумеется, но уж как вышло)

Днём 6 февраля в Ставку поступили тревожные известия о том, что беспорядки угрожают перерасти в мятеж.

7 февраля рано утром началось вооружённое восстание части Петроградского гарнизона. Общая забастовка рабочих приобрела помощь воинов. Воины восставших полков направились в центральный район города, захватили Арсенал, муниципальные колонии, выпустили на свободу осуждённых. По городу начались городовых и убийства полицейских, мародёрство и грабежи.

Дума появилась в неясной обстановке: с одной стороны, она взяла указ Николая II о собственном роспуске, с другой же стороны, она была осаждена толпой революционных солдат и рабочих, пришедших днём к Таврическому дворцу, где заседала Дума. В следствии депутаты решили, формально подчинившись указу о роспуске, продолжить планировать под видом «частных заседаний». Днём Совет старейшин по поручению Частного заседания Госдумы организовал орган власти — Временный комитет Госдумы, что возглавил глава Госдумы октябрист Родзянко.

Приблизительно в половине одиннадцатого вечера со Ставкой связался по прямому проводу князь Михаил Александрович. Днём он приехал из собственного загородного дворца в Гатчине в столицу по просьбе Родзянко, что, видя, как разворачиваются события, предпринял последнюю попытку сохранить монархию — возглавив группу участников Временного комитета Госдумы на переговорах с князем Михаилом.

Властью министра национальной обороны несколько участников Временного комитета была арестована.

За это время события в С.-Петербурге практически закончились победой восставших, подавивших оба центра сопротивления — штаб и Совет министров Петроградского военного округа. В ночь с 7 февраля на 8 февраля был захвачен Мариинский дворец, в котором заседало правительство, а к полудню 8 февраля остатки армий, сохранявшие верность правительству, были распущены из строения Адмиралтейства по казармам.

Срочная весточка в Ставку: Утром 8 февраля думский депутат А.А. Бубликов пробовал арестовать сообщений Кригера и министра путей-Войновского. При пресечении попытки ареста сдался. Два офицера и пара солдат пребывавшие при нем, пробовали сопротивляться и, убиты

Весточка:

По всей сети. Всем начальствующим. Военная. В столице мятеж. Всякое сообщение от Комитета Госдумы есть незаконным и выполнению не подлежит.

Перемещение поездов должно поддерживаться непрерывно».

Министр национальной обороны князь Михаил Александрович

С прибытием в столицу частей с фронта беспорядки появились с новой силой. Но действия правительственных армий и помощь отряда атамана Пунина разрешили локализовать бунтовщиков и попеременно разгромить восставших. К концу 16 февраля восстание в С.-Петербурге было совсем подавлено. Восстание в Кронштадте усмирял Ревельский морской отряд смерти.

По окончании подавления бунтов в С.-Кронштадте и Петербурге воинские части были посланы в Москву.

— Ваше Величество. Я полагаю, что Ваше личное присутствие на фронтах окажет помощь преодолеть последствия бунтов в стране.

— Я полагаю, Михаил Васильевич, начнем с поездки на Северный фронт к генералу Рузскому

История воздухоплавания

Увлекательные записи:

Похожие статьи, которые вам, наверника будут интересны: