История карфагена. часть iii — сицилийские войны

Хорошего времени дней, коллеги. Эта статья есть продолжением цикла об истории Карфагена. В ней будет поведано о том, как Карфаген ввязался в Сицилийские войны – череду распрей с западными греками, каковые вылились в продолжительное кровавое противостояние и стали причиной неспециализированному упадку Сицилии.

Финалом Сицилийских войн стала Первая Пуническая война, но их было столько, что в одну статью все главные моменты не поместились – потому это только первая часть.

Вступление

В то время, когда речь идет о Карфагене, все в первую очередь вспоминают о его противостоянии с Римом. Но куда более продолжительную историю распрей Карфаген имел с другими собственными соседями – греками.

Сам данный конфликт, увы, обрисован в различных источниках по-различному, причем не факт, что хотя бы один из них есть точным – греки к тому моменту прониклись духом превосходства и соперничества собственной цивилизации, и потому их трудам свойственны разные уничижения карфагенян впредь до нескрываемой неприязни. В статьях касательно распрей на Сицилии я старался придерживаться взвешенной точки зрения (но, как и неизменно). Помимо этого, указаны только главные конфликты этого периода, и только главные их действующие лица – потому что столь масштабные войны в совершенстве требуют куда более полного описания в другом формате, чем тот, в котором я решил публиковать краткую историю Карфагена.

Начало Сицилийских войн

История карфагена. часть iii - сицилийские войны

Битва при Гимере, цветной романтический вариант. Хорошие греки, обнажённые женщины и плохие карфагеняне прилагаются.

К началу V века до н.э. западные финикийские колонии все еще оставались политически свободными друг от друга, ведя торговлю и заключая альянсы с соседями. Однако, уже начала сиять звезда Карфагена – в прошедшей статье приводились примеры того, как город утверждал собственный влияние в альянсах с Гадиром, этрусками, принялся неспешно брать под собственный контроль Сардинию.

Как раз с этого момента Карфаген начинает интегрировать в свой состав остальные финикийские колонии, причем процесс шел двухсторонний – кое-какие колонии добровольно переходили в подчинение городу, а некоторых было нужно «убеждать» с применением силы. Но данный процесс оттенен куда более масштабными событиями, в которых одну из основных ролей игрался Карфаген – с началом V столетия связывают кроме этого и начало Сицилийских войн, каковые закончились только вместе с началом войн Пунических.

Историю об этом возможно начать издали, еще с середины VI века до н.э. По окончании смерти Дидоны городом правили старейшины [1] – потомки ближайших сподвижников царицы Карфагена. Они формировали Совет десяти, либо Ашарат, что, кроме другого, имел возможность назначать и снимать с должностей полководцев.

Одним из таких полководцев был Малх [2]. Ему приписывается громадная война с ливийцами, по окончании которой Карфаген был высвобожден от выплаты дани местным племенам. Кроме этого он руководил карфагенскими армиями на Сицилии, в то время, когда греческие поселенцы действительно решили подчинить финикийские колонии собственной воле. Благодаря вмешательству Карфагена греки были разбиты, сфера влияния Карфагена была расширена, а финикийские колонии практически перешли в его подчинение.

Затем, если доверять римским историкам, он отправился на Сардинию, где ему было нужно вести войну то ли с финикийскими поселенцами, то ли с нурагийцами, быть может и с обоими. Уже с данной экспедиции Малха начинаются непонятки – так, ему приписывают важное поражение, в котором он утратил армию, и по окончании данной битвы его вместе с армией Совет старейшин изгнал с территорий Карфагена. Несоответствие кроется в самом корне данной истории – терял Малх армию либо нет?

С чего внезапно Карфаген начал разбрасываться полководцами, и тем более армиями, учитывая, что сейчас они еще не были в основном наемными? Римляне обосновывают такое ответ тем, что карфагеняне опасались успешного полководца, что имел возможность установить диктатуру, что приводит к определённой иронии [3].

Подобное поведение старейшин, каковые скоро «забыли» все то хорошее, что принес городу Малх, позвало у него ответную реакцию – Карфаген был осажден и забран измором (не смотря на то, что очень возможно, что Малх в город без препятствий), старейшин перебили, а сам полководец стал тираном Карфагена. Наряду с этим ему приписываются невиданные жестокости – в частности, он распял на кресте собственного сына, что отказался поддержать его.

В следствии правление Малха продолжалось меньше года – начался бунт, «царя» схватили и казнили. Но вот что необычно – по окончании для того чтобы, по идее, должно настать торжество народовластия, но вместо этого новый Совет старейшин выбирает тираном [4] Карфагена Магона Великого. Казалось бы – ерунда, легко новый выскочка силой перехватил власть!

Но по окончании Совет старейшин выбирает тираном его сына, после этого – следующего сына, в следствии чего в Карфагене устанавливается власть семейства тиранов Магонидов, которая правила два столетия, по окончании чего негромко и мирно «ушла», высвободив место вторым знатным фамилиям. С одной стороны – наподобие как ничего особого, а с другой – что-то в данной истории не так. Но, я удержусь от суждений, и продолжу рассказ.

Магон, кстати, практически стал основателем великодержавия Карфагена – потому что как раз при его правлении армия Карфагена реорганизовывается, насыщаясь наемниками, и этой армией он покорил бывшие финикийские колонии (либо заставил к альянсу), создав громадное торговое государство.

В 480 году на Сицилии шла война уже между греческими колонистами – вперед вырвались Сиракузы во главе с тираном Гелоном, каковые захватили город Гимеры и изгнали тамошнего тирана Терилла. Терилл обратился к Гамилькару Магониду – фактическому правителю и лидеру династии Карфагена за помощью. Отношения между Гимерой и Карфагеном жали утепленные, а Сиракузы очевидно были собираются занять Сицилию целиком и полностью, включая полезные для карфагенян западные поселения.

В следствии Магон поддержал Терилла, собрав многочисленную армию из наемников [5]. Прибыли и союзники Терилла – в частности, контингент Анексилая, тирана Регия. Им противостояла армия Сиракуз во главе с Гелоном, к нему кроме этого примкнул Фелон, тиран Агригента. Результат битвы нам известен – Гамилькар был полностью разбит, погибнув на протяжении битвы.

На протяжении сражения он, как утверждалось, непрерывно приносил в жертву всевышним разных животных, пока его не настигла то ли стрела, то ли копье сиракузских солдат. Затем сражения был сразу же заключен мир между Карфагеном и Сиракузами – Гелон взял финансовую компенсацию и отправился праздновать победу, а карфагеняне принялись реформировать собственные власти, создав Трибунал и Народное собрание ста четырех, чтобы избежать аналогичных авантюр в будущем.

Да, битва под Гимерой грубо говоря была личной авантюрой Гамилькара – армию он собирал за собственные деньги, без привлечения ресурсов города, но эта авантюра стала началом Сицилийских войн. Многие греческие города с этого момента, оценив обстановку, принялись занимать ту либо иную сторону – греков либо карфагенян.

Битва при Гимере, черно-белый вариант. Наподобие все совершенно верно так же – но дамы стройнее, а греки одетее.

С этого же момента на полную катушку раскручивается маховик греческой «пропаганды» того времени – появляются множество свидетельств о жестокости, агрессивности и отсталости карфагенян, каковые грезят заполучить под собственный контроль всю Сицилию [6]. Неспешно начинают раздуваться и вовсе сказочные истории – о том как Карфаген вступил в альянс с Персидской империей и решил задавить греков, и только благодаря героизму солдат Гелона удалось отразить данный натиск.

Битва у Гимеры начала сравниваться с Саламинским сражением, случившимся в тот же год (а по окончании «корректировок» дат – и в тот же сутки), а Гелона принялись возвышать не меньше, чем Фемистокла (но, популярность его была сугубо местная). Велись кроме того речи об «окружении» Греции и о том, что грекам необходимо объединиться, дабы противостоять всем угрозам – и любой царь либо город, конечно же, выдвигал себя в качестве фаворита для того чтобы объединения. Наряду с этим стоит подметить, что доказательств контракта между Карфагеном и Персией нет, а также римские историки позднее мало связывают походы Гамилькара и Ксеркса против греков.

Не обращая внимания на то, что Сиракузы и Гелон пробовали выставить себя в качестве «спасителей Греции от западных дикарей», амбиции этих сицилийских греков обратили против них многих – так, спустя пара десятилетий по окончании битвы при Гимере Афины заключили альянс с Карфагеном против Сиракуз. Однако, до военных действий не дошло – новый конфликт между пунийцами и греками на Сицилии случился спустя 70 лет, в 410 году до н.э.

Обстоятельство была такой же, как и раньше – один греческий город (Сегеста) поругался и начал войну с другим городом (Селинунтом), и оба города призвали собственных самые вероятных союзников – первые карфагенян, а вторые – сиракузцев. Наряду с этим вмешательство Карфагена сейчас носило уже более защитный темперамент – владения Сиракуз близко подбирались к его территориям на острове, чего, учитывая агрессивность греков, не было возможности допустить. К тому моменту Гелон в далеком прошлом был мертв, и Сиракузы успели побывать в череде и упадке внутренних распрей, но это не помешало им играться ведущую роль на Сицилии.

Конфликт начался еще до вмешательства «старших братьев» – Сегеста разбила армию Селинунта в поле. Только в 409 году на остров прибыли основные силы армии Карфагена во главе с Ганнибалом Магонидом, что грезил о реванше за Гимеру. Селинунт пал по окончании штурма, греческие источники приписывают карфагенянам невиданную жестокость – все население города было подчистую перебито, а дома сожжены [7]. Затем пала Гимера, которая повторила судьбу Селинунта в плане торжества уничтожения.

Ганнибал, по словам греческих историков, на месте смерти собственного предка принес в жертву 3000 горожан. Затем он расплатился с армией и возвратился в Африку.

Но греки не унимались, совершая нападения на пунические города, и в 407 году армия возвратилась на Сицилию, осадив Агригент [8], но скоро многие из ее числа погибли от болезней. Обстановка была столь важной, что карфагеняне принялись за то, что обожают им приписывать греки – приносить в жертву детей. Возможно, подействовало – не обращая внимания на плохое положение карфагенской армии, население и гарнизон греческого города покинули его стенки.

В итоге, Сиракузы пошли на мир – в 405 году они признали за Карфагеном его независимость ряда и собственные территории греческих городов. Помимо этого, кое-какие греческие колонии обязывались платить Карфагену дань. Сиракузы снова скатились во внутренний конфликт, что, но, возвысил человека, что стал одним из самых живучих неприятелей Карфагена.

Кликали его Дионисий.

Дионисий и Коринф

Дионисий собственной персоной

Дионисий, придя к власти в Сиракузах в 405 году до н.э., сразу же начал готовить собственную армию к будущей войне с Карфагеном. Из-за неспециализированного истощения города войско удалось подготовить только к 397 году, но время кроме этого дало Дионисию возможность дополнительно накалить обстановку.

Так, в городах, подконтрольных Сиракузам, начались этнические чистки – имущество купцов, их семей и просто людей с финикийскими корнями изымалось, сами люди высылались, значительно чаще – сходу на тот свет, на свидание с всевышними. Кроме этого Дионисий заручился помощью городов-данников Карфагена, каковые вознамерились получить полную независимость. Были кроме этого налажены контакты с греческими городами, каковые ранее всегда поддерживали пунийцев на Сицилии [9].

Когда разрешила обстановка, Дионисий сразу же выдвинул флот и всю армию к Мотии и осадил ее.

Карфаген к такому был не готов. Еще более не готов он был к агрессивному ведению осады Дионисием, что выстроил к островному городу дескать и двинул все собственные войска на штурм, вопреки тому, что ранее греки не проявляли осадных свойств и очень нехотя ходили на штурмы. Практически все население Мотии было вырезано, немногие выжившие попали в рабство.

Сам город был так основательно уничтожен на протяжении штурма, что позднее было решено его не восстанавливать, вместо этого по соседству был выстроен город Лилибей. Сам Карфаген ничем не имел возможности оказать помощь Мотии – в то время он еще не успел собрать войска и флот, да и вести с Сицилии шли не так уж и скоро.

В будущем году война продолжилась – причем карфагенское воинство под началом Гимилькона победило пара сражений с армией Сиракуз, заняло и разграбило Мессану а также осадило сами Сиракузы. Но, в их рядах снова начали свирепствовать эпидемии, убыль в людях была большой. В следствии Гимилькону было нужно пойти на переговоры с Дионисием, что отпустил карфагенян в обмен на выплату определенной контрибуции.

Но флот Сиракуз, не зная о перемирии [10], напал на транспортные суда Гимилькона по пути в Африку и захватил их. В следствии вся армия Карфагена попала в рабство, сам Гимилькон все же прибыл в Карфаген (спасся либо был выкуплен) и с того момента скитался в бедняцкой одежде по храмам, выпрашивая у всевышних прощения, в следствии уморив себя голодом. Практически сразу после этого клан Магонидов был лишен власти, снова было введено правление двух выборных суффетов, но практически к власти пришла семейство Ганнона Великого.

Война с Сиракузами не заканчивалась. Снова Карфаген собрал армию, и все по сути повторилось по новой – начальные удачи, а после этого постепенное вымирание от заболеваний. Отличием только стало открытие «второго фронта» на Аппенинах.

Ганнониды продемонстрировали себя с самой нехорошей стороны, медлительно реагируя на происходящие события – Дионисий многократно выдерживал поражения, но из-за их полководцев правителей и медлительности карфагенян греки постоянно успевали собрать новую армию. К тому же на Карфаген обрушились новые несчастья – эпидемии чумы, беспокойства в Сардинии и Ливии [11].

Ганнон Великий, основатель семейства Ганнонидов, показал себя очень неоднозначно и в самом Карфагене, без пощады репрессируя собственных политических неприятелей. В итоге Карфаген был должен подписать мир в 373 году. Ганнон стремился к все большей власти, пиком чего стала попытка поднять восстание с участием 20 тысяч рабов – несостоявшегося мятежника арестовали, били плетьми а после этого распяли.

Схожая будущее ожидала и всех его приближенных участников семейства по мужской линии [12].

Древняя Сицилия. Как возможно подметить, сфера влияния Карфагена неспешно уменьшалась, не смотря на то, что кое-какие историки берутся утверждать, что пунийцы к началу войн с римлянами практически завоевали Сицилию.

Сицилия на какое-то время обрела покой. Правильнее, на ней не велись масштабные боевые действия – но ситуация сохранялась напряженная. Карфаген на острове был должен перейти к обороне, применяя стратегию истощения – новые поселения на разоренных почвах основывались в первую очередь как укрепленные пункты, обозначающие военное присутствие.

Сама сфера влияния Карфагена неспешно уменьшалась – в случае если раньше она простиралась практически на целый остров, то сейчас Карфаген обладал только его западной частью. Но этого все равно хватало – на Сицилии пунийцы не преследовали никаких больших целей, их задачей была только защита собственных городов и факторий рядом с главными торговыми дорогами, иных целей нахождения Карфагена на острове по сути не было.

Новый виток противостояния начался тогда, в то время, когда в дела Сиракуз начал вмешиваться греческий город Коринф, собиравшийся утвердить в том месте собственный «марионеточное правительство». В следствии в Сиракузах в 40-х годах IV века было организовано демократическое представительство во главе с коринфянином Тимолеоном, которое организовало против Карфагена начало и альянс войну.

Карфагенская армия на реке Кримис попала в засаду – была туманная погода, греки заблаговременно готовились к атаке, а карфагеняне не знали об их местонахождении. В следствии атака греков стала полной неожиданностью, к тому же началась гроза с градом, каковые игрались против пунийцев. В этом бою отметился «священный отряд» Карфагена, собранный из граждан и славившийся собственной навыками и дисциплиной.

В этом бою они полегли всецело, большинство вторых армий была пленена. Утраты Карфагена в этом сражении составили около 10 тысяч убитыми и 15 тысяч военнопленными – весьма болезненные утраты для пунийцев. Утраты греков умалчиваются, но имеется предлог высказать предположение, что победа была Пирровой – в будущем, применяя наемников, Карфаген скоро «отыгрался» за это поражение.

В итоге, был подписан мир, сохраняющий статус-кво на острове, нарушаемый маленькими, но нередкими сражениями с бандами изменников, налетчиков и стычками патрулей у границ.

Александр и Карфаген

Карфагену очень сильно повезло, что Александр Великий со собственными фалангитами и гетайрами не добрался до него. Либо напротив? Как бы то ни было, хороших полководцев в это время времени у Карфагена не было.

До тех пор пока Карфаген проливал кровь на Сицилии, на востоке происходили великие события. Возвысилась звезда Александра Великого, что, получив от отца Филиппа V надежную армию, начал череду постоянных войн, в которых ему покорилась Персидская империя и многие другие территории.

В 332 году под его натиском пал Тир, что с этого момента совсем перестает быть сколь-либо центром и значительным городом финикийской культуры; как раз с этого момента Карфаген перестает каждый год отправлять подарки тирскому храму Мелькарта, совсем порвав с ним все связи (не смотря на то, что в порядке исключения подарки в тирский храм Мелькарта время от времени отсылались). В обороне города принимали участие карфагенские суда, но очень ограниченно – ни солдаты, и громадные флоты с запада не пришли на помощь бывшей метрополии.

Довольно часто это именуют прямым предательством Карфагена, но направляться осознавать, что армии и флоты в то время из воздуха не материализовались и не планировали так скоро, как Александр забрал город – практически за считанные месяца. Кроме того то участие Карфагена в обороне города, что имело место в истории, было скорее случайностью – суда появились в необходимое время в нужном месте.

Но ограниченное участие Карфагена в обороне Тира послужило обстоятельством объявления войны ему со стороны Александра. Но, с походом он не торопился – имелись куда более родные почвы, каковые стоило покорить. Но Карфаген отреагировал на это по-своему – под видом изгнанника к Александру был послан шпион, Гамилькар Родан, что должен был уведомить город о дате выхода в поход и силах Александра.

С этим связана занимательная, но беспочвенная версия, что Родан, пробуя спасти собственный родной город, отравил Александра Македонского. Будущее самого посланника по окончании смерти великого полководца известна, но вызывающа большие сомнения – якобы по возвращении в Карфаген его казнили за измену, что подтверждается только греческими источниками.

Неизвестно, планировал ли в конечном итоге Александр действительно браться за Карфаген – не смотря на то, что обстоятельств против этого нужно еще поискать. Но и очень смутны возможности вероятного западного похода македонской армии – большие переброски армий были бы вероятны лишь морем, на котором основной силой выступал Карфаген, а по суше имелась возможность проводить только армии ограниченных численностей.

Но, при похода возможность успеха Александра Македонского была высока – Карфаген не владел достаточно развитой боевой машиной, делая упор на наемников. Но и без македонских фалангитов на Сицилии либо в Африке Карфагену предстояли тяжелые времена – в Сиракузах к власти пришел Агафокл.

Примечания

1) Довольно часто употребляется римский термин «принцепсы».

2) Само слово «малх» при переводе свидетельствует царь. В свете будущих событий очень возможно, что это было не его настоящее имя, тем более что римскими историками упоминается имя Моисей.

3) Тут в полной мере возможен перенос римских реалий на карфагенские – римляне частенько опасались через чур успешных полководцев, каковые довольно часто пробовали стать царями, диктаторами либо тиранами, захватив власть силой и популярностью в народе. Учитывая предстоящий движение событий, получается важная каша.

4) В будущем я буду применять данный термин по отношению к единоличным правителям страны.

5) Именуются разные оценки численности армии Гамилькара, от 50 до 300 тысяч людей. Нынешние историки склонны вычислять более правдоподобной цифрой первую, но и она возможно завышена. Численность армии Гелона оценивается в приблизительно 21 тысячу человек.

6) Учитывая, что Сиракузы желали как раз этого и собственные цели не скрывали, звучит очень иронично.

7) Наряду с этим позднее Селинунт все еще фигурирует как греческий город. Но, к началу Пунических войн он уже упоминается как город с в основном пуническим населением.

8) Кроме этого известен как Акрагант.

9) Очень характерная черта для греческих городов с этого момента – метания из стороны в сторону, между Сиракузами и Карфагеном. Кое-какие города умудрялись «переобуться в прыжке» до 5 раз в год.

10) Либо знал, но имел приказ о нападении. Сам я все же склоняюсь к этому варианту.

11) Похоже, что именно с этого момента у Карфагена начинают появляться постоянные неприятности с мятежами ливийцев.

12) Если судить по тому, что Ганнонидов упоминают и позднее, казнены были не все члены семейства.

Прошлая статья

Следующая статья

Пунические войны (рус.) История древнего мира

Увлекательные записи:

Похожие статьи, которые вам, наверника будут интересны: