Бой в жёлтом море 28 июля 1904 г. часть 4. броненосцы в строю, или препирательства о дальнейшей судьбе эскадры

К началу июня 1904 г. все броненосцы Порт-Артура получили техническую готовность к выходу в море. Еще 15 мая отремонтирован «Севастополь», 23 мая — «Ретвизан», спустя два дня — «Царевич», и, наконец, 27 мая в строй возвращается «Победа». Оснований и дальше отстаиваться на внутреннем рейде Артура больше нет никаких, и еще 21 мая Вильгельм Карлович Витгефт шлет весточку наместнику:

«Броненосцы, не считая «Победы», крейсера готовы к выходу. Неприятель в 15-ти верстах от Артура. Выходить ли в море, вступать ли в бой, либо остаться»

(весточка №28 от 21 мая 1904 г, взята наместником 1 июня 1904 г.).

А дальше Общепринятое вывод:

1. Алексеев потребовал от В. К. Витгефта идти во Владивосток, а тот всячески отнекивался и не хотел этого делать.

2. Временно и.д. командующего эскадрой предпочитал применять флот для защиты Порт-Артура по подобию и образцу обороны Севастополя 1854-55 гг. на протяжении Крымской войны.

3. Флагманы эскадры поддержали адмирала В. К. Витгефта.

Сейчас обычно звучат упреки в недостаточной решительности (в противном случае и в трусости) начальников эскадры: дескать, не хотели идти в бой, рассчитывали отсидеться за крепостными стенками… Но, просматривая документы той эры, приходишь к выводу, что дело куда сложнее: наместник Алексеев, адмирал В.К. Витгефт и командиры и флагманы судов 1-го ранга совсем по-различному воображали себе задачи порт-артурской эскадры.

Наместник Алексеев полагал, что японский флот значительно ослаблен. Еще перед тем, как В.К. Витгефт в первый раз вывел эскадру в море (10 июня 1904 г.) Алексеев сказал временно и.д.

Командующего эскадрой Тихого океана, что японцы имеют у Порт-Артура лишь 2 броненосных крейсеров 5 и броненосца. Еще больший оптимизм демонстрировал Алексеев в собственной весточке №5 от 11 июня (полученная в Порт-Артуре лишь 21 июня):

«Информирую состояние японского флота: потонули «Хатсусе», «Шикишима», «Иошино», «Мияко»; в доках — «Фудзи», «Асама», «Ивате», «Якумо», «Адзума», «Кассуга»; исправны лишь «Асахи», «Микаса», «Токива», «Идзуми» (возможно опечатка, имелся ввиду броненосный крейсер «Идзумо». — Прим. авт.), «Ниссин».

Тут Евгений Иванович (Алексеев) сократил японский флот уже и вовсе до 2 броненосных крейсеров 3 и броненосцев. Весьма интересно, с каким эмоцией прочёл эту весточку Вильгельм Карлович, что за сутки перед тем, как эта весточка была послана, встретил в море 4 броненосца (не считая «Чин Иен») и 4 броненосных крейсера японцев?

Итак, наместник думал, что сила, противостоящая артурцам на море, значительно ослабла. Одновременно с этим он опасался сухопутного японского наступления на Порт-Артур и в полной мере справедливо полагал, что сохранение эскадры ответственнее, чем сохранение крепости. В соответствии с этими мыслями и несмотря на неспециализированную неподготовленность эскадры, он разрешил распоряжение уводить суда во Владивосток:

«Принимаю все меры к скорейшей деблокаде Артура. Но ввиду всякой случайности флоту нужно, защищая крепость, подготовиться к последней крайности, выйти в море для решительного боя с неприятелем, разбить его, и проложить себе путь во Владивосток»

(весточка № 1813 от 19 мая 1904, взята на эскадре 3 июня 1904).

Но спустя пять дней наместник уточнил собственную позицию:

«В случае если по выходе эскадре удастся разбить неприятельский флот, и Артур будет еще держаться, то долг эскадры вместо ухода во Владивосток помогать снятию осады крепости и поддержать действия отечественных армий, отправляемых на выручку Артура»

(весточка № 1861 от 23 мая 1904, взята на эскадре 31 мая 1904).

Так, позиция наместника сводилась к тому, что нужно покинуть крепость и идти во Владивосток, пользуясь относительной слабостью неприятеля. В случае если же внезапно удастся разбить его по дороге, тогда идти во Владивосток смысла нет и возможно остаться в Порт-Артуре, помогая крепости.

Первоначально В.К. Витгефт как словно бы бы разделял вывод собственного начальника. В ответ на взятую 6 июня весточку наместника:

«…когда все суда готовься и представится первый удобный момент для выхода эскадры против ослабленного сейчас на море неприятеля, решайте данный ответственный и важный ход не раздумывая».

Адмирал ответил:

«…Неприятель не страшен. Задерживал выход без крайности, сомневаясь в безопасности от мин; недалеко от 10 миль мины взрываются во всех направлениях Выхожу сообразно высокой водой, около 10-го. При смерти прошу похлопотать пенсию жене, средств не имею».

Очень необычно такое просматривать. «Неприятель не страшен»? Эскадра с марта не выходила на учения из внутреннего рейда, новейшие «Ретвизан» и «Царевич» и вовсе никакой подготовки с осени 1903 г. не имели — лишь двенадцать январских дней, во время с момента прекращения вооруженного резерва и до подрыва в начале войны.

Бой в жёлтом море 28 июля 1904 г. часть 4. броненосцы в строю, или препирательства о дальнейшей судьбе эскадры

Эскадренные броненосцы Царевич и Ретвизан на внутреннем рейде Порт-Артура

Сам же В.К. Вигефт по окончании выхода 10 июня в море писал в рапорте наместнику:

«эскадры в боевом смысле уже не было, а было только собрание судов, не практиковавшихся в эскадренном плавании, и покойный адмирал Макаров, столь нежданно погибший, лихорадочно трудившийся над ее организацией еще в более благоприятное время, покинул, лишь еще в этом смысле, сырой материал»

И все же «неприятель не страшен», но тут же: «При смерти прошу похлопотать пенсию жене»

Вероятно ли, что В.К. Витгефт уверовал в эти наместника о крайнем ослаблении японского флота? Вызывающе большие сомнения: сам адмирал предполагал, что ему встретятся более замечательные силы, информируя Алексееву:

«Раз признана необходимость и важность выхода эскадры, не смотря на то, что и с риском, выйду по готовности, уповая на Всевышнего. Лично не подготовился к столь важной обязанности. Встречу по моим сведениям: 3 броненосца, 6 броненосных крейсеров, 5 крейсеров не сильный ранга, 32 миноносца»

(весточка №39 от 2 июня, взята наместником на следующий сутки).

Чего хотел добиться этим выходом В.К. Витгефт? Об этом он сам информирует наместнику в рапорте № 66 от 17 июня 1904 г (отчет о выходе эскадры 10 июня):

«Мой замысел предполагаемых действий по окончании выхода был в том, чтобы успеть уйти на ночь в море, подальше от миноносцев, рассчитывая, что флот неприятеля большое количество не сильный отечественного, в соответствии с сведениям Штаба, и находится в различных местах Желтого моря и Печили. Днем же предполагалось уйти к Эллиоту и, найдя неприятеля, нападать его целый либо частями».

В.К. Витгефт шел в море в надежде на то, что эти наместника верны, и тогда он планировал дать бой. Но Вильгельм Карлович предчувствовал, что сам он оценивает численность противостоявшего ему соперника куда правильнее Алексеева, и бой может обернуться не хорошо и для эскадры, и для него самого.

Быть может, В.К. Витгефт предчувствовал собственную смерть, такое не редкость. Но, как бы то ни было, адмирал вывел эскадру и встретил рядом от Порт-Артура Объединенный флот, причем в силах, превосходящих ожидания Алексеева, да и его личные.

Отсутствовали лишь 4 броненосных крейсера Камимуры, занятые поимкой владивостокских крейсеров — их никак не было возможности оперативно вернуть к Артуру, но целый 1-ый боевой отряд в составе 4 броненосцев, «Ниссина» и «Касуги» при помощи еще двух броненосных крейсеров 2-го отряда был перед В.К. Витгефтом.

Для главной баталии Того собрал все дешёвые ему силы в единый кулак: суда 1-го и 2-го боевого отрядов сопровождали «раритеты» — «Мацусимы» и «Чин-Иен» третьей эскадры адмирала С. Катаока. Неудивительно, что В.К. Витгефт отошёл — он не считал себя в силах сражаться с таким соперником.

Уже вечером броненосец «Севастополь» наскочил на мину, отчего ему требовался достаточно продолжительный ремонт, так что адмирал увел эскадру на внутренний рейд.

Эскадренный броненосец Фудзи

И был, возможно, много удивлен, что таковые его действия совсем не удовлетворили наместника. Не обращая внимания на то, что в собственном первом сообщении, посланном еще до предоставления рапорта, В.К. Витгефт показывал:

«Встретил неприятеля — 5 броненосцев, считая Чин-Иен, 5 либо 6 броненосных крейсеров (в действительности их было лишь 4. — Прим. авт.), полагая «Ниссин» и «Касугу», 8 крейсеров II класса, 20 миноносцев, из-за чего возвратился в Артур».

Алексеев, без капли колебаний, отвечал В.К. Витгефту:

«Рапорт Вашего Превосходительства за № 66 мною взят 17-го.

По внимательном его рассмотрении я не нахожу оснований, по которым вместо выполнения моих указаний — выйти в море и, атаковав неприятеля, нанести ему поражение, Вы решили возвратиться на рейд»

Весточка №7 от 18.06.1904, получено 20.06.1904.

Отвечая на письмо временно и.д. начальника эскадры Тихого океана, направленное им Алексееву вместе с рапортом, наместник писал:

«Вспомните бой «Варяга», и, если бы Вы с большею верою в собственную эскадру вступили в бой, Вы одержали, возможно, блестящую победу. Я этого ожидал, и все мои указания сводились к единственной цели, дабы эскадра Тихого океана, перенеся последовательность опробований, имела возможность доблестно сослужить работу родине и царю».

В полной мере возможно, что эти ответы Алексеева совсем шокировали В.К. Витгефта. Так как он был неглупым человеком, и превосходно понимал свое несоответствие занимаемой должности, а дал согласие на нее вследствие того что был приказ и по причине того, что ему назначено было только временно выполнять обязанности во время неспециализированной слабости отсутствия и флота больших активных операций.

Но после этого ему поручили выход в сражение и море, пускай кроме того против ослабленных сил неприятеля, а сейчас на него возлагалось, ни большое количество ни мало как стать настоящим командующим, повести флот в бой и разбить существенно превосходящие силы соперника!

Алексеев превосходно осознавал слабость собственного начштаба и сперва вовсе не планировал бросать его в решительный бой. Но с некоторых пор у него попросту не осталось никакого другого выхода: на смену погибшему С.О. Макарову во Владивосток прибыли адмиралы Н.И. Скрыдлов и П.А. Безобразов, причем последний должен был принять должность главы Порт-Артурской эскадры.

Но на предложения наместника как-то переправить П.А. Безобразова в Порт-Артур Н.И. Скрыдлов ответил окончательным отказом в силу через чур большого риска аналогичной «переправы».

А воспрепятствовать осаде Порт-Артура силами сухопутной армии также не выходило. И помимо этого, Алексеев уже сказал правителю о необходимости прорыва эскадры во Владивосток. Соответственно, 18 июня Николай II послал весточку собственному наместнику, в которой с удивлением интересуется, из-за чего эскадра, не взяв никаких повреждений, все же возвратилась в Порт-Артур и завершает весточку словами:

«Исходя из этого Я считаю нужным отечественной эскадре выйти из Порт-Артура».

Вот так и оказалось, что «эргономичного» наместнику В.К. Витгефта никто не поменяет, но отстаиваться в Артуре ему также разрешить запрещено. И вместо того, дабы дождаться снова прибывшего адмирала и сдать руководство, Вильгельму Карловичу предстояло сейчас самостоятельно дать главное сражение японскому флоту!

Мягко, но очень упорно наместник разрешил понять В.К. Витгефту, что обстановка совсем переменилась, и сейчас адмиралу вменено в обязанность разбить японский флот или же совершить иным методом Порт-Артурскую эскадру во Владивосток. И тем, разумеется, вогнал последнего в самую тёмную меланхолию. Потому-то на вышеприведенные письма наместника Вильгельм Карлович дает очень пессимистичный ответ:

«Не считая себя талантливым адмиралом, руковожу только в силу случая и необходимости, по совести и меря разумения, до прибытия командующего флотом. Боевые армии с умелыми генералами отступают, не нанося поражения, отчего же от меня, совсем неподготовленного, с ослабленною эскадрою, тринадцатиузловым ходом, без миноносцев, ожидается разбитие сильнейшего, превосходно подготовленного, боевого семнадцатиузлового флота неприятеля Укоров не заслужил: действовал, доносил честно, правдиво о положении дел. Попытаюсь честно и погибнуть, совесть смерти эскадры будет чиста. Всевышний забудет обиду, позже выяснится»

(весточка №52 от 22 июня 1904, взята наместником 26 июня 1904).

В том же письме В.К. Витгефт очерчивает возможности, каковые он видит для вверенных его руководству сил:

«Докладываю на благовоззрение, что в соответствии с настоящему положению дел в Артуре, состоянию эскадры, имеется лишь два решения — либо эскадре совместно с армиями отстоять Артур до выручки, либо умереть, поскольку момент выхода во Владивосток наступить может лишь тогда, в то время, когда смерть будет спереди и позади».

Так, Вильгельм Карлович обозначил собственную позицию, каковой и придерживался, в случае если делать выводы по иным его письмам наместнику, до самого выхода в море и боя 28 июля 1904 г. В.К. Витгефт не считал вероятным ни удачно драться с японцами в виду Порт-Артура, ни прорываться во Владивосток: будь он предоставлен сам себе, возможно он бы списал орудия и экипажи на берег для обороны крепости по подобию и образу обороны Севастополя. И вот это, само собой разумеется, совсем не устраивает наместника.

Исходя из этого в ответной весточке он пишет В.К. Витгефту:

«Весточку 22 июня № 52 взял. Высказанное в ней ваше вывод о существовании для эскадры лишь двух ответов — отстоять Артур, либо умереть вместе с крепостью — так не соответствует назначению и ВЫСОЧАЙШИМ указаниям вверенных вам сил, что вопрос о прорыве и выходе эскадры во Владивосток я обязан предложить дискуссии капитанов и совета флагманов, при участии начальника порта»

(весточка № 11 от 26 июня 1904, взята на эскадре 2 июля 1904).

Собрание флагманов и командиров произошло через сутки по окончании получения весточки наместника, 4 июля 1904 г., по его итогам наместнику был послан протокол, в соответствии с которому:

«Для ухода флота в море удобного и надёжного момента нет Пройти во Владивосток без боя эскадра не имеет возможности уход эскадры во Владивосток возможно оправдан лишь, в то время, когда все меры обороны Артура со стороны флота исчерпаны, и падение крепости неизбежно Уход же флота будет содействовать скорейшему падению крепости».

При чтении этого рапорта невольно складывается чувство, что ни флагманы, ни капитаны судов в море идти не желали и предпочитали разоружить суда для обороны Артура, но в действительности это не верно. Дело в том, что к самому «Протоколу» прилагались подписанные «Мнения» капитанов и флагманов 1-го ранга, участвовавших в собрании, и в том месте их мнения конкретизированы в полной мере конкретно.

Вывод главы отряда броненосцев (подписал адмирал, князь Ухтомский):

«Считаю, что отечественная эскадра не должна уходить из Порт-Артура во Владивосток, в случае если по неспециализированному ходу армейских событий не решено сдать Порт-Артур неприятелю, не отстаивая его до последней возможности. Около Порт-Артура собраны все главные морские силы японцев, их их военные и армия транспорты, а потому место отечественному флоту тут, а не в водах Японского моря».

Вывод главы прибрежной обороны (подписал адмирал Лощинский):

«Флот, оставаясь в Порт-Артуре, существенно усиливает пассивную и активную оборону крепости; возможно, он и в будущем окажет огромную услугу проходу отечественных основных сухопутных сил через Кинь-Чжоу и мимо г. Дальнего, куда может отечественная эскадра подойти, неспешно вылавливая перед собою мины и, возможно, в этом месте даст главное сражение неприятелю».

Вывод главы отряда крейсеров (подписал адмирал Рейценштейн):

«Для пользы дела, для победы флот покинуть Артур не должен. Настоящая задача флота, прочистить себе путь к Дальнему, что и делается. Подвигаться по береговой полосе к Дальнему, завладеть им и в том месте оставаться.

Тогда не только Артур спасен, но и японцы с Квантунга выгнаны, и нет японцам хода к Артуру ни сухим, ни морским методом, а отечественная северная армия свободно может соединиться с Артуром. Уйдет флот, и северная армия к Артуру не придет, поскольку будет заслон неприятельского флота в Талиенване».

Вывод начальника эскадренного броненосца «Царевич» (подписал капитан 1-го ранга Иванов):

«В случае если Порт-Артур не предрешено сдать, то с флотом в нем он может с успехом выдерживать осаду еще месяц, второй; вопрос числом боевого снабжения и запасов, при чем флот, действуя вероятно активнее, может кроме того существенно ослабить неприятельскую эскадру».

Вывод начальника эскадренного броненосца «Ретвизан» (подписал капитан 1-го ранга Щенснович):

«Второй случай выхода эскадры предвижу при прихода в воды Тихого океана отечественной второй эскадры. В этом случае вышедшая из Артура эскадра даст сражение и, в то время, когда неприятельская эскадра скроется в собственные порта для неизбежных починок, нужных по окончании сражения на море, останется вторая эскадра Тихого океана и будет господствовать на море».

Вывод начальника эскадренного броненосца «Севастополь» (подписал капитан 1-го ранга фон Эссен):

«Имеется основание думать, но, что по окончании энергичных действий отечественного крейсерского отряда в Японском море, часть морских сил неприятеля отозвана к берегам Японии; в этом имеется необходимость убедиться, произведя рекогносцировку выхода отечественной эскадры в море в полном составе, на время от одной до второй полной воды. В случае если наряду с этим окажется, что у неприятеля существенно убавилось судов, действующих против Артура, то отечественный флот может предпринять кое-какие активные действия, держа японцев в постоянном напряженном состоянии, и уход тогда во Владивосток не нужен».

Вывод начальника крейсера I ранга «Паллада» (подписал капитан 1-го ранга Сарнавский):

«Мое вывод — флоту оставаться в Порт-Артуре до последнего момента, и в случае если Господу Всевышнему будет угодно, дабы Порт-Артур был забран неприятелем, то тогда отечественный флот обязан будет выйти и прорваться, и какое количество бы судов отечественного флота не пришло во Владивосток, это будет отечественный плюс и отечественная гордость. Сейчас же, в случае если флот покинет осажденный город, мне кроме того страшно поразмыслить, какое это произведет тяжёлое впечатление на всю Россию и на отечественные сухопутные армии.

Флот отечественный обязан сейчас же перейти к более активным действиям по береговым неприятельским позициям, их магазинам и проч.».

Вывод временно заведующего 1-м отрядом эскадренных миноносцев (подписал лейтенант Максимов):

«Выход эскадры из Артура для ухода во Владивосток считаю неправильным и ничем не вызываемым. Выход эскадры для боя с неприятелем считаю не подлежащим сомнению».

Вывод временно заведующего II отрядом эскадренных миноносцев (подписал лейтенант Кузьмин-Караваев):

«Эскадре направляться постараться разбить находящийся у Квантунского полуострова японский флот, но на мой взор, она не должна идти во Владивосток».

Бронепалубный крейсер Диана и два миноносца типа Сокол у ее борта на протяжении дежурства, Порт-Артур 1904 г.

Так, чуть утрируя, мы видим три точки зрения на предстоящие действия эскадры:

1) Наместник думал, что с боем ли, без оного, но флоту нужно прорываться во Владивосток;

2) В.К. Витгефт полагал, что оптимальнее флоту будет отказаться от активных действий и сосредоточиться на защите Порт-Артура;

3) командиры и Флагманы эскадры предполагали, что оптимальнее будет оставаться в Порт-Артуре до последней крайности, и в этом их точка зрения совпадала с позицией В.К. Витгефта. Но, в отличие от последнего многие из них видели задачу флота не в том, дабы свезти пушки на берег и помогать гарнизону отбивать атаки японской армии, а в том, дабы активными действиями эскадры мешать его армии, ослаблять японский флот, в противном случае и вовсе дать ему главное сражение.

Согласно точки зрения автора настоящей статьи, единственно верным являлось вывод командиров и флагманов эскадры.

К сожалению, прорыв во Владивосток был для русской эскадры совсем неосуществим. И дело тут вовсе не в том, что Объединенный флот Хэйхатиро Того по всем статьям превосходил русские силы в Порт-Артуре. На пути во Владивосток броненосцы В.К.

Витгефта ожидал совсем неумолимый неприятель, имя ему — уголь.

Лейтенант Черкасов в собственных «Записках» писал:

«в случае если на «Севастополе» и «Полтаве» хватает угля в мирное время лишь чтобы дойти малейшим методом экономическим ходом из Артура во Владивосток, то имеемого запаса в боевой обстановке им не хватит и на половине пути. «миноносцам» и Новику нужно будет грузить уголь в море с судов эскадры»

Но кто бы имел возможность дать им данный уголь? По итогам боя 28 июля мы видим совсем безрадостный итог: «Царевич» был не через чур поврежден в сражении, его орудия и автомобили были исправны, корпус не имел критичных затоплений и повреждений. С данной точки зрения нет ничего, что мешало прорыву броненосца во Владивосток.

Но в сражении пострадали дымовые трубы корабля: и в случае если в простом собственном состоянии, следуя двенадцатиузловым ходом, броненосец тратил за день 76 тысячь киллограм угля, то в следствии боя данный показатель возрос до 600 (шестисот) тысячь киллограм.

Вторая дымовая труба эскадренного броненосца Царевич по окончании боя 28 июля 1904 г.

«Царевич» по проекту имел обычный запас угля — 800 т, полный — 1350 т, в море 28 июля вышел, имея 1100 т, потому, что совсем уж перегружать корабль перед боем никто не желал. А по окончании боя 28 июля броненосец имел всего лишь 500 тысячь киллограм: этого не то что до Владивостока, до входа в Корейский пролив не хватило бы.

Приблизительно та же самая обстановка складывалась и у броненосца «Пересвет»: он отправился в бой, имея 1200-1500 т угля (правильное количество, к сожалению, неизвестно), и этого должно было хватить на 3000-3700 миль — фактический расход угля на судах этого типа доходил до 114 тысячь киллограм в день при скорости 12 узлов. Расстояние от Порт-Артура и до Владивостока через Корейский пролив было менее 1100 миль, так что, казалось бы, для того чтобы запаса броненосцу достаточно.

Но в сражении очень сильно пострадали две его дымовые трубы из трех. И не смотря на то, что правильный расход угля броненосца в сражении 28 июля малоизвестен, но имеется свидетельства того, что в Порт-Артур «Пересвет» возвратился с практически безлюдными угольными ямами. А это указывает, что ни о каком прорыве во Владивосток по окончании боя не было возможности и грезить — максимум, что возможно было сделать, это привести броненосец в то же Циндао и интернироваться в том месте.

Как совсем справедливо отмечали и В.К. Витгефт и флагманы, выйти в море втайне от наблюдателей Хэйхатиро Того было фактически нереально — через чур много времени эскадре необходимо было для выхода на внешний рейд и в море. А после этого более быстроходный японский флот по крайней мере успевал перехватить суда порт-артурской эскадры.

Соответственно, русские броненосцы не могли уклониться от сражения, но в сражении нереально избежать повреждений. Наряду с этим два самых ветхих броненосца заведомо не могли добраться до Владивостока. Кроме того не взяв боевых повреждений (что заведомо фантастично), им все равно было нужно бы интенсивно маневрировать и двигаться на более высоких, чем экономическая, скоростях хода — соответственно, они скоро растратили бы уголь.

Практически, единственный вероятный вариант их применения был в том, чтобы «Полтава» и «Севастополь», выйдя с флотом, помогли ему в бою с японцами, а после этого возвратились в Порт-Артур либо интернировались в том же Циндао. Так возможно было постараться обеспечить прорыв четырех броненосцев из шести, но в случае если хотя бы один из этих четырех возьмёт повреждения труб, то он равно как и «Севастополь» с «Полтавой» не сможет направляться во Владивосток. И в конечном счете прорвется всего лишь добрая половина эскадры, в противном случае и меньше.

Да и прорвется ли? Оценивая последствия боя 28 июля 1904 г., многие авторы показывают на то, что русские уже практически прорвались, что им и оставалось продержаться очень мало, до наступления темноты, а позже — пиши! Но так как это не так. Выдержав сражение с русской эскадрой, японцы легко имели возможность забрать курс на Корейский пролив, хотя бы кроме того частью собственной эскадры — в случае если русским удастся выбить из строя какое количество-то броненосных крейсеров и японских броненосцев.

И уже в том месте, соединившись с четырьмя броненосными крейсерами направляться, Хэйхатиро Того имел возможность дать второе сражение остаткам русской эскадры. Шансов проскользнуть незамеченными Корейский пролив, мимо всех наблюдательных постов и бессчётных запасных судов у В.К. Витгефта фактически не было.

А кроме того и произойди такое чудо, нет ничего, что мешало японцам выдвинуться к Владивостоку и перехватить русскую эскадру уже на подступах к городу.

Неприятность порт-артурской эскадры заключалась в том, что по окончании боя с японским флотом и независимо от его результата часть судов должна была или возвращаться в Артур, или интернироваться, а во Владивосток имела возможность бы попасть только часть вышедших на прорыв судов, и вероятнее — часть малый. Но японские суда, поврежденные русским огнем на протяжении прорыва, починятся и снова поднимутся в строй.

А вот русские — нет: те что возвратятся в Артур — погибнут, те, что интернируются — спасутся, но не смогут продолжать войну. Соответственно, прорываться имело суть только в том случае, если бы встал вопрос о смерти и жизни артурской эскадры, но обстановка в июне и начале июля 1904 года вовсе не смотрелась такой.

А вот деятельно функционировать из Порт-Артура это был очень заманчивый вариант, по причине того, что в этом случае очень многое начинало играться против японцев. Эскадра Хэйхатиро Того была привязана к местам высадки армий, она закрывала транспорты, снабжавшие армию. Но в том месте не было японских баз, все, чем располагали японцы — это плавмастерские, и при получения каких-то важных повреждений им оставалось уходить в Японию на ремонт.

Одновременно с этим, не смотря на то, что Порт-Артур как база флота и не был способен соперничать с японскими военно-морскими базами, но чинить повреждения средней тяжести от огня артиллерии имел возможность очень скоро. Неприятность была с отсутствием дока для броненосцев, но подводные повреждения в артиллерийском бою не так уж нередки, да и куда менее разрушительны, чем тот же подрыв на мине.

И потому эскадре не требуется было уходить из Порт-Артура, а следовало вести активные боевые действия в надежде навязать бой части японского флота. Но кроме того если бы это и не удалось, в полной мере возможно было рискнуть и дать главное сражение Хэйхатиро Того рядом от Порт-Артура, в то время, когда существовала возможность подбитым судам отойти под защиту крепости. Очень сильно побитый «японец» должен был идти в Японию, к тому же и в сопровождении иных кораблей ВМФ, чиниться в том месте и тратить время на возвращение обратно — подобно поврежденный русский броненосец имел хорошие шансы возвратиться в строй стремительнее.

А помимо этого, на эскадре, не зная, в каком состоянии находится подготовка 2-ой Тихоокеанской эскадры, действительно допускали, что она может подойти в течение нескольких месяцев. В этот самый момент уже оказался другой резон выйти в море — сразиться с японцами, связать их флот боем, пускай кроме того утраты порт-артурской эскадры окажутся выше, но они не будут тщетными, а проложат дорогу идущим с Балтики судам.

Настроения флагманов и каперангов артурской эскадры в полной мере разъяснялись приведенными выше резонами: они продолжительное время пребывали в крепости Порт-Артур, осознавали, что при попытке прорыва эскадра, с огромной долей возможности, прекратит существовать как организованная боевая сила, не нанеся значительного ущерба боевому флоту японцев, а ее уход приблизит падение Порт-Артура. Так для чего уходить? Что имела возможность сделать эскадра из Владивостока для того чтобы, чего она не могла совершить, базируясь в Порт-Артуре? Адмирал Ухтомский не показал себя великим адмиралом, но слова, сообщённые им на Собрании флагманов, звучали так, как словно бы его устами внезапно заговорил Федор Федорович Ушаков либо Горацио Нельсон:

«Около Порт-Артура собраны все главные морские силы японцев, их их военные и армия транспорты, а потому место отечественному флоту тут».

В отечественной историографии как-то исподволь сложилось вывод, что постоянные требования наместника Алексеева о прорыве эскадры во Владивосток были по сути собственной единственно верными, и что лишь нерешительность (если не сообщить — малодушие) временно и.д. Командующего эскадрой Тихого океана В.К. Витгефта мешали скорейшему их исполнению.

Но в случае если мы поставим себя на место флагманов и непредвзято разглядим возможности 1-ой Тихоокеанской эскадры: без послезнания, но так, как имели возможность видеть ее артурские моряки в июне и начале июля 1904, мы осознаем, что желание наместника поскорее увести ее суда во Владивосток преждевременно и продиктовано извечным «беречь и не рисковать», равно как да и то, что наместник, несмотря на собственный адмиральский чин, весьма не хорошо воображал себе последствия для того чтобы прорыва.

К сожалению, не нужно усматривать стратегического гения в попытках В.К. Витгефта задержать эскадру в Порт-Артуре. Эта задержка имела суть лишь при условии активных военных действий против неприятеля на море, а этого В.К. Витгефт совсем не желал, предпочитая находиться на якоре и только отправляя отряды судов для помощи сухопутных флангов.

Дело серьёзное и крайне полезное, но недостаточное для эскадры.

командиров ряда кораблей и Мнения флагманов, увы, остались неуслышанными: эскадра снова замерла во внутреннем бассейне Порт-Артура до того времени, пока не будет починен эскадренный броненосец «Севастополь». А в том месте все и сложилось к одному: 25 июля вошел в строй броненосец, и в тот же сутки суда на внутреннем рейде оказались под огнем осадных 120-мм гаубиц. На следующий сутки Вильгельм Карлович Витгефт взял весточку наместника:

«На представленный капитанов собрания и протокол флагманов от четвертого июля ЕГО ИМПЕРАТОРСКОЕ ВЕЛИЧЕСТВО соизволил следующим ответом «В полной мере разделяю ваше вывод о важности скорейшего выхода эскадры из прорыва и Артура во Владивосток».

На основании этого подтверждаю вам к правильному выполнению приказания, изложенные в моей депеше номер седьмой. О получении донесите»

(весточка №25 от 21 июня 1904, взята на эскадре 26 июля 1904).

Через два дня, 28 июля 1904 года, эскадра, ведомая эскадренным броненосцем «Царевич», на котором держал собственный флаг В.К. Витгефт, вышла на прорыв во Владивосток.

Продолжение направляться

Создатель: Андрей из Челябинска

Использованы фотографии: сайт tsushima.su

Капитан первого ранга

Увлекательные записи:

Похожие статьи, которые вам, наверника будут интересны: